Хадис 1773 V2مرفوع

وَحَدَّثَنَاهُ حَسَنٌ الْحُلْوَانِيُّ ، وَعَبْدُ بْنُ حُمَيْدٍ ، قَالَا : حَدَّثَنَا يَعْقُوبُ ( وَهُوَ ابْنُ إِبْرَاهِيمَ بْنِ سَعْدٍ ) ، حَدَّثَنَا أَبِي ، عَنْ صَالِحٍ ، عَنِ ابْنِ شِهَابٍ بِهَذَا الْإِسْنَادِ ، وَزَادَ فِي الْحَدِيثِ : وَكَانَ قَيْصَرُ لَمَّا كَشَفَ اللهُ عَنْهُ جُنُودَ فَارِسَ ، مَشَى مِنْ حِمْصَ إِلَى إِيلِيَاءَ شُكْرًا لِمَا أَبْلَاهُ اللهُ . وَقَالَ فِي الْحَدِيثِ : مِنْ مُحَمَّدٍ عَبْدِ اللهِ وَرَسُولِهِ . وَقَالَ : إِثْمَ الْيَرِيسِيِّينَ . وَقَالَ : بِدَاعِيَةِ الْإِسْلَامِ .

Передал нам Хасан аль-Хульвани и Абд бин Хумайд, оба сказали: Передал нам Я’куб (то есть сын Ибрахима бин Са’да), передал нам мой отец от Салиха, от Ибн Шихаба с этим иснадом, и добавил в хадисе: «И когда Аллах избавил Кайсара от войск Персии, он прошел пешком от Хомса до Илию (Иерусалима) в знак благодарности за то, что даровал ему Аллах». И сказал в хадисе: «От Мухаммада, раба Аллаха и Его Посланника». И сказал: «Грех жителей Ариси». И сказал: «Призывом ислама». «Я выступил в течение перемирия, которое было между мной и Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует». Сказал: «И вот, когда я находился в Шаме, принесли письмо от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, к Ираклию — то есть правителю румов». Сказал: «И Дихья аль-Кальби принес его и передал правителю Бусры, а тот передал его Ираклию. И когда Аллах избавил Кайсара от войск Персии, он прошел пешком от Хомса до Илию в знак благодарности за то, что даровал ему Аллах». Ираклий сказал: «Есть ли здесь кто-нибудь из соплеменников этого человека, который утверждает, что он — пророк?» Они ответили: «Да». Абу Суфьян сказал: «И меня позвали вместе с несколькими людьми из курайшитов. Мы вошли к Ираклию, и он усадил нас перед собой. Затем он спросил: „Кто из вас ближе по роду к этому человеку, который утверждает, что он — пророк?“ Абу Суфьян сказал: „Я ответил: «Я». Они усадили меня перед ним, а моих спутников — позади меня. Затем он велел позвать своего переводчика и сказал ему: „Скажи им, что я буду спрашивать его об этом человеке, который утверждает, что он — пророк, и если он солжет мне, то опровергайте его““. Абу Суфьян сказал: „Клянусь Аллахом, если бы не страх перед тем, что ложь будет раскрыта, я бы солгал. Затем он сказал своему переводчику: „Спроси его, каково его происхождение среди вас?“ Я ответил: „Он происходит из знатного рода“. Он спросил: „Был ли кто-нибудь из его предков царем?“ Я ответил: „Нет“. Он спросил: „Обвиняли ли вы его во лжи до того, как он произнес то, что произнес?“ Я ответил: „Нет“. Он спросил: „Кто следует за ним — знать людей или их слабые [бедные] люди?“ Я ответил: „Напротив, их слабые люди“. Он спросил: „Увеличиваются они или уменьшаются?“ Я ответил: „Нет, напротив, увеличиваются“. Он спросил: „Отрекается ли кто-нибудь из них от своей религии после того, как вошел в нее, из-за недовольства ею?“ Я ответил: „Нет“. Он спросил: „Сражались ли вы с ним?“ Я ответил: „Да“. Он спросил: „Каким было ваше сражение с ним?“ Я ответил: „Война между нами и им была переменчивой: то он наносит нам удар, то мы ему“. Он спросил: „Нарушает ли он договоры?“ Я ответил: „Нет. Мы находимся с ним в перемирии, и мы не знаем, что он сделает в этот период“. Абу Суфьян сказал: „И, клянусь Аллахом, мне не представилось никакой возможности вставить в разговор что-либо, кроме этого“. Он спросил: „Говорил ли кто-нибудь эти слова до него?“ Я ответил: „Нет“. Тогда Ираклий сказал своему переводчику: „Скажи ему: я спросил тебя о его происхождении, и ты заявил, что он происходит из знатного рода; так и посланники отправляются среди знати своего народа. И я спросил тебя, был ли среди его предков царь, и ты заявил, что нет; я сказал: если бы у него был царь-предок, то я бы подумал, что это человек, ищущий царство своих предков. И я спросил тебя о его последователях: слабые они или знать, и ты ответил, что слабые, — они-то и есть последователи посланников. И я спросил тебя, обвиняли ли вы его во лжи до того, как он произнес то, что произнес, и ты заявил, что нет; и я понял, что он не мог не лгать людям, а затем пойти и солгать на Аллаха. И я спросил тебя, отрекается ли кто-нибудь из них от своей религии после того, как вошел в нее, из-за недовольства ею, и ты заявил, что нет; такова и вера, когда ее радость смешивается с сердцами. И я спросил тебя, увеличиваются они или уменьшаются, и ты заявил, что они увеличиваются; такова и вера, пока она не завершится. И я спросил тебя, сражались ли вы с ним, и ты заявил, что вы сражались с ним, и война между вами и им была переменчивой: он поражает вас, а вы поражаете его; так и посланники испытываются, а затем исход оказывается в их пользу. И я спросил тебя, нарушает ли он договоры, и ты заявил, что он не нарушает договоры; так и посланники не нарушают договоров. И я спросил тебя, говорил ли кто-нибудь эти слова до него, и ты заявил, что нет; я сказал: если бы кто-нибудь говорил эти слова до него, я бы подумал, что это человек, подражающий словам, сказанным до него“». Сказал: «Затем он спросил: „К чему он призывает вас?“ Я ответил: „Он призывает нас к молитве, закяту, поддержанию родственных связей и целомудрию“. Он сказал: „Если то, что ты говоришь о нем, — правда, то он действительно пророк, и я знал, что он появится, но не думал, что он будет из вас. И если бы я знал, как добраться до него, я бы возжелал встречи с ним, а если бы я был у него, то омыл бы его стопы, и непременно достигнет его власть того, что находится под моими стопами“». Сказал: «Затем он попросил принести письмо Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и прочел его. В нем было написано: „Бисмиллахи р-рахмани р-рахим. От Мухаммада, раба Аллаха и Его Посланника, — Ираклию, правителю румов. Мир тому, кто следует верному руководству. А затем: поистине, я призываю тебя призывом ислама: прими ислам — и спасешься, прими ислам, и Аллах дарует тебе твою награду дважды. Если же ты отвернешься, то на тебе будет грех арисийцев. О люди Писания! Придите к единому слову для нас и для вас, чтобы нам не поклоняться никому, кроме Аллаха, и ничего не приравнивать к Нему, и чтобы одни из нас не брали других господами помимо Аллаха. Если же они отвернутся, то скажите: Свидетельствуйте, что мы — мусульмане“». Когда он закончил чтение письма, голоса возле него возвысились, поднялся шум, и было велено вывести нас. Сказал: «И я сказал своим спутникам, когда мы вышли: „Дело сына Абу Кабши стало серьезным: его боится даже царь сыновей желтизны (византийский император)“. И я не переставал быть уверенным в деле Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, что он непременно одержит верх, пока Аллах не ввел в мое сердце ислам».