Хадис 1905مرفوع

حَدَّثَنَا عَبْدُ اللهِ بْنُ مُحَمَّدٍ النُّفَيْلِيُّ ، وَعُثْمَانُ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ ، وَهِشَامُ بْنُ عَمَّارٍ ، وَسُلَيْمَانُ بْنُ عَبْدِ الرَّحْمَنِ الدِّمَشْقِيَّانِ ، وَرُبَّمَا زَادَ بَعْضُهُمْ عَلَى بَعْضٍ الْكَلِمَةَ ، وَالشَّيْءَ ، قَالُوا : نَا حَاتِمُ بْنُ إِسْمَاعِيلَ ، نَا جَعْفَرُ بْنُ مُحَمَّدٍ ، عَنْ أَبِيهِ قَالَ :

Передали нам Абдуллах бин Мухаммад ан-Нуфайли, Усман бин Абу Шейба, Хишам бин Аммар и Сулайман бин Абд ар-Рахман ад-Димашки — и порой некоторые из них добавляли к словам других то или иное выражение, — сказав: «Сообщил нам Хатим бин Исмаил, сообщил нам Джафар бин Мухаммад от своего отца, который сказал: "Мы вошли к Джабиру бин Абдуллаху, и когда мы приблизились к нему, он стал расспрашивать о людях, пока не дошел до меня. Я сказал: "Я — Мухаммад бин Али бин Хусайн". Он протянул руку к моей голове, расстегнул мою верхнюю пуговицу, затем расстегнул нижнюю пуговицу, затем положил свою ладонь мне на грудь между сосками, а я в тот день был юношей, и сказал: "Добро пожаловать и привет тебе, о сын моего брата! Спрашивай о чем пожелаешь". И я стал спрашивать его, а он был слепым. Подошло время молитвы, и он встал, завернувшись в тканевое покрывало — то есть сшитую из лоскутков одежду, — и каждый раз, когда он накидывал ее на плечо, ее концы соскальзывали обратно из-за ее малости. И он провел для нас молитву, а его рида́ (верхняя одежда) лежала рядом с ним на вешалке. Я сказал: "Расскажи мне о паломничестве (хадже) Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует". Он показал рукой, связав девять [лет], а затем сказал: "Поистине, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, прожил девять лет и не совершал хадж. Затем на десятый год было объявлено среди людей, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, совершает хадж. В Медину прибыло множество людей, и каждый из них стремился следовать за Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и поступать так же, как поступает он. И вышел Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и вышли мы вместе с ним, пока не прибыли в Зуль-Хулайфу. Там Асма бинт Умайс родила Мухаммада бин Абу Бакра и послала [сказать] Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует: "Как мне поступить?" Он ответил: "Соверши полное омовение (гусль), обвяжи себя тканью и вступай в состояние ихрама". И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, совершил молитву в мечети, затем оседлал верблюдицу аль-Касву. Когда же его верблюдица выровнялась с ним на равнине аль-Байда, Джабир сказал: "Я посмотрел на пределы видимости впереди него — сколько было всадников и пеших, и справа от него было столько же, и слева от него было столько же, и позади него было столько же. А Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, находился среди нас, и ему ниспосылался Коран, и он знал его толкование, и все, что он делал, делали и мы". И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, произнес тальбию, провозглашая единобожие: *«Лаббай-ка-ллахумма лаббайк, лаббай-ка ла шарика ляка лаббайк, инна-ль-хамда ван-ни’мата ляка валь-мульк, ля шарика ляк»* ("Вот я перед Тобой, о Аллах, вот я перед Тобой! Нет у Тебя сотоварища, вот я перед Тобой! Поистине, хвала Тебе, и милость, и власть! Нет сотоварища Тебе"). И люди произносили тальбию так, как они привыкли ее произносить, а Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, не отверг из этого ничего и остался верен своей тальбии. Джабир сказал: "Мы не намеревались ни на что, кроме хаджа, и не знали об умре. До тех пор, пока мы не прибыли с ним к Дому (Каабе), он коснулся рукой угла (Черного камня), затем совершил быстрый бег (хармаль) в течение трех обходов и обычный шаг в течение четырех. Затем он подошел к макаму (месту) Ибрахима и прочл: *«И сделайте же место Ибрахима местом для молитвы»*, и установил макам между собой и Домом". Он сказал: «И мой отец говорил: „Сказали ибн Нуфайли и Усман, и я не знаю, чтобы он упомянул это иначе как от Пророка, да благословит его Аллах и приветствует“». Сулайман сказал: «И я не знаю, что он сказал иначе как: „Сказал Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует: *„В двух рак’атах он читает: «Куль хува-ллаху ахад» и «Куль йа айюха-ль-кафирун»“*“». Затем он вернулся к Дому, коснулся угла, а затем вышел через дверь к ас-Сафе. Когда он приблизился к ас-Сафе, он прочел: *«Поистине, ас-Сафа и аль-Марва — из числа обрядов Аллаха»*, [сказав]: «Начнем с того, с чего начал Аллах». И он начал с ас-Сафы, поднялся на нее так, что увидел Дом, возвеличил Аллаха (сказав «Аллаху акбар»), засвидетельствовал Его единобожие и сказал: *«Ля иляха илля-ллаху вахдаху ля шарика ляху, ляху-ль-мульку ва ляху-ль-хамду, юх-ьи ва юмиту, ва хува ‘аля кулли шей’ин кадир. Ля иляха илля-ллаху вахдаху, анджаза ва’даху, ва насара ‘абдаху, ва хазама-ль-ахзаба вахдаху»* ("Нет бога, кроме Аллаха Единого, у Которого нет сотоварища. Ему принадлежит власть и хвала, Он оживляет и умерщвляет, и Он над каждой вещью властен. Нет бога, кроме Аллаха Единого, Который исполнил Свое обещание, помог Своему рабу и в одиночку разгромил союзные племена"). Затем он обратился с мольбой меж тем и повторил это трижды. Затем он спустился к аль-Марве, и когда его ноги ступили на склон долины, он побежал рысью в середине долины, а когда поднялся, пошел обычным шагом, пока не достиг аль-Марвы. И он сделал на аль-Марве то же самое, что сделал на ас-Сафе. И когда подошел к концу обход на аль-Марве, он сказал: *«Если бы я заранее знал то, что узнал впоследствии, то не стал бы гнать жертвенный скот с собой и сделал бы это умрой. А тот из вас, у кого нет с собой жертвенного скота, пусть выйдет из состояния ихрама и превратит это в умру»*. И тогда все люди вышли из состояния ихрама и укоротили волосы, кроме Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и тех, у кого был с собой жертвенный скот. Тогда поднялся Сурака бин Джу’шум и сказал: *«О Посланник Аллаха, это только для этого нашего года или навсегда?»* И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, переплел пальцы одной руки с пальцами другой и сказал: *«Умра вошла в хадж вот так»* — повторив это дважды — *«Нет, напротив, во веки веков! Нет, напротив, во веки веков!»* И прибыл Али, да будет доволен им Аллах, из Йемена с верблюдами для жертвоприношения Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и застал Фатиму, мир ей, среди тех, кто вышел из состояния ихрама: она надела окрашенные одежды и подвела глаза сурьмой. Али, да будет доволен им Аллах, выразил порицание этому и сказал: *«Кто приказал тебе это?»* Она ответила: *«Мой отец»*. И Али, да будет доволен им Аллах, говорил в Ираке: *«Я отправился к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, жалуясь на Фатиму, да будет доволен им Аллах, из-за того поступка, который она совершила, желая спросить постановления у Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, относительно того, что она передала от него. Я сообщил ему, что выразил ей порицание за это, а она сказала: „Поистине, мой отец приказал мне это“. И он сказал: „Она правдива, она правдива! Что ты сказал, когда вступал в хадж?“ Я ответил: „О Аллах, поистине, я вступаю в состояние ихрама с тем же, с чем вступил Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует“. Он сказал: „Поистине, со мной жертвенный скот, поэтому не выходи из ихрама“»*. И было общее количество жертвенных животных, с которыми пришел Али из Йемена и которые принес с собой Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, из Медины — сто. И вышли все люди из ихрама, и укоротили волосы, кроме Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и тех, у кого был жертвенный скот. А когда наступил день Тарвия (восьмой день зу-ль-хиджжи) и они направились в Мину, они вошли в состояние ихрама для хаджа. И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, се верхом и совершил в Мине полуденную (зухр), послеполуденную (аср), закатную (магриб), вечернюю (иша) и утреннюю (фаджр) молитвы. Затем он немного подождал, пока не взошло солнце, и приказал поставить для него шатер из шерсти, который был разбит в Намире. И выступил Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, причем курайшиты нисколько не сомневались в том, что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, остановится у Священного машара в Муздалифе, как это делали курайшиты во времена джахилии. Однако Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, проследовал дальше, пока не прибыл в Арафат, и обнаружил, что шатер для него уже разбит в Намире. Он остановился в нем, а когда солнце миновало зенит, он приказал оседлать для него аль-Касву. Он сел верхом, приехал в долину и обратился к людям с проповедью, сказав: *«Поистине, ваши крови и ваше имущество священны для вас так же, как священен этот ваш день в этом вашем месяце и в этом вашем городе. О поистине, все дела джахилии оставлены под моими ногами, и крови времен джахилии отменяются. И первая кровь, которую я отменяю, — это наша кровь, кровь...»* — Усман сказал: — *«...кровь ибн Раби’и»*. Сулайман же сказал: *«...кровь Раби’и бин аль-Хариса бин Абд аль-Мутталиба»*. И некоторые из них сказали: *«Он был отдан на вскармливание в Бану Са’д, и его убила [племя] Хузайл»*. *«И ростовщичество времен джахилии отменяется, и первое ростовщичество, которое я отменяю, — это наше ростовщичество, ростовщичество ‘Аббаса бин Абд аль-Мутталиба, ибо оно отменяется полностью. Бойтесь Аллаха в отношении женщин, ибо вы взяли их по доверенности от Аллаха и сделали их половые органы дозволенными для вас посредством слова Аллаха. И у вас есть право перед ними в том, чтобы они не позволяли садиться на ваши постели никому из тех, кого вы не любите. Если же они сделают это, то бьете их ненасильственным ударом. И они имеют право на ваше обеспечение и одежду согласно принятому обычаю. Поистине, я оставил среди вас то, после чего вы никогда не заблудитесь, если будете держаться за это: Книгу Аллаха. И вы будете спрошены обо мне, так что же вы скажете?»* Они ответили: *«Мы свидетельствуем, что ты передал послание, исполнил долг и дал искренний совет»*. Затем он поднял указательный палец к небу и стал указывать им на людей, говоря: *«О Аллах, свидетельствуй! О Аллах, свидетельствуй! О Аллах, свидетельствуй!»* Затем Билял провозгласил азан, затем икамат, и он совершил зухр. Затем он провозгласил икамат и совершил аср, не совершая между ними никакой молитвы. Затем он оседлал аль-Касву, пока не прибыл к месту стояния (молитвы), прижав живот своей верблюдицы аль-Касвы к скалам, а вереницу пеших оставил перед собой. Он повернулся к кибле и продолжал стоять, пока не зашло солнце и не исчезла желтизна, когда диск полностью скрылся. Он посадил позади себя Усаму и двинулся в путь, притянув поводок аль-Касвы так сильно, что ее голова касалась седла, и повторяя своей правой рукой: *«О люди, соблюдайте спокойствие, о люди, соблюдайте спокойствие!»* Каждый раз, когда он подъезжал к какому-либо возвышению на дороге, он немного отпускал поводок, чтобы она могла подняться. Так он прибыл в Муздалифу и объединил там магриб и иша с одним азаном и двумя икаматами. Усман сказал: *«И он не совершал между ними никакой добровольной молитвы (субха)»*. Затем они сошлись во мнениях, и Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, прилег, пока не взошел рассвет. Он совершил утреннюю молитву, когда рассвет стал очевиден. Сулайман сказал: *«С азаном и икаматом»*. Затем они сошлись во мнениях, и он оседлал аль-Касву, пока не прибыл к Священному машару, поднялся на него». Усман и Сулайман сказали: «И он повернулся к кибле, восславил Аллаха, возвеличил Его и произнес тахлиль». Усман добавил: «И засвидетельствовал единобожие. И он продолжало стоять, пока рассвет не стал совсем ярким. Затем Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, тронулся в путь до восхода солнца и посадил позади себя аль-Фадля бин ‘Аббаса — а это был красивый, белолицый, статный мужчина. И когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллаh и приветствует, двинулся в путь, женщины проезжали мимо, быстро продвигаясь, и Фадль стал смотреть на них. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, положил свою руку на лицо Фадля, но Фадль повернул лицо в другую сторону. Тогда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, перенес руку в другую сторону, а Фадль снова повернул лицо в другую сторону, продолжая смотреть. Пока они не прибыли в Мухассир, где он немного ускорил ход, а затем свернул на среднюю дорогу, которая выводит к великой джамре. Он прибыл к джамре, что у дерева, и бросил в нее семь камешков, возвеличивая Аллаха при броске каждого камешка, размером с мелкие камешки для метания. Он бросал их со дна долины. Затем Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, повернулся к месту жертвоприношения и принес в жертву своей рукой шестьдесят три животных, а Али приказал принести в оставшуюся часть — то есть то, что осталось, сделав его соучастником в своем жертвоприношении. Затем он приказал взять от каждой туши по кусочку мяса, которые были положены в котел, сварены, и они оба поели этого мяса и выпили этого бульона». Сулайман сказал: «Затем он сел верхом и совершил таваф ифада к Дому, совершил в Мекке полуденную молитву, а затем подошел к роду Абд аль-Мутталиба, которые черпали воду у Замзама, и сказал: *„Черпайте, о сыны Абд аль-Мутталиба! Если бы не опасение, что люди оттеснят вас от вашего дела попоения, я бы черпал воду вместе с вами“*. И они подали ему бадью, и он испил из нее"».