«Я спросил ‘Икриму, Салима, ‘Ата, Тавуса и аль-Касима, и они сказали: „В этом нет ничего страшного“».
«Нет ничего страшного в использовании депилятория в течение десяти дней».
Передал нам Хушайм от Мугиры, от Ибрахима; а также Юнус от аль-Хасана, Хаджжадж, ‘Абдуль-Малик и ‘Ата: они не видели ничего плохого в том, чтобы мухрим сменил свои одежды или что-либо иное.
Передал нам Ибн Нумайр от Хаджжаджа, от ‘Ата, что он считал нежелательным для мухрима входить в баню.
Передал нам Ибн Идрис от Ибн Джурейджа, от ‘Ата, от ‘Аиши, что она объединяла несколько тавафов (совершала их подряд).
«Нет ничего страшного в том, чтобы человек совершил три или пять кругов тавафа, а затем совершил два рак‘ата молитвы».
Передал нам Яхья ибн Са‘ид от Ибн Джурейджа, от ‘Ата, что Тавус и аль-Мисвар ибн Махрама объединяли тавафы, и ‘Ата не видел в этом ничего плохого.
«‘Ата спросили о дичи, пойманной вне пределов Харама, которую зарезали в Хараме. Он ответил: „Аль-Хасан ибн ‘Али, ‘Аиша и Ибн ‘Умар считали это нежелательным“».
Передал нам Хафс от Лейса, от ‘Ата и Тавуса, что они считали нежелательным ввозить дичь в Харам, чтобы зарезать её там.
«Нет ничего страшного в том, чтобы продать жертвенное животное (хадь), если оно стало негодным, и использовать вырученные средства на покупку другого жертвенного животного».
«Он должен вернуться к микату, войти в состояние ихрама для ‘умры и принести жертву».
«Любого врага, который нападает на тебя, убивай, даже если ты в состоянии ихрама».
«Ему достаточно намерения».
«Нет ничего предосудительного в том, чтобы паломник постирал свою одежду».
«Может ли паломник стирать свою одежду?» Он ответил: «Да».
«За него произносят тальбию».
«Я спросил Ибн Джурейджа, что говорил ‘Ата о человеке, который ушел, оставив у себя дома дичь, и с ней что-то случилось? Он ответил: “Он несет ответственность”».
«На ребенке и рабе лежит обязанность совершить хадж, а хадж бедуина засчитывается, ибо хадж предписан ему, где бы он ни был, и [это касается] тех из бедуинов, кто совершил хадж».
«Бедуину его хадж засчитывается».
«За него не совершают молитву, и если пожелают, могут надеть на него рубаху, а если пожелают — не надевать».