Хадис 422مرفوع

حَدَّثَنَا أَحْمَدُ بْنُ الْمِقْدَامِ ، قَالَ : نَا الْمُعْتَمِرُ بْنُ سُلَيْمَانَ ، قَالَ : سَمِعْتُ أَبِي يُحَدِّثُ عَنْ أَبِي نَضْرَةَ ، عَنْ أَبِي سَعِيدٍ ، مَوْلَى أَبِي أُسَيْدٍ ، قَالَ :

Передал нам Ахмад бин аль-Микдам, сказавший: сообщил нам аль-Му‘тамир бин Сулайман, сказавший: я слышал, как мой отец передавал от Абу Надры от Абу Са‘ида, вольноотпущенника Абу Усайда, сказавшего: до Усмана дошло, что делегация жителей Египта выступила в путь, и он встретил их в селении, принадлежавшем ему за пределами Медины, не желая, чтобы они входили к нему (или передал нечто подобное). Когда же они узнали о его местонахождении, то направились к нему и сказали: «Позови нам мусхаф!». Он велел принести его и сказал: «Открывай», и тот стал читать, пока не дошел до этого аяты: {Скажи: „Видели ли вы то, что ниспослал вам Аллах из удела, а вы сделали из него запретное и дозволенное? Скажи: „Аллах ли дозволил вам это или вы возводите навет на Аллаха?“}. Они сказали: «Это заповедник Аллаха (хима), который Он тебе разрешил, или ты возводишь навет на Аллаха?». Он ответил: «Ступайте, [это] ниспослано о том-то и том-то. Что же касается заповедника, то Умар учредил заповедник для верблюдов садаки, и когда я возглавил [правление], я поступил так же, как он, и не прибавил ничего к тому, что он прибавил». Передатчик сказал: «И, по-моему, он добавил: „И в то время мне было столько-то лет“». Затем он сказал: «Они спросили его о других вещах, и он начал говорить: „Ступайте, [это] ниспослано о том-то и том-то“. Затем они спросили его о вещах, о которых он знал, но у него не было для них [иного] выхода [как сказать правду], и он сказал: „Попросите прощения у Аллаха!“. Затем он спросил: „Чего вы хотите?“. Они ответили: „Мы хотим, чтобы жители Медины не получали жалованье (ата), ибо это имущество принадлежит тем, кто сражался за него, и этим старикам из сподвижников Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует“. Передатчик сказал: «И он согласился, и они согласились, и они взяли с него обязательство» (передатчик сказал: «И, по-моему, они записали с ним договор»). И он взял с них обязательство не раскалывать общину и не разделяться с джамаатом. Передатчик сказал: «И он согласился, и они согласились, и они отправились вместе с ним в Медину». [Усман] поднялся на минбар, воздал хвалу Аллаху и восславил Его, а затем сказал: «О люди, клянусь Аллахом, я не видел делегации лучше этой делегации! О те, у кого есть посевы, — отправляйтесь к своим посевам! А у кого есть скот — доите его! Поистине, нет у вас у нас никакого имущества, это имущество принадлежит тем, кто сражался за него, и этим старикам из сподвижников Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует». Люди разгневались и сказали: «Это хитрость рода Умайя!», а делегация возвратилась довольной. Когда же они были в пути, вдруг какой-то всадник стал преграждать им дорогу, а затем удаляться от них, затем возвращаться к ним и бранить их. Они схватили его и сказали: «В чем твое дело? Поистине, у тебя есть какое-то дело!». Он ответил: «Я — гонец повелителя правоверных к его наместнику в Египте». Они обыскали его и нашли у него письмо от имени Усмана с его печатью с повелением распять их, или отрубить им головы, или отсечь им руки и ноги. Передатчик сказал: «И они возвратились и сказали: „Он нарушил договор, и Аллах дозволил его кровь!“». Они прибыли в Медину и пришли к Али, сказав: «Разве ты не видишь врага Аллаха, который написал о нас то-то и то-то? Встань с нами против него!». Он ответил: «Клянусь Аллахом, я не встану с вами!». Они спросили: «А зачем ты написал нам?». Он сказал: «Клянусь Аллахом, я никогда не писал вам никакого письма!». Они переглянулись, и один из них сказал: «Ради этого ли вы сражаетесь или из-за этого гневаетесь?». Али вышел и поселился в селении за пределами Медины. Они пришли к Усману и сказали: «Ты написал о нас то-то и то-то?». Он ответил: «Есть лишь два пути: либо вы представите двух свидетелей, либо поклянетесь Аллахом: „Я не писал, и не диктовал, и не знал этого“. Вы же знаете, что письмо пишут от имени человека, и печать подделывают под печать». Передатчик сказал: «И они осадили его. Однажды он показался им сверху и сказал: „Мир вам!“, но я не слышал, чтобы кто-то ответил ему, кроме того, как некто ответил про себя. Он сказал: „Заклинаю вас Аллахом, знаете ли вы, что я купил колодец Рума на свои деньги, чтобы сделать воду в нем сладкой, и сделал свое ведро равным ведру любого мусульманина?“. Ему ответили: „Да“. Он спросил: „Так за что же вы запрещаете мне пить его воду, пока я не вынужден пить морскую воду? Заклинаю вас Аллахом, знаете ли вы, что я купил то-то и то-то на свои деньги и увеличил за их счет [площадь] мечети?“. Они ответили: „Да“. Он спросил: „А знаете ли вы кого-нибудь, кому было запрещено совершать в ней молитву до меня?“. Затем он упомянул другие вещи, о которых говорил ему Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует (передатчик сказал: «И, по-моему, он упомянул о том, что написал его завет собственноручно»). Передатчик сказал: «И запрет распространился, и стали говорить: „Удержитесь от [посягательств на] повелителя правоверных!“». И мы не знаем никого, кто передал бы этот хадис, кроме аль-Му‘тамира бин Сулаймана от его отца.