Хадисы передатчика

«Рассказал нам ‘Умар ибн Кайс от ‘Амра ибн Абу Курры аль-Кинди, который сказал: “Салман и мой отец отправились в путь, пока не подошли к дому Салмана. Салман вошёл в дом и сказал: “Мир вам”, а затем разрешил войти Абу Курре”».

«Абу ад-Дарда написал Сальману: "Амма ба'д". И Сальман написал Абу ад-Дарде: "Амма ба'д"».

Передал нам Абу аль-Ахвас от Мансура, от Риб‘и ибн Хираша, от человека из племени Наха‘, от Сальмана, который сказал: «Тот, кто утром скажет: „О Аллах, Ты — мой Господь, нет у Тебя сотоварища. Мы встретили утро, и утро встретило власть, принадлежащую Аллаху, и хвала Аллаху, нет у Него сотоварища“, —

«Салман сказал: “Что касается крови, то в ней выносит решение ‘Умар”».

Передал нам Ваки’ от Суфьяна, от Амра ибн Мурры, от Салима ибн Аби аль-Джа’да, от Зайда ибн Сухана, от Салмана, который, просыпаясь ночью, говорил: “Пречист Господь пророков и Бог посланников”».

Передал нам Ваки’ от Суфьяна, от Мансура, от Риб’и, от человека из племени Наха’, от его отца, от Салмана, который сказал: «Кто скажет утром и вечером: „О Аллах, Ты — мой Господь, нет у Тебя сотоварищей. Мы встретили утро, и владычество принадлежит Аллаху, нет у Него сотоварищей“, — тому будут проще

«Кто скажет утром: „О Аллах, Ты — мой Господь, нет у Тебя сотоварищей“, — это станет искуплением за то, что он совершил между этими временами».

«Если бы один человек провел ночь, раздавая белоснежных рабынь, а другой провел ночь, читая Коран или поминая Аллаха, то я считаю, что это — или он сказал: „поминающий Аллаха“ — лучше».

Передал нам Мухаммад ибн Фудайль от ‘Асима, от Абу ‘Усмана, от Сальмана, который сказал: «Если раб поминает Аллаха в благоденствии и восхваляет Его в достатке, а затем его постигает беда и он взывает к Аллаху, ангелы говорят: „Знакомый голос слабого человека“, — и заступаются за него. А если раб не

Передал нам Абу Усама от Мис‘ара, от ‘Умара ибн Кайса, от ‘Амра ибн Абу Курры, от Сальмана, который сказал: "Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: 'Я — из потомков Адама. Какого бы раба из моей общины я ни проклял или ни обругал без его вины, сделай это для него молитвой

«Поистине, Аллах стыдится того, чтобы Его раб воздел к Нему свои руки, прося Его о чем-либо благом, и Он вернул бы их пустыми».

«Когда Сальман принимал пищу, он говорил: “Хвала Аллаху, Который избавил нас от забот и расширил для нас удел”».

Передал нам Абу Усама со слов ‘Ауфа, от Хулайда аль-‘Асри, который сказал: «Когда к нам прибыл Сальман, мы пришли к нему, чтобы он послушал наше чтение Корана. Он сказал: “Коран — арабский, поэтому пусть слушает его араб”. Мы попросили Зайда ибн Сухана послушать нас, и когда мы ошибались, Сальман по

«Передал нам ат-Тайми от Абу ‘Усмана, от Сальмана, который сказал: «Если бы человек провел ночь, одаривая белокожих рабынь, а другой провел ночь, читая Коран и поминая Аллаха, я бы посчитал, что поминающий Аллаха — лучше».

«Что ты будешь делать, когда Коран и власть вступят в конфликт?» Он ответил: «Тогда я буду с Кораном». [Сальман] сказал: «Прекрасный ты тогда, о Зейд!»

Передал нам Ваки‘, сказав: «Передал нам аль-Амаш от Сулеймана ибн Майсары и аль-Мугиры ибн Шибля, от Тарика ибн Шихаба аль-Ахмаси, от Сальмана, который сказал: “Пример пяти молитв подобен долям военной добычи. Тот, кто участвует в них с пятью долями, лучше того, кто участвует с четырьмя; тот, кто с

Передал нам Абу Му‘авия от Асима, от Абу Усмана, от Сальмана, который сказал: «Ему будет сказано: “Проси — и тебе будет даровано” — имея в виду Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, — “заступайся — и твое заступничество будет принято, взывай — и тебе ответят”. Он поднимет голову и скажет

Передал нам Ваки’, сказав: передал нам аль-А’маш от Салямы ибн Кухайля, от Хаббы ибн Джувейна аль-‘Урани, который сказал: «Мы были вместе с Сальманом, когда мы выстроились против врага, и он сказал: “Вот верующие, вот лицемеры, а вот многобожники. Аллах помогает лицемерам посредством мольбы верующих

«Сальман сказал одному человеку: “Если бы тебя разрезали на части, ты бы не достиг (истинной) веры”».

«Между сном Юсуфа и его толкованием прошло сорок лет».