«Я спросил Мухаммада: “Считали ли они желательным, чтобы человек состригал часть своих волос в день жертвоприношения?” Он ответил: “Да”».
«Аль-Аш‘ари принес в жертву верблюдов, украшенных попонами».
«Я не знаю другой молитвы в ночь Джам‘а, кроме как в самом Джам‘е».
«Для людей было определено пять [микатов]: для жителей Медины — Зуль-Хулейфа, для жителей Мекки — ат-Танъим, для жителей Шама — аль-Джухфа, для жителей Йемена — Яламлам, и для жителей Наджда — Карн» — или он сказал: «Для жителей Ирака
«(Она — для) его намерения».
«Они (сподвижники) не любили, когда женщина отказывалась от украшений как в обычном состоянии, так и в состоянии ихрама».
«Они спрашивали Мухаммада (ибн Сирина) о посещении мечети вечером дня Арафа, и он отвечал: “Я не вижу в этом ничего плохого”. Сам же он сидел у себя дома, и его беседы в тот вечер были такими же, как и в другие дни».
Передал нам Язид ибн Харун от Ибн Ауна, от Абу аз-Зубайра, от Джабира, что Умар вынес решение относительно зайца: [в качестве искупления] — козленок.
«Аль-Касим ибн Мухаммад сказал: «Овца не перестает быть жертвенным животным (насика), а корова относится к будн».
«Пусть убивает “фувайсику” (маленькую вредительницу)».
«Я спросил Мухаммада о дне Великого хаджа, и он ответил: “Это был день, в который совпал хадж Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и хадж людей разных вероисповеданий”».
«Я спросил аль-Касима: “‘Умра в Мухарраме?” Он ответил: “Они считали ее полноценной”».
Передал нам Язид ибн Харун от Ибн ‘Ауна, от Абу аз-Зубайра, от Джабира, что ‘Умар вынес решение за гиену — баран.
«Они считали, что самым знающим обряды хаджа был Ибн ‘Аффан, а после него — Ибн ‘Умар».
Передал нам Азхар от Ибн ‘Ауна, от Нафи‘а, от Ибн ‘Умара, что он покрывал своих верблюдов, предназначенных в жертву, высокими [качественными] попонами.
«За каждое животное, имеющее желудок, полагается овца».
«Передал нам Ибн ‘Аун, который сказал: «Мне сообщили от Ибн ‘Умара, что он не любил, когда человек в состоянии ихрама сидел на ткани, окрашенной шафраном».
«Умар спросил: “Кто знает, сколько жён дозволено иметь невольнику?” Один человек ответил: “Я”. Он сказал: “Двух”. И тот промолчал».
«Если он вступил с ней в близость, то у неё нет претензий на отсроченную часть».
«Они разгневали Ибн Мас’уда вопросом о двух сестрах-невольницах, и он разгневался и сказал: «Верблюд одного из вас — из того, чем овладела его десница!».