Хадисы передатчика

«Поистине, Аллах покроет раба в День воскресения, укроет его Своей рукой и скажет: «Знаешь ли ты, что здесь?» Он ответит: «Да, о Господь мой». Тогда Он скажет: «Я свидетельствую тебе, что Я простил тебя».

«Му’авия вошел к своему дяде Абу Хашиму ибн ‘Утбе, чтобы навестить его, и тот заплакал. Му’авия спросил его: «Что заставляет тебя плакать, дядя? Боль, которая мучает тебя, или жадность к мирскому?» Он ответил: «Ни то, ни друг

«Му’авия вошел к своему дяде...» — и привел хадис, подобный хадису Абу Му’авии. Суфьян ас-Саури добавил в своем иснаде: «О, если бы это было навозом вокруг нас!»

«Умар написал: “Мир этот — зелен и сладок. Тот, кто берет его по праву, достоин того, чтобы в нем было благословение, а тот, кто берет его иначе, подобен едоку, который не насыщается”».

«Клянусь Аллахом, я никогда не просеивал муку для Умара, не чувствуя при этом, что я ослушиваюсь его».

«Молитва не приносит пользы, кроме как тому, кто повинуется ей». Затем ‘Абдуллах прочитал: «...Воистину, молитва оберегает от мерзости и предосудительного. Но поминание Аллаха — гораздо важнее...» (29:45), и

Передал нам ‘Аббад ибн аль-‘Аввам от Суфьяна ибн Хусейна, от Абу аль-Хакама, от Абу Ваиля, от Ибн Мас‘уда, который сказал: «В День воскресения не будет ни одного человека, который не пожелал бы, чтобы он питался в мире этом лишь самым необходимым. И не повредит никому из вас, в каком бы состоянии он

Передал нам Абу Муавия от аль-Амаша, от Абу Ваиля, который сказал: «Абдулла сказал: “Я не нахожу сравнения тому, что осталось от мира сего, кроме как мутной воде, чистая часть которой была выпита, а остался лишь осадок. И человек будет пребывать в благе до тех пор, пока боится Аллаха. А если в его г

Передал нам Джарир ибн Абдуль-Хамид от Мансура, от Абу Ваиля, от Абу ад-Дарды, который сказал: “Поистине, я приказываю вам то, чего сам не делаю, но я надеюсь получить за это награду. И самый ненавистный мне человек, которого я могу притеснить, — это тот, кто не ищет помощи против меня ни у кого, кр

Передал нам Ибн Идрис от Хусайна, от Абу Ваиля Шакика, от Халида ибн Раби‘а аль-Абси, который сказал: «Когда до нас дошло, что Хузайфа при смерти, к нему отправилась группа людей из племени Абс и группа из числа ансаров, среди которых был Абу Мас‘уд. Мы пришли к нему глубокой ночью, и он спросил: "К

«Поистине, погубили тех, кто был до вас, эти динары и дирхемы, и они же погубят вас».

Передал нам Хусейн ибн Али от Заиды, от Асима, от Шакика, от Абу Мусы, который сказал: «Душа верующего выходит, и она благоухает лучше, чем мускус. Ангелы, которые забирают её, возносят её, и их встречают ангелы под небом и спрашивают: "Кто это с вами?" Они отвечают: "Такой-то", — и упоминают его лу

Передал нам Халяф ибн Халифа от Сайяра, от Абу Ваиля, который сказал: «Я и мой брат отправились к Ар-Раби‘у ибн Хусайму, а он сидел в мечети. Он спросил: “Что привело вас?”. Они ответили: “Мы пришли, чтобы ты поминал Аллаха, и мы помянули Его вместе с тобой, и чтобы ты восхвалил Аллаха, и мы восхвал

«Сегодня я готов к смерти, мое положение легко, я не оставляю долгов и не оставляю семью, за которую боюсь, что она пропадет, если бы не ужас того, что предстоит увидеть».

«Я никогда не видел ни одного хамданита, которого я хотел бы видеть в его шкуре больше, чем Амра ибн Шурахбиля».

«Сулейм ибн аль-Асвад Абу аш-Шаса вошел к Абу Ваилю, чтобы навестить его, и сказал: "В смерти есть покой". Абу Ваиль ответил: "У меня есть спутник, который лучше для меня, чем ты: пять молитв в день"».

«О Сулейман! Клянусь Аллахом, если бы мы повиновались Аллаху, Он не стал бы нам противиться».

«Абу Ваиль говорил, будучи в земном поклоне: "Если Ты простишь меня, то простишь по Своей щедрости, а если накажешь меня, то накажешь, не будучи несправедливым и не будучи опереженным (в Своем решении)", а затем плакал».

«Ибрахим ат-Тайми проводил напоминания в доме Абу Ваиля, и Абу Ваиль содрогался, как содрогается птица».

«Я не уподобляю чтецов нашего времени ничему, кроме как фальшивым дирхемам или овцам, которые поели нута, отчего их животы раздулись. Когда одну из них зарезали, оказалось, что в ней нет никакого толку».