Хадис 11324مرفوع

أَخْبَرَنَا مُحَمَّدُ بْنُ عَبْدِ الْأَعْلَى ، حَدَّثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ ثَوْرٍ ، عَنْ مَعْمَرٍ ، عَنْ مُحَمَّدِ بْنِ مُسْلِمِ بْنِ شِهَابٍ الزُّهْرِيِّ ، قَالَ : أَخْبَرَهُ عُرْوَةُ بْنُ الزُّبَيْرِ ، وَسَعِيدُ بْنُ الْمُسَيِّبِ ، وَعَلْقَمَةُ بْنُ وَقَّاصٍ ، وَعُبَيْدُ اللهِ بْنُ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ ، عَنْ حَدِيثِ عَائِشَةَ زَوْجِ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ حِينَ قَالَ لَهَا أَهْلُ الْإِفْكِ مَا قَالُوا فَبَرَّأَهَا اللهُ ، وَكُلُّهُمْ حَدَّثَنِي بِطَائِفَةٍ مِنْ حَدِيثِهَا ، وَبَعْضُهُمْ كَانَ أَوْعَى لِحَدِيثِهَا مِنْ بَعْضٍ ، وَأَثْبَتَ لَهُ اقْتِصَاصًا ، وَقَدْ وَعَيْتُ مِنْ كُلِّ وَاحِدٍ مِنْهُمُ الْحَدِيثَ الَّذِي حَدَّثَنِي بِهِ ، وَبَعْضُ حَدِيثِهِمْ يُصَدِّقُ بَعْضُهُ بَعْضًا . زَعَمُوا أَنَّ عَائِشَةَ زَوْجَ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ قَالَتْ :

Сообщил нам Мухаммад ибн ‘Абд аль-А‘ля, передал нам Мухаммад ибн Саур от Ма‘мара, от Мухаммада ибн Муслима ибн Шихаба аз-Зухри, который сказал: «Ему сообщили ‘Урва ибн аз-Зубайр, Са‘ид ибн аль-Мусаййиб, ‘Алькама ибн Ваккас и ‘Убайдуллах ибн ‘Абдуллах ибн ‘Утба о хадисе ‘Аиши, супруги Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, когда люди клеветы (аль-ифк) сказали о ней то, что сказали, а Аллах оправдал её. Каждый из них рассказал мне часть её истории, и некоторые из них запомнили её лучше других и были более точны в изложении. Я же запомнил от каждого из них тот рассказ, который он мне поведал, и части их рассказов подтверждают друг друга». Они утверждают, что ‘Аиша, супруга Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, сказала: «Когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, собирался в путь, он бросал жребий между своими женами, и ту, на которую выпадал жребий, он брал с собой. ‘Аиша сказала: «И он бросил жребий между нами в одном из своих походов, и жребий выпал мне, поэтому я отправилась вместе с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, уже после того, как был ниспослан аят о хиджабе. Меня перевозили в моем паланкине, и я выходила из него. Мы ехали, пока Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, не завершил свой поход и не отправился в обратный путь. Когда мы приблизились к Медине, он объявил ночью о выступлении. Я отошла, чтобы справить нужду, а когда вернулась к стоянке, коснулась груди и обнаружила, что мое ожерелье из бус «джаз‘» пропало. Я вернулась и стала искать его, и поиски задержали меня. Тем временем подошли люди, которые обычно помогали мне садиться, и погрузили мой паланкин на верблюда, на котором я ездила, полагая, что я внутри. В то время женщины были легкими, так как они не были полными и не страдали от избыточного веса, довольствуясь лишь малым количеством пищи. Поэтому люди не почувствовали тяжести паланкина, когда поднимали и закрепляли его, а я была еще совсем юной девушкой. Они повели верблюда и отправились в путь. Я нашла свое ожерелье уже после того, как войско ушло. Я пришла к их стоянке, но там не было ни зовущего, ни отвечающего. Я направилась к тому месту, где была, полагая, что они заметят мое отсутствие и вернутся. Пока я сидела, меня одолел сон, и я уснула. Сафван ибн аль-Му‘атталь, который следовал позади войска, двигаясь ночью, утром оказался у моей стоянки. Он увидел силуэт спящего человека и подошел ко мне. Он узнал меня, когда увидел, так как видел меня еще до того, как нам был предписан хиджаб. Я проснулась от его слов «Инна ли-Лляхи ва инна илейхи раджи‘ун», когда он узнал меня, и закрыла лицо своим джильбабом. Клянусь Аллахом, он не сказал мне ни слова, и я не слышала от него ничего, кроме этих слов, когда он заставил верблюдицу опуститься. Он наступил на её ногу, я села на неё, и он повел верблюдицу, пока мы не догнали войско, когда они остановились на отдых в полуденный зной. Из-за этого со мной случилось то, что случилось, а зачинщиком этого был ‘Абдуллах ибн Убай ибн Салюль. Я прибыла в Медину и проболела месяц, а люди распространяли слова клеветников, о чем я ничего не знала. Меня лишь смущало в моей болезни то, что я не видела от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, той заботы, которую я видела обычно, когда болела. Он лишь заходил, приветствовал и спрашивал: «Как вы себя чувствуете?». Это меня смущало, но я не подозревала о зле, пока не вышла после того, как поправилась. Со мной вышла Умм Мистах в сторону аль-Манаси‘ — это было наше место для справления нужды, и мы выходили туда только по ночам, так как тогда у нас еще не было отхожих мест рядом с домами, и мы придерживались обычаев первых арабов в этом деле, избегая строить туалеты возле домов. Я и Умм Мистах — она была дочерью Абу Рухма ибн ‘Абд аль-Мутталиба ибн ‘Абд Манафа, а её мать была дочерью Сахра ибн ‘Амира, тетей Абу Бакра ас-Сиддика, а её сын — Мистах ибн Усаса ибн ‘Убад ибн аль-Мутталиб — отправились в путь. Когда мы закончили свои дела, мы с дочерью Абу Рухма направились к моему дому. Умм Мистах споткнулась о свою накидку и воскликнула: «Да пропадет Мистах!». Я сказала ей: «Плохо ты сказала! Ты ругаешь человека, который участвовал в битве при Бадре?!». Она ответила: «О несчастная, разве ты не слышала, что он сказал?». Я спросила: «А что он сказал?». Она рассказала мне о словах клеветников, и моя болезнь усилилась. Когда я вернулась домой, ко мне зашел Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и спросил: «Как вы себя чувствуете?». Я сказала: «Позволишь ли ты мне пойти к моим родителям?». Он ответил: «Да». Я хотела удостовериться в новостях от них. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, разрешил мне, и я пришла к родителям. Я спросила мать: «О матушка, что говорят люди?». Она ответила: «О доченька, успокойся. Клянусь Аллахом, редко бывает так, чтобы у мужчины была красивая жена, которую он любит, и у которой есть соперницы, чтобы они не наговаривали на неё». Я воскликнула: «Пречист Аллах! Неужели люди говорят об этом, и это дошло до Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует?». Она ответила: «Да». Я плакала всю ту ночь до утра, слезы не переставали течь, и я не сомкнула глаз, так что мои родители подумали, что плач разорвет мою печень. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, призвал ‘Али ибн Абу Талиба и Усаму ибн Зайда, когда откровение задерживалось, чтобы посоветоваться с ними о разводе с женой. Усама указал Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, на то, что он знал о невиновности его жены, и на то, что было у него в сердце из любви, сказав: «О Посланник Аллаха, это твоя жена, и мы не знаем о ней ничего, кроме добра». А ‘Али ибн Абу Талиб сказал: «О Посланник Аллаха, Аллах не ограничил тебя женщинами, их много, а если ты спросишь служанку, она скажет тебе правду» — имея в виду Бариру. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, позвал Бариру и спросил: «Видела ли ты что-нибудь, что заставило бы тебя сомневаться в ‘Аише?». Барира ответила: «Клянусь Тем, Кто послал тебя с истиной, я не видела в ней ничего, что могла бы поставить ей в упрек, кроме того, что она еще юна и засыпает, оставляя тесто без присмотра, и приходит домашняя живность и съедает его». Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, встал, обратился с проповедью, восславил Аллаха, воздал Ему должное, а затем сказал: «А затем, кто поможет мне против человека, чьи обиды в адрес моей семьи дошли до меня?» — имея в виду ‘Абдуллаха ибн Убай ибн Салюля. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, будучи на минбаре, сказал: «О община мусульман, кто поможет мне против человека, чьи обиды в адрес моей семьи дошли до меня?» — имея в виду ‘Абдуллаха ибн Убай ибн Салюля. — «Клянусь Аллахом, я не знаю о своей семье ничего, кроме добра, и никто не входил к моей семье, кроме как со мной». Тогда встал Са‘д ибн Му‘аз аль-Ансари и сказал: «Я помогу тебе против него, о Посланник Аллаха! Если он из племени Аус, мы отрубим ему голову, а если он из наших братьев из Хазрадж, прикажи нам, и мы исполним твой приказ». Тогда встал Са‘д ибн ‘Убада, предводитель Хазраджа, который был праведным человеком, но его охватила племенная гордость, и сказал: «О Са‘д ибн Му‘аз, клянусь Аллахом, ты не убьешь его и не сможешь убить!». Тогда встал Усайд ибн Худайр, двоюродный брат Са‘да ибн Му‘аза, и сказал Са‘ду ибн ‘Убаде: «Ты лжешь! Клянусь Аллахом, мы убьем его, а ты — лицемер, защищающий лицемеров!». Два племени, Аус и Хазрадж, пришли в волнение и были готовы сразиться, а Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, стоял на минбаре. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, продолжал успокаивать их, пока они не замолчали. Затем Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, пришел ко мне, когда я была в доме родителей. Пока он сидел, а я плакала, одна женщина из ансаров попросила разрешения войти ко мне».