Хадис 20744مرفوع

حَدَّثَنَا عَمْرُو بْنُ أَبِي الطَّاهِرِ بْنِ السَّرْحِ الْمِصْرِيُّ ، وَزَكَرِيَّا بْنُ يَحْيَى السَّاجِيُّ ، قَالَا : ثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ عُزَيْزٍ الْأَيْلِيُّ ، ثَنَا سَلَامَةُ بْنُ رَوْحٍ ، حَدَّثَنِي عُقَيْلُ بْنُ خَالِدٍ ، عَنِ ابْنِ شِهَابٍ ، قَالَ : أَخْبَرَنِي سَعِيدُ بْنُ الْمُسَيِّبِ ، وَعُرْوَةُ بْنُ الزُّبَيْرِ ، وَعُبَيْدُ اللهِ بْنُ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ ، عَنْ حَدِيثِ عَائِشَةَ زَوْجِ النَّبِيَّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - حِينَ أَهْلِ الْإِفْكِ مَا قَالُوا ، فَبَرَّأَهَا اللهُ ، وَكُلٌّ حَدَّثَنِي طَائِفَةً مِنَ الْحَدِيثِ الَّذِي حَدَّثَنِي عَنْ عَائِشَةَ وَبَعْضُ حَدِيثِهِمْ يُصَدِّقُ بَعْضًا ، وَإِنْ كَانَ بَعْضُهُمْ أَوْعَى لَهُ مِنْ بَعْضٍ ، زَعَمُوا أَنَّ عَائِشَةَ - زَوْجَ النَّبِيِّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - قَالَتْ :

Передали нам Амр ибн Абу ат-Тахир ибн ас-Сарх аль-Мисри и Закария ибн Яхья ас-Саджи, сказав: «Передал нам Мухаммад ибн Узайр аль-Айли, передал нам Салама ибн Раух, передал мне Укайль ибн Халид от Ибн Шихаба, который сказал: «Сообщили мне Саид ибн аль-Мусайяб, Урва ибн аз-Зубайр и Убайдуллах ибн Абдуллах ибн Утба о хадисе Аиши, жены Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), во время событий «клеветы» (аль-ифк), о том, что они говорили, и как Аллах оправдал её. Каждый из них рассказал мне часть хадиса, который он слышал от Аиши, и их рассказы подтверждают друг друга, хотя некоторые из них запомнили его лучше других». Они утверждали, что Аиша, жена Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), сказала: «Когда Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) собирался отправиться в путь, он бросал жребий между своими женами, и та, на которую выпадал жребий, отправлялась вместе с ним». Аиша сказала: «И он бросил жребий между нами во время одного из своих походов, и жребий выпал на меня, поэтому я отправилась с Посланником Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) уже после того, как был ниспослан аят о хиджабе. Меня перевозили и высаживали в моем паланкине. Мы ехали, пока Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) не завершил свой поход, и когда мы приблизились к Медине на обратном пути, он объявил ночью о выступлении. Когда он объявил о выступлении, я вышла по нужде. Справив нужду, я направилась к своему месту, и тут обнаружила, что мое ожерелье из бусин (азфар) порвалось. Я вернулась на место, чтобы поискать его. Тем временем люди, которые занимались сборами, подошли, подняли мой паланкин и водрузили его на верблюда, на котором я ехала, полагая, что я внутри. В то время женщины были легкими, их не отягощала полнота, они ели лишь немного пищи. Люди не заметили легкости паланкина, а я была еще совсем юной девушкой. Они погнали верблюда и отправились в путь. Я нашла свое ожерелье уже после того, как войско ушло. Я пришла к их стоянке, но там не было ни зовущего, ни отвечающего. Я направилась к тому месту, где была, полагая, что они заметят мое отсутствие и вернутся за мной. Пока я сидела на своем месте, меня одолел сон, и я уснула. Сафван ибн аль-Муатталь ас-Сулями, а затем аз-Заквани, следовал позади войска, он ехал всю ночь и утром оказался у моего места. Он увидел силуэт спящего человека, подошел ко мне и узнал меня, когда увидел, так как видел меня еще до того, как был ниспослан хиджаб. Я проснулась от его слов «Инна лилляхи ва инна иляйхи раджиун» (Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему вернемся), когда он узнал меня, и я закрыла лицо своим джильбабом. Он не сказал мне ни слова, и я не услышала от него ничего, кроме его слов «Инна лилляхи...», пока он не заставил верблюдицу опуститься. Он наступил на её ногу, и я села на неё. Он повел верблюдицу, ведя её за собой, пока мы не догнали войско, когда они уже остановились. Погиб тот, кто погиб, а зачинщиком клеветы был Абдуллах ибн Убайй ибн Салюль. Мы прибыли в Медину, и я проболела месяц, а люди распространяли слова клеветников. Я ничего об этом не знала, но меня смущало в моей болезни то, что я не видела от Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) той заботы, которую видела раньше, когда болела. Он лишь заходил ко мне и спрашивал: «Как вы себя чувствуете?», а затем уходил. Это смущало меня, и я не подозревала о зле, пока не вышла после того, как поправилась. Со мной вышла Умм Мистах в сторону аль-Манаси — это было наше место для справления нужды. Мы выходили только по ночам, до того как у наших домов построили туалеты. У нас были обычаи первых арабов в отношении выхода на природу для справления нужды, и нам было неприятно иметь туалеты рядом с домами. Я отправилась вместе с Умм Мистах, дочерью Абу Рухма ибн Абд Манафа, чья мать Умм Сахр бинт Амир была тетей Абу Бакра ас-Сиддика, а её сын — Мистах ибн Усаса ибн аль-Мутталиб. Когда мы закончили свои дела, мы с Умм Мистах направились к моему дому. Умм Мистах споткнулась о свою накидку и воскликнула: «Да пропадет Мистах!». Я сказала ей: «Плохо ты сказала! Ты ругаешь человека, который участвовал в битве при Бадре?». Она ответила: «О несчастная, разве ты не слышала, что он сказал?». Я спросила: «А что он сказал?». Она рассказала мне о словах клеветников, и моя болезнь усилилась. Когда мы вернулись домой, ко мне зашел Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и спросил: «Как вы себя чувствуете?». Я сказала ему: «Позволишь ли ты мне пойти к моим родителям?». В тот момент я хотела удостовериться в правдивости известий от них. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) разрешил мне, и я пришла к матери и спросила: «О матушка, что говорят люди?». Она ответила: «О доченька, успокойся. Клянусь Аллахом, редко бывает, чтобы у любимой мужем красивой женщины были соперницы, которые не наговаривали бы на неё». Я воскликнула: «Субханаллах! Неужели люди говорят об этом?». Я плакала всю ту ночь до утра, слезы не переставали течь, и я не сомкнула глаз. Утром я продолжала плакать. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) позвал Али ибн Абу Талиба и Усаму ибн Зайда, когда откровение задерживалось, чтобы посоветоваться с ними о разводе с женой. Усама указал Посланнику Аллаха на то, что он знал о невиновности его жены, и на ту любовь, которую он питал к ним в душе. Усама сказал: «О Посланник Аллаха, это твоя жена, мы не знаем о ней ничего, кроме добра». Али ибн Абу Талиб же сказал: «О Посланник Аллаха, Аллах не ограничил тебя, а женщин, кроме неё, много. Спроси служанку, она скажет тебе правду». Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) позвал Бариру и спросил её: «О Барира, видела ли ты что-нибудь, что тебя смутило?». Барира ответила: «Клянусь Тем, Кто послал тебя с истиной, я не видела в ней ничего, что могла бы поставить ей в упрек, кроме того, что она совсем юная девушка, которая засыпает, оставляя тесто без присмотра, и приходит домашняя живность и съедает его». В тот день Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) встал и потребовал справедливости в отношении Абдуллаха ибн Убайя ибн Салюля. Находясь на минбаре, Посланник Аллаха сказал: «О мусульмане, кто поможет мне против человека, чьи обидные слова в адрес моей семьи дошли до меня? Клянусь Аллахом, я не знаю о своей семье ничего, кроме добра. Они упомянули человека, о котором я не знаю ничего, кроме добра, и он никогда не заходил к моей семье, кроме как со мной». Тогда встал Саад ибн Муаз аль-Ансари и сказал: «О Посланник Аллаха, я помогу тебе против него. Если он из племени Аус, я отрублю ему голову, а если он из наших братьев из племени Хазрадж, прикажи нам, и мы исполним твой приказ». Встал Саад ибн Убада, который в тот день был предводителем Хазраджа, и хотя до этого он был праведным человеком, его охватила племенная ярость. Он сказал Сааду ибн Муазу: «Ты лжешь, клянусь Аллахом! Ты не убьешь его и не сможешь убить его». Тогда встал Усайд ибн Худайр, двоюродный брат Саада ибн Муаза, и сказал Сааду ибн Убаде: «Ты лжешь, клянусь Аллахом! Он непременно убьет его, а ты — лицемер, защищающий лицемеров». Аиша сказала: «Два племени, Аус и Хазрадж, пришли в ярость, и чуть было не начали сражаться, а Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) успокаивал их, пока они не замолчали, и он замолчал». Аиша сказала: «Я провела тот день, не переставая плакать, и не сомкнула глаз. Утром мои родители были у меня, а я плакала всю ночь, не переставая, и не спала. Они думали, что плач разорвет мою печень. Пока они сидели у меня, а я плакала, одна женщина из ансаров попросила разрешения войти, и я разрешила. Она села и заплакала вместе со мной. В это время вошел Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и сел». Она сказала: «Он не садился рядом со мной с тех пор, как мне сказали то, что сказали, и прошел месяц, в течение которого ему не приходило откровение по этому поводу». Она сказала: «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) произнес ташаххуд, когда сел, а затем сказал: «А затем, о Аиша, до меня дошло о тебе то-то и то-то. Если ты совершила грех, то попроси прощения у Аллаха и покайся перед Ним, ибо если раб признает свой грех, а затем покается, Аллах принимает его покаяние». Когда Посланник Аллаха закончил свою речь, мои слезы иссякли, и я не чувствовала ни капли. Я сказала отцу: «Ответь Посланнику Аллаха на то, что он сказал». Он ответил: «Клянусь Аллахом, я не знаю, что сказать Посланнику Аллаха». Я сказала матери: «Ответь Посланнику Аллаха на то, что он сказал». Она ответила: «Клянусь Аллахом, я не знаю, что сказать Посланнику Аллаха». Тогда я, будучи совсем юной девушкой, которая не знала многого из Корана, сказала: «Клянусь Аллахом, я знаю, что вы слышали этот рассказ, пока он не укоренился в ваших душах, и вы поверили в него. Если я скажу вам, что я невиновна — а Аллах знает, что я невиновна, — вы не поверите мне. А если я признаюсь вам в том, чего не совершала — а Аллах знает, что я от этого свободна, — вы поверите мне. Клянусь Аллахом, я не нахожу для себя и для вас примера, кроме как отца Юсуфа, который сказал: «Терпение прекрасно, и лишь к Аллаху следует обращаться за помощью против того, что вы описываете» (Коран, 12:18)». Она сказала: «Затем я отвернулась и легла на свою постель, зная, что я невиновна и что Аллах оправдает меня. Но, клянусь Аллахом, я не думала, что Аллах ниспошлет обо мне откровение, которое будет читаться, ибо я считала себя слишком ничтожной для того, чтобы Аллах говорил обо мне в откровении, которое будет читаться. Я надеялась, что Посланник Аллаха увидит сон, в котором Аллах оправдает меня». Она сказала: «Клянусь Аллахом, Посланник Аллаха не успел встать, и никто из домочадцев не вышел, как Аллаха ниспослал ему откровение. Его охватило то состояние, которое обычно охватывало его при получении откровения, так что даже в зимний день с него катился пот, подобный жемчужинам, из-за тяжести Корана, который ниспосылался ему». Она сказала: «Затем Посланнику Аллаха стало легче, и он улыбался. Первыми его словами были: «О Аиша, Аллах оправдал тебя!». Моя мать сказала мне: «Встань к Посланнику Аллаха». Я ответила: «Клянусь Аллахом, я не встану и не буду восхвалять никого, кроме Аллаха». И тогда Аллах ниспослал: «Воистину, те, которые возвели клевету...» (Коран, 24:11) — все десять аятов. Когда Аллах ниспослал это в оправдание меня, Абу Бакр ас-Сиддик, который содержал Мистаха ибн Усасу из-за его родства и бедности, сказал: «Клянусь Аллахом, я больше не дам Мистаху ничего после того, что он сказал об Аише». Тогда Аллах ниспослал: «Пусть обладающие достоинствами и достатком среди вас не клянутся, что не будут помогать родственникам...» до слов «...Аллах — Прощающий, Милосердный» (Коран, 24:22). Абу Бакр сказал: «Конечно, клянусь Аллахом, я хочу, чтобы Аллах простил меня». И он возобновил содержание Мистаха, которое давал ему, и сказал: «Клянусь Аллахом, я никогда не лишу его этого». Аиша сказала: «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) спрашивал Зейнаб бинт Джахш, жену Пророка, о моем деле. Он сказал: «О Зейнаб, что ты знаешь или видела?». Она ответила: «О Посланник Аллаха, я берегу свой слух и зрение. Клянусь Аллахом, я не знаю о ней ничего, кроме добра». Аиша сказала: «Она была той, кто соперничала со мной среди жен Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), но Аллах уберег её своей богобоязненностью. А её сестра начала враждовать и погибла вместе с теми, кто погиб из числа клеветников». Аз-Зухри сказал: «Это то, что дошло до нас из известий об этих людях из хадиса Аиши (да будет доволен ею Аллах)».»