«Тасвиб совершается во время вечерней (‘иша) и утренней молитв».
Передал нам Джарир от Мансура, от Ибрахима, который сказал: «Они совершали ат-тасвиб (дополнительный призыв) во время ночной молитвы (аль-‘атама) и утренней молитвы (аль-фаджр), а муэдзин Ибрахима совершал ат-тасвиб во время полуденной (аз-зухр) и послеполуденной (аль-‘аср) молитв, и он не запрещал
«Билал установил копье (‘аназа) и провозгласил азан, и я видел, как он поворачивался во время своего азана».
«Когда муэдзин провозглашает азан, он должен быть обращен в сторону киблы, и он (Ибн Сирин) не одобрял, чтобы он поворачивался, находясь на минарете».
«Муэдзин не должен сдвигать свои стопы».
«Я пришел к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, в аль-Абтах, и вышел Билал и провозгласил азан». Он сказал: «И я словно вижу, как он поворачивает свой рот то сюда, то туда», то есть направо и налево.
«Муэдзин должен быть обращен к кибле во время азана, свидетельства (шахады) и икамы».
Передал нам Ибн Нумайр от Халляма ибн Салиха, от Фаида ибн Букайра, который сказал: «Я вышел вместе с Хузайфой в мечеть на утреннюю молитву, а Ибн ат-Тайях, муэдзин аль-Валида ибн ‘Укбы, провозглашал азан и говорил: "Аллаху Акбар, Аллаху Акбар, ашхаду алля иляха илля-Ллах", поворачиваясь во время аз
«Он должен держать ноги вместе и быть обращенным к кибле, а когда он говорит: "Кад камати-с-саля" (молитва началась), он поворачивает лицо направо и налево».
«Билал установил копье, затем провозгласил азан и вложил пальцы в уши».
«Когда муэдзин провозглашает азан, он должен быть обращен к кибле и вложить пальцы в уши».
«Я видел, как Ибн ‘Умар провозглашал азан, сидя на своей верблюдице». Суфьян сказал: «Я спросил его: "Видел ли ты, чтобы он вкладывал пальцы в уши?" Он ответил: "Нет"».
«Азан заключался в том, чтобы говорить: "Аллаху Акбар, Аллаху Акбар", а затем вкладывать пальцы в уши. Первым, кто перестал вкладывать один из пальцев в ухо, был Ибн аль-Асам».
«Когда он провозглашал азан, он обращался к кибле и опускал руки, а когда доходил до слов "Хайя ‘аля-с-саля, хайя ‘аля-ль-фалях", он вкладывал пальцы в уши».
«Нет ничего плохого в том, чтобы провозгласить азан без омовения, а затем спуститься и совершить омовение».
«Нет ничего плохого в том, чтобы провозгласить азан без омовения».
«Он не видел ничего плохого в том, чтобы человек провозглашал азан, будучи без омовения, а когда он хотел совершить икаму, он совершал омовение».
«Он провозглашал азан без омовения».
«Нет ничего плохого в том, чтобы провозгласить азан, будучи не в состоянии ритуальной чистоты, а икаму совершить, будучи в состоянии чистоты».
«Он не видел ничего плохого в том, чтобы провозглашать азан без омовения».