Хадис 2770 V1مرفوع

حَدَّثَنَا حِبَّانُ بْنُ مُوسَى ، أَخْبَرَنَا عَبْدُ اللهِ بْنُ الْمُبَارَكِ ، أَخْبَرَنَا يُونُسُ بْنُ يَزِيدَ الْأَيْلِيُّ . ( ح ) وَحَدَّثَنَا إِسْحَاقُ بْنُ إِبْرَاهِيمَ الْحَنْظَلِيُّ وَمُحَمَّدُ بْنُ رَافِعٍ وَعَبْدُ بْنُ حُمَيْدٍ قَالَ ابْنُ رَافِعٍ : حَدَّثَنَا ، وَقَالَ الْآخَرَانِ : أَخْبَرَنَا عَبْدُ الرَّزَّاقِ ، أَخْبَرَنَا مَعْمَرٌ وَالسِّيَاقُ حَدِيثُ مَعْمَرٍ مِنْ رِوَايَةِ عَبْدٍ وَابْنِ رَافِعٍ قَالَ يُونُسُ وَمَعْمَرٌ جَمِيعًا عَنِ الزُّهْرِيِّ : أَخْبَرَنِي سَعِيدُ بْنُ الْمُسَيِّبِ وَعُرْوَةُ بْنُ الزُّبَيْرِ وَعَلْقَمَةُ بْنُ وَقَّاصٍ وَعُبَيْدُ اللهِ بْنُ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ بْنِ مَسْعُودٍ ، عَنْ حَدِيثِ عَائِشَةَ زَوْجِ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ حِينَ قَالَ لَهَا أَهْلُ الْإِفْكِ مَا قَالُوا ، فَبَرَّأَهَا اللهُ مِمَّا قَالُوا ، وَكُلُّهُمْ حَدَّثَنِي طَائِفَةً مِنْ حَدِيثِهَا وَبَعْضُهُمْ كَانَ أَوْعَى لِحَدِيثِهَا مِنْ بَعْضٍ ، وَأَثْبَتَ اقْتِصَاصًا ، وَقَدْ وَعَيْتُ عَنْ كُلِّ وَاحِدٍ مِنْهُمُ الْحَدِيثَ الَّذِي حَدَّثَنِي . وَبَعْضُ حَدِيثِهِمْ يُصَدِّقُ بَعْضًا ذَكَرُوا أَنَّ عَائِشَةَ زَوْجَ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ قَالَتْ :

Передал нам Хиббан бин Муса, сообщил нам Абдуллах бин аль-Мубарак, сообщил нам Юнус бин Язид аль-Айли. (И по другому пути) передал нам Исхак бин Ибрахим аль-Ханзали, Мухаммад бин Рафи' и Абд бин Хумайд, причем Абд бин Рафи' сказал: «Передал нам», а двое других сказали: «Сообщил нам Абд ар-Раззак, сообщил нам Ма'мар», и изложение (в этом хадисе) принадлежит Ма'мару по передаче Абда и бин Рафи'. Юнус и Ма'мар оба передали от аз-Зухри: «Сообщил мне Саид бин аль-Мусайяб, Урва ибн аз-Зубайр, Алькама бин Ваккас и Убайдуллах бин Абдуллах бин Утба бин Мас'уд о рассказе Аиши, жены Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, в то время, когда люди клеветы (аль-ифк) сказали о ней то, что сказали, и Аллах оправдал ее от того, что они говорили». Каждый из них рассказал мне часть ее истории, а некоторые из них лучше запомнили ее рассказ, чем другие, и точнее передали последовательность событий. Я же запечатлел в памяти от каждого из них ту часть хадиса, которую он мне рассказал, причем части их рассказов подтверждают друг друга. Они упомянули, что Аиша, жена Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, сказала: «Когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, собирался отправиться в путь, он устраивал жребий среди своих жен, и та, чья доля выпадала, отправлялась в путь вместе с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует». Аиша сказала: «Однажды он устроил между нами жребий для военного похода, в который он отправлялся, и выпала моя доля, поэтому я отправилась с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. И это было уже после того, как был ниспослан аят о хиджабе. Меня носили и опускали в моем паланкине во время нашего путешествия. Когда же Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, завершил свой поход и возвращался назад, и мы приблизились к Медине, в одну из ночей он объявил о выступлении в путь. Я встала, когда они объявили о выступлении, и пошла, пока не удалилась от войска. Справившись со своими делами, я направилась к своему верблюжьему седлу, коснулась груди и обнаружила, что мое ожерелье из бус Зафара потерялось. Я вернулась назад и стала искать свое ожерелье, и поиски задержали меня. Тем временем подошли люди, которые помогали мне разместиться, подняли мой паланкин и водрузили его на ту самую верблюдицу, на которой я ездила, полагая, что я нахожусь внутри». Аиша сказала: «Женщины в то время были легкими (стройными), их не отягощал лишний вес, они питались лишь небольшой горстью еды, поэтому люди не заметили тяжести паланкина, когда поднимали и водружали его, а я была еще молодой девушкой. Они погнали верблюда и тронулись в путь. Я же нашла свое ожерелье после того, как войско уже ушло, и пришла на их стоянку, но там не было ни зовущего, ни отвечающего. Тогда я направилась к тому месту, где находилась прежде, полагая, что люди обнаружат мое отсутствие и вернутся за мной. И пока я сидела на своем месте, меня одолел сон, и я заснула. А Сафван бин аль-Муатталь ас-Сулами, а затем аз-Заквани, расположился на ночлег позади войска и выступил под утро, прибыв к моему месту на рассвете. Он увидел силуэт спящего человека, подошел ко мне и узнал меня, как только увидел, ибо он видел меня еще до того, как на меня был наложен хиджаб. Я проснулась от его слов «Инна ли-Лляхи ва инна иляйхи раджиун» («Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвратимся»), которые он произнес, узнав меня, и тотчас закрыла лицо своим покрывалом. Клянусь Аллахом, он не сказал мне ни единого слова и я не услышала от него ничего, кроме его слов «Инна ли-Лляхи...», пока он не опустил свою верблюдицу на колени и не наступил на ее переднюю ногу, после чего я взобралась на нее. Он повел верблюдицу со мной, и мы догнали войско после того, как они расположились на привал в разгар полуденного зноя. И погибли те, кто погиб из-за меня, а зачинщиком этого был Абдуллах бин Убайй ибн Салуль. Когда мы прибыли в Медину, я тяжело заболела, и болезнь моя продолжалась целый месяц. Люди же распространяли слова участников клеветы, а я ничего об этом не ведала. И меня настораживало в период моей болезни то, что я не замечала от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, той прежней мягкости, которую я видела от него во время болезни. (В то время) Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, лишь заходил, приветствовал меня и говорил: «Как эта ваша?» — и это вызывало у меня подозрения. Я же ничего не знала о зле до тех пор, как вышла из дома после выздоровления. Я отправилась вместе с Умм Мисцах в сторону аль-Манаси', а это наше место для справления естественной нужды, и мы выходили туда только по ночам, так как туалеты тогда еще не были построены около наших домов, и мы придерживались старых арабских обычаев удаления от жилищ, ибо нам было неприятно иметь туалеты возле наших домов. Итак, мы с Умм Мисцах — а она была дочерью Абу Рухма бин аль-Мутталиба бин Абд Манафа, а ее мать была дочерью Сахра бин Амира, сестрой Абу Бакра ас-Сиддика, и ее сын — Мисцах бин Утасата бин Аббад бин аль-Мутталиб — направились к моему дому, когда мы закончили свои дела. Умм Мисцах споткнулась о свой длинный плащ и воскликнула: «Да пропадет Мисцах!» Я сказала ей: «Как скверно то, что ты сказала! Неужели ты ругаешь человека, который участвовал в битве при Бадре?» Она ответила: «О несчастная! Разве ты не слышала, что он сказал?» Я спросила: «А что он сказал?» Она рассказала мне о словах людей клеветы, и моя болезнь только усилилась. Когда я вернулась в свой дом, ко мне зашел Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, поприветствовал меня и спросил: «Как эта ваша?» Я сказала: «Позволишь ли мне отправиться к моим родителям?» Аиша сказала: «В то время я хотела получить точное подтверждение этой вести от них самих». Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, позволил мне, и я пришла к родителям. Я спросила свою мать: «О матушка, что говорят люди?» Она ответила: «О доченька, успокойся! Клянусь Аллахом, редко бывает так, чтобы у мужчины была красивая жена, которую он любит, и при этом у нее были бы сожительницы-соперницы, и чтобы они не сплетничали о ней». Аиша сказала: «Я воскликнула: «Субхана-Ллах! Неужели люди говорят об этом?» Она заплакала в ту ночь и плакала до самого утра, так что слезы мои не высыхали и глаза не знали сна. Утром я продолжала плакать. А Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, когда затялось ниспослание откровения, призвал Али бин Абу Талиба и Усаму бин Зайда, чтобы посоветоваться с ними относительно развода со своей женой». Аиша сказала: «Что касается Усамы бин Зайда, то он указал Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, на то, что ему было известно о невиновности его жены, и на те чувства любви к ним, которые он испытывал в душе. Он сказал: «О Посланник Аллаха, они — твоя семья, и мы не знаем о них ничего, кроме хорошего». Что же касается Али бин Абу Талиба, то он сказал: «Аллах не стеснил тебя, а женщин, помимо нее, много. Спроси служанку, и она скажет тебе правду». Аиша сказала: «Тогда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, позвал Барюру и спросил: «О Барира, видела ли ты что-нибудь подозрительное в Аише?» Барира ответила ему: «Клянусь Тем, Кто отправил тебя с истиной! Я никогда не замечала за ней ничего такого, в чем могла бы ее упрекнуть, разве только то, что она молодая девушка, которая засыпает над тестом своей семьи, и тогда приходит домашняя птица и съедает его». Аиша сказала: «Тогда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, поднялся на минбар и потребовал справедливости от Абдуллаха бин Убайя ибн Салуля». Аиша сказала: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, находясь на минбаре, сказал: «О община мусульман! Кто защитит меня от человека, чьи обиды в отношении членов моей семьи достигли предела? Клянусь Аллахом, я знаю о своей жене только хорошее, и они упомянули человека, о котором я знаю тоже только хорошее, и он заходил к моей семье только вместе со мной». Тогда поднялся Са'д бин Муаз аль-Ансари и сказал: «Я защищу тебя от него, о Посланник Аллаха! Если он из ауситов, мы срубим ему голову, а если он из наших братьев-хазритцев, то ты прикажешь нам, и мы выполним твой приказ». Аиша сказала: «Тогда поднялся Са'д бин Убада, который был предводителем хазритцев — он был праведным человеком, но им овладела племенная гордыня, — и сказал Са'ду бин Муазу: «Ты солгал, клянусь жизнью! Ты не убьешь его и не сможешь убить!» Тогда поднялся Усайд бин Худайр, двоюродный брат Са'да бин Муаза, и сказал Са'ду бин Убаде: «Ты солгал, клянусь жизнью! Мы непременно убьем его, а ты — лицемер, который спорит за лицемеров!» И оба племени, ауситы и хазритцы, пришли в ярость, едва не начав сражение, в то время как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, стоял на минбаре. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, продолжал успокаивать их, пока они не замолчали, и сам умолк». Аиша сказала: «Я плакала в тот день, и слезы мои не высыхали, и глаза не знали сна. Затем я плакала наступившей ночью, и слезы мои не высыхали, и глаза не знали сна, а мои родители думали, что от плача у меня разорвется печень. И пока они сидели у меня, а я плакала, одна женщина из ансаров попросила позволения войти ко мне, и я разрешила ей. Она села и заплакала». Аиша сказала: «И в этот момент к нам зашел Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, поприветствовал нас и сел». Аиша сказала: «Он не садился у меня с тех пор, как мне было сказано то, что было сказано, а прошло уже целых месяц, в течение которого ему не было ниспослано никакого откровения касательно моего дела». Аиша сказала: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сев, произнес слова свидетельства (шахаду), а затем сказал: «А затем: о Аиша, поистине, до меня дошло о тебе то-то и то-то. Если ты невиновна, то Аллах оправдает тебя, а если ты совершила какой-то грех, то попроси прощения у Аллаха и покайся перед Ним, ибо поистине, когда раб признает свой грех, а затем кается, Аллах принимает его покаяние». Аиша сказала: «Когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, завершил свою речь, мои слезы иссякли так, что я не чувствовала ни единой капли. Я сказала своему отцу: «Ответь Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, на то, что он сказал». Он ответил: «Клянусь Аллахом, я не знаю, что ответить Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует». Тогда я сказала своей матери: «Ответь Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует». Она ответила: «Клянусь Аллахом, я не знаю, что ответить Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует». Тогда я — молодая девушка, которая почти не читала Коран — сказала: «Клянусь Аллахом, я знаю, что вы слышали об этом, так что это прочно укоренилось в ваших душах и вы поверили в это. Если я скажу вам, что я невиновна — а Аллах знает, что я невиновна, — вы не поверите мне в этом. А если я признаюсь вам в чем-то, хотя Аллах знает, что я невиновна, вы мне поверите. И клянусь Аллахом, я не нахожу для себя и для вас иного примера, кроме того, что сказал отец Йусуфа: «Прекрасно терпение, и Аллах — помощник против того, что вы описываете» (Коран, 12:18)». Аиша сказала: «Затем я повернулась и легла на свою постель». Аиша сказала: «И в тот момент я, клянусь Аллахом, прекрасно знала, что я невиновна и что Аллах оправдает меня благодаря моей невиновности. Однако, клянусь Аллахом, я никак не думала, что по моему поводу будет ниспослано читаемое откровение, ибо мое положение казалось мне слишком ничтожным для того, чтобы Всемогущий и Великий Аллах говорил обо мне в ниспосылаемом тексте. Но я надеялась, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, увидит во сне какое-нибудь видение, посредством которого Аллах оправдает меня». Аиша сказала: «И клянусь Аллахом, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, не сдвинулся со своего места и никто из обитателей дома не вышел, как Всемогущий и Великий Аллах ниспослал откровение Своему Пророку, да благословит его Аллах и приветствует. Его охватило то же состояние тяжести от ниспослания откровения, что и обычно, так что даже в зимний день с него катился пот подобно жемчужинам из-за тяжести слов, ниспосланных ему». Аиша сказала: «Когда это состояние прошло у Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, он улыбался, и первым словом, которое он произнес, было: «Радуйся, о Аиша! Поистине, Аллах оправдал тебя!» Моя мать сказала мне: «Встань к нему». Я ответила: «Клянусь Аллахом, я не встану к нему и не буду восхвалять никого, кроме Аллаха, ибо это Он ниспослал мое оправдание». Аиша сказала: «И Всемогущий и Великий Аллах ниспослал: «Поистине, те, которые принесли клевету — группа из вас...» (Коран, 24:11) — десять аятов. Аллах Всемогущий ниспослал эти аяты как мое оправдание». Аиша сказала: «Тогда Абу Бакр, который расходовал средства на Мисфаха из-за его родства с ним и его бедности, сказал: «Клянусь Аллахом, я больше никогда ничего не потрачу на него после того, что он сказал об Аише!» И тогда Всемогущий и Великий Аллах ниспослал: «И пусть обладающие достоинством и достатком среди вас не клянутся, что не будут помогать родственникам...» вплоть до слов: «Разве вы не любите, чтобы Аллах простил вас?» (Коран, 24:22)». Хиббан бин Муса передал, что Абдуллах бин аль-Мубарак сказал: «Это самый обнадеживающий аят в Книге Аллаха». Тогда Абу Бакр сказал: «Клянусь Аллахом, я поистине люблю, чтобы Аллах простил меня», — и возобновил прежнюю материальную помощь Мисфаху, сказав: «Я никогда не лишу его этого». Аиша сказала: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, спросил Зайнаб бинт Джахш, жену Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, о моем деле: «Что тебе известно или что ты видела?» Она ответила: «О Посланник Аллаха, я оберегаю свой слух и зрение! Клянусь Аллахом, я знаю о ней только хорошее». Аиша сказала: «И она была той из жен Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, которая соперничала со мной, но Аллах защитил ее посредством благочестия. А ее сестра Хамна бинт Джахш стала яростно выступать за нее и погибла вместе с теми, кто погиб».