Хадис 1773 V1مرفوع

حَدَّثَنَا إِسْحَاقُ بْنُ إِبْرَاهِيمَ الْحَنْظَلِيُّ ، وَابْنُ أَبِي عُمَرَ ، وَمُحَمَّدُ بْنُ رَافِعٍ ، وَعَبْدُ بْنُ حُمَيْدٍ ، ( وَاللَّفْظُ لِابْنِ رَافِعٍ ) ، قَالَ ابْنُ رَافِعٍ ، وَابْنُ أَبِي عُمَرَ : حَدَّثَنَا ، وَقَالَ الْآخَرَانِ : أَخْبَرَنَا عَبْدُ الرَّزَّاقِ ، أَخْبَرَنَا مَعْمَرٌ ، عَنِ الزُّهْرِيِّ ، عَنْ عُبَيْدِ اللهِ بْنِ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ ، عَنِ ابْنِ عَبَّاسٍ أَنَّ أَبَا سُفْيَانَ أَخْبَرَهُ مِنْ فِيهِ إِلَى فِيهِ قَالَ : انْطَلَقْتُ فِي الْمُدَّةِ الَّتِي كَانَتْ بَيْنِي وَبَيْنَ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، قَالَ : فَبَيْنَا أَنَا بِالشَّأْمِ إِذْ جِيءَ بِكِتَابٍ مِنْ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ إِلَى هِرَقْلَ ، يَعْنِي عَظِيمَ الرُّومِ ، قَالَ : وَكَانَ دِحْيَةُ الْكَلْبِيُّ جَاءَ بِهِ فَدَفَعَهُ إِلَى عَظِيمِ بُصْرَى ، فَدَفَعَهُ عَظِيمُ بُصْرَى إِلَى هِرَقْلَ ، فَقَالَ هِرَقْلُ : هَلْ هَهُنَا أَحَدٌ مِنْ قَوْمِ هَذَا الرَّجُلِ الَّذِي يَزْعُمُ أَنَّهُ نَبِيٌّ ؟ قَالُوا : نَعَمْ ، قَالَ : فَدُعِيتُ فِي نَفَرٍ مِنْ قُرَيْشٍ فَدَخَلْنَا عَلَى هِرَقْلَ فَأُجْلِسْنَا بَيْنَ يَدَيْهِ ، فَقَالَ : أَيُّكُمْ أَقْرَبُ نَسَبًا مِنْ هَذَا الرَّجُلِ الَّذِي يَزْعُمُ أَنَّهُ نَبِيٌّ ؟ فَقَالَ أَبُو سُفْيَانَ : فَقُلْتُ : أَنَا ، فَأَجْلَسُونِي بَيْنَ يَدَيْهِ وَأَجْلَسُوا أَصْحَابِي خَلْفِي ، ثُمَّ دَعَا بِتَرْجُمَانِهِ فَقَالَ لَهُ : قُلْ لَهُمْ : إِنِّي سَائِلٌ هَذَا عَنِ الرَّجُلِ الَّذِي يَزْعُمُ أَنَّهُ نَبِيٌّ ، فَإِنْ كَذَبَنِي فَكَذِّبُوهُ . قَالَ : فَقَالَ أَبُو سُفْيَانَ : وَايْمُ اللهِ ، لَوْلَا مَخَافَةُ أَنْ يُؤْثَرَ عَلَيَّ الْكَذِبُ لَكَذَبْتُ ، ثُمَّ قَالَ لِتَرْجُمَانِهِ : سَلْهُ : كَيْفَ حَسَبُهُ فِيكُمْ ؟ قَالَ : قُلْتُ : هُوَ فِينَا ذُو حَسَبٍ ، قَالَ : فَهَلْ كَانَ مِنْ آبَائِهِ مَلِكٌ ؟ قُلْتُ : لَا ، قَالَ : فَهَلْ كُنْتُمْ تَتَّهِمُونَهُ بِالْكَذِبِ قَبْلَ أَنْ يَقُولَ مَا قَالَ ؟ قُلْتُ : لَا ، قَالَ : وَمَنْ يَتَّبِعُهُ ، أَشْرَافُ النَّاسِ أَمْ ضُعَفَاؤُهُمْ ؟ قَالَ : قُلْتُ : بَلْ ضُعَفَاؤُهُمْ ، قَالَ : أَيَزِيدُونَ أَمْ يَنْقُصُونَ ؟ قَالَ : قُلْتُ : لَا ، بَلْ يَزِيدُونَ ، قَالَ : هَلْ يَرْتَدُّ أَحَدٌ مِنْهُمْ عَنْ دِينِهِ بَعْدَ أَنْ يَدْخُلَ فِيهِ سَخْطَةً لَهُ ؟ قَالَ : قُلْتُ : لَا ، قَالَ : فَهَلْ قَاتَلْتُمُوهُ ؟ قُلْتُ : نَعَمْ ، قَالَ : فَكَيْفَ كَانَ قِتَالُكُمْ إِيَّاهُ ؟ قَالَ : قُلْتُ : تَكُونُ الْحَرْبُ بَيْنَنَا وَبَيْنَهُ سِجَالًا ، يُصِيبُ مِنَّا وَنُصِيبُ مِنْهُ ، قَالَ : فَهَلْ يَغْدِرُ ؟ قُلْتُ : لَا ، وَنَحْنُ مِنْهُ فِي مُدَّةٍ لَا نَدْرِي مَا هُوَ صَانِعٌ فِيهَا ، قَالَ : فَوَاللهِ مَا أَمْكَنَنِي مِنْ كَلِمَةٍ أُدْخِلُ فِيهَا شَيْئًا غَيْرَ هَذِهِ ، قَالَ : فَهَلْ قَالَ هَذَا الْقَوْلَ أَحَدٌ قَبْلَهُ ؟ قَالَ : قُلْتُ : لَا ، قَالَ لِتَرْجُمَانِهِ : قُلْ لَهُ : إِنِّي سَأَلْتُكَ عَنْ حَسَبِهِ ، فَزَعَمْتَ أَنَّهُ فِيكُمْ ذُو حَسَبٍ ، وَكَذَلِكَ الرُّسُلُ تُبْعَثُ فِي أَحْسَابِ قَوْمِهَا ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ كَانَ فِي آبَائِهِ مَلِكٌ ؟ فَزَعَمْتَ أَنْ لَا ، فَقُلْتُ : لَوْ كَانَ مِنْ آبَائِهِ مَلِكٌ قُلْتُ : رَجُلٌ يَطْلُبُ مُلْكَ آبَائِهِ ، وَسَأَلْتُكَ عَنْ أَتْبَاعِهِ ، أَضُعَفَاؤُهُمْ أَمْ أَشْرَافُهُمْ ؟ فَقُلْتَ : بَلْ ضُعَفَاؤُهُمْ ، وَهُمْ أَتْبَاعُ الرُّسُلِ ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ كُنْتُمْ تَتَّهِمُونَهُ بِالْكَذِبِ قَبْلَ أَنْ يَقُولَ مَا قَالَ ؟ فَزَعَمْتَ أَنْ لَا ، فَقَدْ عَرَفْتُ أَنَّهُ لَمْ يَكُنْ لِيَدَعَ الْكَذِبَ عَلَى النَّاسِ ثُمَّ يَذْهَبَ فَيَكْذِبَ عَلَى اللهِ ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ يَرْتَدُّ أَحَدٌ مِنْهُمْ عَنْ دِينِهِ بَعْدَ أَنْ يَدْخُلَهُ سَخْطَةً لَهُ ؟ فَزَعَمْتَ أَنْ لَا ، وَكَذَلِكَ الْإِيمَانُ إِذَا خَالَطَ بَشَاشَةَ الْقُلُوبِ ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ يَزِيدُونَ أَوْ يَنْقُصُونَ ؟ فَزَعَمْتَ أَنَّهُمْ يَزِيدُونَ ، وَكَذَلِكَ الْإِيمَانُ حَتَّى يَتِمَّ ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ قَاتَلْتُمُوهُ ؟ فَزَعَمْتَ أَنَّكُمْ قَدْ قَاتَلْتُمُوهُ ، فَتَكُونُ الْحَرْبُ بَيْنَكُمْ وَبَيْنَهُ سِجَالًا ، يَنَالُ مِنْكُمْ وَتَنَالُونَ مِنْهُ ، وَكَذَلِكَ الرُّسُلُ تُبْتَلَى ثُمَّ تَكُونُ لَهُمُ الْعَاقِبَةُ ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ يَغْدِرُ ؟ فَزَعَمْتَ أَنَّهُ لَا يَغْدِرُ ، وَكَذَلِكَ الرُّسُلُ لَا تَغْدِرُ ، وَسَأَلْتُكَ : هَلْ قَالَ هَذَا الْقَوْلَ أَحَدٌ قَبْلَهُ ؟ فَزَعَمْتَ أَنْ لَا ، فَقُلْتُ : لَوْ قَالَ هَذَا الْقَوْلَ أَحَدٌ قَبْلَهُ قُلْتُ : رَجُلٌ ائْتَمَّ بِقَوْلٍ قِيلَ قَبْلَهُ . قَالَ : ثُمَّ قَالَ : بِمَ يَأْمُرُكُمْ ؟ قُلْتُ :

Передали нам Исхак бин Ибрахим аль-Ханзали, Ибн Абу ‘Умар, Мухаммад бин Рафи‘ и ‘Абд бин Хумайд (а формулировка принадлежит Ибн Рафи‘у). Ибн Рафи‘ и Ибн Абу ‘Умар сказали: передал нам..., а двое других сказали: сообщил нам ‘Абд ар-Раззак, сообщил нам Ма‘мар, от аз-Зухри, от ‘Убайдуллаха бин ‘Абдуллаха бин ‘Утбы, от Ибн ‘Аббаса, что Абу Суфьян рассказал ему устами к устам, сказав: Я отправился в путь во время перемирия, которое было заключено между мной и Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Он сказал: И когда я находился в Шаме, было доставлено письмо от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, Ираклию — правителю румов. Он сказал: И Дихья аль-Кальби привез его и передал правителю Бусры, а тот передал его Ираклию. Ираклий спросил: «Есть ли здесь кто-нибудь из соплеменников этого человека, который утверждает, что он пророк?» Они ответили: «Да». Он сказал: «И тогда я был вызван вместе с несколькими людьми из курайшитов, и нас ввели к Ираклию, и усадили перед ним». Он сказал: «Кто из вас ближе всех родственником к этому человеку, который утверждает, что он пророк?» Абу Суфьян сказал: «Я ответил: «Я». И они усадили меня перед ним, а моих спутников усадили позади меня. Затем он позвал своего переводчика и сказал ему: «Скажи им: «Я буду спрашивать этого человека о том человеке, который утверждает, что он пророк. Если он солжет мне, то опровергайте его»»». Абу Суфьян сказал: «И клянусь Аллахом, если бы не страх перед тем, что ложь станет известна и мне будет стыдно за нее, я бы солгал ему». Затем Ираклий сказал своему переводчику: «Спроси его: каково его происхождение среди вас?» Я ответил: «Он происходит из знатного рода среди нас». Он спросил: «Был ли среди его предков царь?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Обвиняли ли вы его во лжи до того, как он произнес то, что произнес?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Кто следует за ним — знатные люди или слабые?» Я ответил: «Напротив, слабые из них». Он спросил: «Их становится больше или меньше?» Я ответил: «Нет, их становится больше». Он спросил: «Отказывается ли кто-нибудь из них от своей религии после того, как вошел в нее, из-за недовольства ею?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Сражались ли вы с ним?» Я ответил: «Да». Он спросил: «Каким было ваше сражение с ним?» Я ответил: «Война между нами и им чередуется: то он наносит нам удар, то мы ему». Он спросил: «Нарушает ли он договоры?» Я ответил: «Нет. И сейчас мы находимся с ним в перемирии, и мы не знаем, что он собирается делать». Абу Суфьян сказал: «И, клянусь Аллахом, мне не представилось никакой возможности вставить в разговор что-либо помимо этого». Он спросил: «Говорил ли кто-нибудь эти слова до него?» Я ответил: «Нет»». Ираклий сказал своему переводчику: «Скажи ему: «Я спросил тебя о его происхождении, и ты ответил, что он знатного рода среди вас; так и посланники отправляются среди знати своего народа. Я спросил тебя, был ли среди его предков царь, и ты ответил, что нет; я сказал, что если бы среди его предков был царь, то я подумал бы, что человек ищет царство своих предков. Я спросил тебя о его последователях — слабые они или знатные? И ты ответил, что слабые; они и есть последователи посланников. Я спросил тебя, обвиняли ли вы его во лжи до того, как он произнес то, что произнес, и ты ответил, что нет; я понял, что он не мог не лгать людям, а затем пойти и солгать на Аллаха. Я спросил тебя, отрекается ли кто-нибудь из них от своей религии после вхождения в нее из-за недовольства ею, и ты ответил, что нет; такова вера, когда её радость смешивается с сердцами. Я спросил тебя, увеличиваются они или уменьшаются, и ты ответил, что увеличиваются; такова вера, пока она не достигнет полноты. Я спросил тебя, сражались ли вы с ним, и ты ответил, что вы сражались с ним и война между вами чередуется — он наносит вам урон, и вы наносите ему урон; так и посланники подвергаются испытаниям, а затем исход оказывается в их пользу. Я спросил тебя, нарушает ли он договоры, и ты ответил, что он не нарушает договоры; так и посланники не нарушают договоров. Я спросил тебя, говорил ли кто-нибудь эти слова до него, и ты ответил, что нет; я сказал, что если бы кто-то говорил это до него, то я бы подумал, что человек подражает словам, сказанным до него»». Он сказал: «Затем он спросил: «К чему он вас призывает?» Я ответил: «Он призывает нас к молитве, закяту, поддержанию родственных связей и целомудрию». Ираклий сказал: «Если то, что ты говоришь о нем, — правда, то он, поистине, пророк! Я знал, что он появится, но не думал, что он из вас. И если бы я знал, как добраться до него, я бы непременно пожелал встретиться с ним, а если бы я был у него, то омыл бы его стопы, и его царство непременно достигнет того места, где покоятся мои стопы»». Он сказал: «Затем он попросил принести письмо Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и прочел его. В нем было написано: «С именем Аллаха Милостивого, Милосердного. От Мухаммада, Посланника Аллаха — Ираклию, великому правителю румов. Мир тому, кто следует верному руководству. А затем: поистине, я призываю тебя к призыву ислама. Прими ислам — и спасешься. Прими ислам — и Аллах дарует тебе твою награду дважды. А если ты отвернешься, то на тебе будет грех всех арисийцев (крестьян/земледельцев). *«О люди Писания! Давайте придем к единому слову для нас и для вас, чтобы нам не поклоняться никому, кроме Аллаха, ничего не приписывать Ему в сотоварищи и не брать друг друга господами наряду с Аллахом». Если же они отвергнутся, то скажите: «Свидетельствуйте, что мы — мусульмане»*». Когда он закончил читать письмо, голоса возле него поднялись, поднялся великий шум, и нам приказали выйти, и нас вывели. Абу Суфьян сказал: «Выйдя оттуда, я сказал своим спутникам: «Воистину, дело сына Абу Кабши стало серьезным! Поистине, его боится даже царь Бану аль-Асфар (римлян)!» И я не переставал быть уверенным в том, что дело Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, одержит верх, пока Аллах не ввел в мое сердце ислам».