Хадис 3006–3014مرفوع

حَدَّثَنَا هَارُونُ بْنُ مَعْرُوفٍ ، وَمُحَمَّدُ بْنُ عَبَّادٍ ، ( وَتَقَارَبَا فِي لَفْظِ الْحَدِيثِ ، وَالسِّيَاقُ لِهَارُونَ ) ، قَالَا : حَدَّثَنَا حَاتِمُ بْنُ إِسْمَاعِيلَ ، عَنْ يَعْقُوبَ بْنِ مُجَاهِدٍ أَبِي حَزْرَةَ ، عَنْ عُبَادَةَ بْنِ الْوَلِيدِ بْنِ عُبَادَةَ بْنِ الصَّامِتِ قَالَ : خَرَجْتُ أَنَا وَأَبِي نَطْلُبُ الْعِلْمَ فِي هَذَا الْحَيِّ مِنَ الْأَنْصَارِ قَبْلَ أَنْ يَهْلِكُوا ، فَكَانَ أَوَّلُ مَنْ لَقِينَا أَبَا الْيَسَرِ صَاحِبَ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، وَمَعَهُ غُلَامٌ لَهُ مَعَهُ ضِمَامَةٌ مِنْ صُحُفٍ ، وَعَلَى أَبِي الْيَسَرِ بُرْدَةٌ وَمَعَافِرِيَّ ، وَعَلَى غُلَامِهِ بُرْدَةٌ وَمَعَافِرِيَّ ، فَقَالَ لَهُ أَبِي : يَا عَمِّ ، إِنِّي أَرَى فِي وَجْهِكَ سَفْعَةً مِنْ غَضَبٍ؟ قَالَ : أَجَلْ ، كَانَ لِي عَلَى فُلَانِ بْنِ فُلَانٍ الْحَرَامِيِّ مَالٌ ، فَأَتَيْتُ أَهْلَهُ فَسَلَّمْتُ فَقُلْتُ : ثَمَّ هُوَ؟ قَالُوا : لَا . فَخَرَجَ عَلَيَّ ابْنٌ لَهُ جَفْرٌ ، فَقُلْتُ لَهُ : أَيْنَ أَبُوكَ؟ قَالَ : سَمِعَ صَوْتَكَ فَدَخَلَ أَرِيكَةَ أُمِّي . فَقُلْتُ : اخْرُجْ إِلَيَّ فَقَدْ عَلِمْتُ أَيْنَ أَنْتَ . فَخَرَجَ فَقُلْتُ : مَا حَمَلَكَ عَلَى أَنِ اخْتَبَأْتَ مِنِّي؟ قَالَ : أَنَا وَاللهِ أُحَدِّثُكَ ، ثُمَّ لَا أَكْذِبُكَ ، خَشِيتُ وَاللهِ أَنْ أُحَدِّثَكَ فَأَكْذِبَكَ ، وَأَنْ أَعِدَكَ فَأُخْلِفَكَ ، وَكُنْتَ صَاحِبَ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، وَكُنْتُ وَاللهِ مُعْسِرًا . قَالَ قُلْتُ : آللهِ؟ قَالَ : اللهِ . قُلْتُ : آللهِ؟ قَالَ : اللهِ . قُلْتُ : آللهِ؟ قَالَ : اللهِ . قَالَ : فَأَتَى بِصَحِيفَتِهِ فَمَحَاهَا بِيَدِهِ فَقَالَ : إِنْ وَجَدْتَ قَضَاءً فَاقْضِنِي ، وَإِلَّا أَنْتَ فِي حِلٍّ . فَأَشْهَدُ بَصَرُ عَيْنَيَّ هَاتَيْنِ ، ( وَوَضَعَ إِصْبَعَيْهِ عَلَى عَيْنَيْهِ ) وَسَمْعُ أُذُنَيَّ هَاتَيْنِ ، وَوَعَاهُ قَلْبِي هَذَا ، ( وَأَشَارَ إِلَى مَنَاطِ قَلْبِهِ ) رَسُولَ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَهُوَ يَقُولُ : مَنْ أَنْظَرَ مُعْسِرًا أَوْ وَضَعَ عَنْهُ ، أَظَلَّهُ اللهُ فِي ظِلِّهِ . قَالَ فَقُلْتُ لَهُ أَنَا : يَا عَمِّ ، لَوْ أَنَّكَ أَخَذْتَ بُرْدَةَ غُلَامِكَ وَأَعْطَيْتَهُ مَعَافِرِيَّكَ ، وَأَخَذْتَ مَعَافِرِيَّهُ وَأَعْطَيْتَهُ بُرْدَتَكَ ، فَكَانَتْ عَلَيْكَ حُلَّةٌ وَعَلَيْهِ حُلَّةٌ . فَمَسَحَ رَأْسِي وَقَالَ : اللَّهُمَّ بَارِكْ فِيهِ ، يَا ابْنَ أَخِي ، بَصَرُ عَيْنَيَّ هَاتَيْنِ ، وَسَمْعُ أُذُنَيَّ هَاتَيْنِ ، وَوَعَاهُ قَلْبِي هَذَا ، ( وَأَشَارَ إِلَى مَنَاطِ قَلْبِهِ ) رَسُولَ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَهُوَ يَقُولُ : أَطْعِمُوهُمْ مِمَّا تَأْكُلُونَ ، وَأَلْبِسُوهُمْ مِمَّا تَلْبَسُونَ . وَكَانَ أَنْ أَعْطَيْتُهُ مِنْ مَتَاعِ الدُّنْيَا أَهْوَنَ عَلَيَّ مِنْ أَنْ يَأْخُذَ مِنْ حَسَنَاتِي يَوْمَ الْقِيَامَةِ . ثُمَّ مَضَيْنَا حَتَّى أَتَيْنَا جَابِرَ بْنَ عَبْدِ اللهِ فِي مَسْجِدِهِ وَهُوَ يُصَلِّي فِي ثَوْبٍ وَاحِدٍ مُشْتَمِلًا بِهِ ، فَتَخَطَّيْتُ الْقَوْمَ حَتَّى جَلَسْتُ بَيْنَهُ وَبَيْنَ الْقِبْلَةِ فَقُلْتُ : يَرْحَمُكَ اللهُ ، أَتُصَلِّي فِي ثَوْبٍ وَاحِدٍ وَرِدَاؤُكَ إِلَى جَنْبِكَ؟ قَالَ : فَقَالَ بِيَدِهِ فِي صَدْرِي هَكَذَا ، وَفَرَّقَ بَيْنَ أَصَابِعِهِ وَقَوَّسَهَا : أَرَدْتُ أَنْ يَدْخُلَ عَلَيَّ الْأَحْمَقُ مِثْلُكَ فَيَرَانِي كَيْفَ أَصْنَعُ فَيَصْنَعُ مِثْلَهُ . أَتَانَا رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فِي مَسْجِدِنَا هَذَا ، وَفِي يَدِهِ عُرْجُونُ ابْنِ طَابٍ ، فَرَأَى فِي قِبْلَةِ الْمَسْجِدِ نُخَامَةً فَحَكَّهَا بِالْعُرْجُونِ ، ثُمَّ أَقْبَلَ عَلَيْنَا فَقَالَ :

Передали нам Харун бру Ма‘руф и Мухаммад бру ‘Аббад (и их передачи близки по формулировке, но заади (словесное изложение) принадлежит Харуну), которые сказали: «Передал нам Хатим бру Исма‘иль от Йа‘куба бру Муджахида Абу Хазры, от ‘Убады бру аль-Валида бру ‘Убады бру ас-Самита, который сказал: "Вышел я вместе с моим отцом искать знание среди этого квартала ансаров до того, как они вымрут. Первым, кого мы встретили, был Абу Ясар — сподвижник Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. С ним был его юноша, у которого был сверток с свитками. На самом Абу Ясаре был плащ и одеяние из Ма‘афира, и на его юноше был плащ и одеяние из Ма‘афира. Отец сказал ему: „О дядя, поистине, я вижу на твоем лице следы гнева“. Тот ответил: „Да. У меня были деньги, причитающиеся мне с такого-то сына такого-то из племени Харам. Я пришел к его семье, поприветствовал их и спросил: «Дома ли он?» Они ответили: «Нет». Тут вышел ко мне его сын, рослый юноша, и я спросил его: «Где твой отец?» Он ответил: «Он услышал твой голос и спрятался в комнате моей матери». Я сказал: «Выходи ко мне, я ведь знаю, где ты». Он вышел, и я спросил: «Что побудило тебя прятаться от меня?» Он ответил: «Клянусь Аллахом, я скажу тебе правду и не стану лгать тебе. Клянусь Аллахом, я побоялся, что солгу тебе, если буду разговаривать с тобою, и пообещаю тебе, а потом не выполню обещание. Ты ведь был сподвижником Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, а я, клянусь Аллахом, был в тяжелом финансовом положении». Я спросил: «Клянусь Аллахом?» Он ответил: «Клянусь Аллахом». Я спросил: «Клянусь Аллахом?» Он ответил: «Клянусь Аллахом». Я спросил: «Клянусь Аллахом?» Он ответил: «Клянусь Аллахом»". Тот [Абу Ясар] продолжил: "Тогда он принес свой долговой свиток и стер его своей рукой, сказав: «Если появятся средства, верни мне долг, а если нет — ты свободен от обязательств». И я свидетельствую зрением этих моих глаз (при этом он положил два пальца на свои глаза), слухом этих моих ушей и это запечатлело мое сердце (указав на область своего сердца), что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: «Кто предоставит отсрочку неимущему должнику или простит ему долг, того Аллах укроет в Своей тени»". Я же сказал ему: "О дядя, если бы ты взял плащ своего юноши и отдал ему свое одеяние из Ма‘афира, а взял его одеяние из Ма‘афира и отдал ему свой плащ, то у тебя был бы полноценный наряд (хулля) и у него был бы полноценный наряд". Он погладил меня по голове и сказал: "О Аллах, благослови его! О сын моего брата, зрением этих моих глаз, слухом этих моих ушей и это запечатлело мое сердце (указав на область своего сердца), Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: «Кормите их тем, что едите сами, и одевайте их в то, во что одеваетесь сами»". И поистине, отдать ему что-то из мирских благ было для меня легче, чем если бы он забрал что-то из моих благих деяний в День Воскресения. Затем мы отправились дальше, пока не пришли к Джабиру бру ‘Абдуллаху в его мечеть, когда он молился в одной [единственной] одежде, завернувшись в нее. Я прошел сквозь людей, пока не сел между ним и киблой, и сказал: "Да помилует тебя Аллах, неужели ты молишься в одной одежде, а твой рида (накидка) лежит рядом с тобой?" Он положил свою руку мне на грудь вот так — растопырив и изогнув пальцы — и сказал: "Я хотел, чтобы ко мне зашел такой глупец, как ты, увидел, как я поступаю, и поступил бы так же! К нам пришел Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в эту нашу мечеть, и в его руке была финиковая ветвь. Он увидел в стороне киблы мечети плевок и соскоблил его этой ветвью. Затем он повернулся к нам и сказал: «Кто из вас любит, чтобы Аллах отвернулся от него?» Мы потупились. Затем он спросил: «Кто из вас любит, чтобы Аллах отвернулся от него?» Мы потупились. Затем он спросил: «Кто из вас любит, чтобы Аллах отвернулся от него?» Мы ответили: «Никто из нас, о Посланник Аллаха». Он сказал: «Поистине, когда кто-нибудь из вас встает на молитву, Аллах Благословенный и Всевышний находится перед его лицом. Пусть же не плюет перед своим лицом и направо от себя, а пусть плюет налево под свою левую стопу. Если же его одолеет спешка, пусть сделает так своей одеждой» — и он завернул одну часть своей одежды в другую. Затем он сказал: «Принесите мне благовония (‘абир)». Встал юноша из племени, быстро побежал к своим домашним и принес в ладони благовонную мазь (халюк). Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, взял ее, наложил на конец финиковой ветви и замазал ею след от плевка. Джабир сказал: «И с тех пор вы стали мазать благовонной мазью ваши мечети». Мы выступали вместе с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в поход к Батн Буват, разыскивая Маджди бру ‘Амра аль-Джухани. На одного верхового верблюда (надыха) по очереди садились по пять, шесть и семь человек. Подошла очередь одного человека из ансаров на его верблюде: он опустил его на колени, оседлал, а затем поднял, но верблюд стал упрямиться и медлить. Человек сказал ему: «Ша! Будь ты прокнят Аллахом!» Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, спросил: «Кто это проклинает своего верблюда?» Тот ответил: «Я, о Посланник Аллаха». Пророк сказал: «Слезь с него и не сопровождай нас вместе с проклятым! Не проклинайте самих себя, не проклинайте своих детей и не проклинайте своего имущества, чтобы не совпасть с часом у Аллаха, когда просимое даруется, и Он ответит вам». Мы шли с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, пока не наступил предвечерний час, и мы приблизились к одному из арабских источников воды. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Кто опередит нас, обмажет водоем глиной, напьется сам и напоит нас?» Джабир сказал: «Я встал и сказал: „Я сделаю это, о Посланник Аллаха“. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, спросил: „А кто еще пойдет с Джабиром?“ Встал Джаббар бру Сахр, и мы направились к колодцу. Мы вытащили из него ведром или двумя воду в водоем, затем обмазали его глиной, а затем черпали воду, пока не наполнили его доверху. Первым, кто приехал к нам, был Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, который спросил: „Разрешите?“ Мы ответили: „Да, о Посланник Аллаха“. Он направил свою верблюдицу, и она напилась вдоволь, встряхнулась и помочилась. Затем он отвел ее в сторону и уложил. После этого Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, подошел к водоему и совершил омовение. Затем я встал и совершил омовение водой, оставшейся после омовения Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Джаббар бру Сахр отошел справит нужду, а Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, встал, чтобы совершить молитву. На мне был плащ, и я попытался перекрестить его концы на плечах, но он оказался коротким для меня. У него были кисти, я перевернул его, перекрестил его концы, пригнулся в нем, а затем подошел и встал слева от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Он взял меня за руку и стал поворачивать, пока не поставил справа от себя. Затем подошел Джаббар бру Сахр, совершил омовение, подошел и встал слева от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Тогда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, взял нас обоих за руки и оттолкнул назад, так что поставил нас позади себя. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, стал украдкой поглядывать на меня, а я не замечал этого. Потом я догадался, и он показал рукой — то есть: «Завяжи свой пояс». Когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, завершил молитву, он сказал: «О Джабир!» Я ответил: «Я к твоим услугам, о Посланник Аллаха». Он сказал: «Если плащ широкий, то перекрести его концы на плечах, а если узкий, то завяжи его на поясе». Мы шли с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и пропитанием каждого из нас на каждый день был один финик. Человек сосал его, а затем заворачивал обратно в свою одежду. Мы также сбивали листья с деревьев своими луками и ели их, пока у нас не воспалились уголки рта. Клянусь, кто-то из нас лишился [своей доли], и мы повели его, поддерживая. Мы засвидетельствовали, что ему ничего не давали, и тогда ему дали [его пайку], он встал и взял ее. Мы шли с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, пока не остановились в просторной долине. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, удалился по нужде, и я последовал за ним с кувшином воды. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, огляделся и не увидел ничего, за чем можно было бы укрыться. У берега долины росли два дерева. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, направился к одному из них, взял одну из его ветвей и сказал: «Подчинись мне по воле Аллаха!» И оно последовало за ним, как обузданный верблюд, который следует за своим погонщиком. Затем он подошел к другому дереву, взял одну из его ветвей и сказал: «Подчинись мне по воле Аллаха!» И оно последовало за ним таким же образом. Оказавшись посередине между ними, он соединил их ветви — то есть сблизил их — и сказал: «Соединитесь надо мной по воле Аллаха!» И они соединились. Джабир сказал: «Тогда я отошел, опасаясь, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, почувствует мое присутствие и удалится» (а Мухаммад бру ‘Аббад сказал: «чтобы он не удалился»). Я сел и погрузился в свои мысли, как вдруг бросил взгляд и увидел Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, возвращающимся, а те два дерева рассоединились, и каждое из них стояло на своем стволе. Я видел, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, остановился и покачал головой вот так (Абу Исма‘иль покачал головой вправо и влево). Затем он подошел ко мне и, когда дошел, сказал: „О Джабир, видел ли ты мое место?“ Я ответил: „Да, о Посланник Аллаха“. Он сказал: „Тогда пойди к тем двум деревам, срежь с каждого из них по ветви, приди и, когда встанешь на моем месте, отпусти одну ветвь по правую сторону от себя, а другую — по левую“. Джабир сказал: „Я встал, нашел камень, разбил его, заточил, и он легко поддался мне. Я пришел к двум деревам, срезал с каждого по ветви, притащил их, волоча за собой, встал на месте Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и отпустил одну ветвь справа от себя, а другую — слева. Затем я догнал его и сказал: „Я сделал это, о Посланник Аллаха, к чему это было?“ Он ответил: „Поистине, я проходил мимо двух могил, обитатели которых подвергаются мучениям, и я пожелал своим заступничеством облегчить их муки до тех пор, пока эти две ветви остаются свежими“». Затем мы пришли в военный лагерь, и Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «О Джабир, позови людей на омовение!» Я воскликнул: «Есть ли вода для омовения? Есть ли вода для омовения? Есть ли вода для омовения?» И добавил: «О Посланник Аллаха, я не нашел в отряде ни капли воды». А среди ансаров был один человек, который охлаждал для Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, воду в бурдюках из пальмовых ветвей, перевозимых на ослике. Джабир сказал: «Он велел мне: „Пойди к такому-то сыну такого-то ансара и посмотри, есть ли что-нибудь в его бурдюках“. Я пошел к нему и заглянул внутрь, но не нашел там ничего, кроме капли воды на самом дне одного из бурдюков, — если бы я вылил ее, то от жажды засохло бы даже то, что уже высохло. Я пришел к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и сказал: „О Посланник Аллаха, я не нашел там ничего, кроме капли на дне одного из бурдюков, — если бы я вылил ее, то засохло бы даже то, что уже высохло“. Он сказал: „Ступай и принеси мне его“. Я принес ему этот бурдюк, он взял его своими руками, стал говорить что-то, чего я не расслышал, и сжимал его своими руками, а затем отдал мне и сказал: „О Джабир, призови большую чашу“. Я закричал: „Где чаша отряда?“ Мне принесли ее, неся на руках, и я поставил ее перед ним. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, опустил руку в чашу вот так — распластал ее и растопырил пальцы, — затем опустил ее на дно чаши и сказал: „Бери, о Джабир, поливай на меня и говори: «Бисмиллях» (Именем Аллаха)“. Я начал поливать на его руку и говорить: „Бисмиллях“. И я увидел, как вода бьет ключом из-под пальцев Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует! Чаша забурлила и стала наполняться, пока не заполнилась доверху. Он сказал: „О Джабир, позови тех, у кого есть нужда в воде!“ И пришли люди и стали набирать воду, пока не утолили жажду. Я спросил: „Остался ли кто-нибудь, кому нужна вода?“ И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, убрал руку из чаши, а она все еще была полна. Люди пожаловались Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, на голод, и он сказал: „Быть может, Аллах накормит вас“. И мы пришли к морскому берегу, и море взволновалось огромной волной, выбросив животное. Мы развели огонь у него под боком, сварили мясо, поджарили его на огне и поели досыта. Джабир сказал: «Я, такой-то и такой-то — перечислив пять человек — вошли в глазницу его черепа, и никто нас не видел, пока мы не вышли. Мы взяли одно из его ребер, согнули его в виде арки, затем позвали самого крупного человека в отряде, самого крупного верблюда в отряде и самую большую поклажу в отряде, и всё это прошло под ним так, что [верблюду] даже не пришлось пригибать голову»".