مُحَدِّث

عَنْ أَحْمَدَ بْنِ يَحْيَى ، عَنْ أَبِي نُعَيْمٍ ، عَنْ عُمَرَ بْنِ ذَرٍّ ، عَنْ مُجَاهِدٍ ، أَنَّ أَبَا هُرَيْرَةَ كَانَ يَقُولُ : آللهِ الَّذِي لَا إِلَهَ إِلَّا هُوَ ، إِنْ كُنْتُ لَأَعْتَمِدُ بِكَبِدِي عَلَى الْأَرْضِ مِنَ الْجُوعِ ، وَإِنْ كُنْتُ لَأَشُدُّ الْحَجَرَ عَلَى بَطْنِي مِنَ الْجُوعِ ، وَلَقَدْ قَعَدْتُ يَوْمًا عَلَى طَرِيقِهِمُ الَّذِي يَخْرُجُونَ مِنْهُ ، فَمَرَّ أَبُو بَكْرٍ ، فَسَأَلْتُهُ عَنْ آيَةٍ مِنْ كِتَابِ اللهِ ، مَا سَأَلْتُهُ إِلَّا لِيُشْبِعَنِي ، فَمَرَّ وَلَمْ يَفْعَلْ ، ثُمَّ مَرَّ بِي عُمَرُ ، فَسَأَلْتُهُ عَنْ آيَةٍ مِنْ كِتَابِ اللهِ ، مَا سَأَلْتُهُ إِلَّا لِيُشْبِعَنِي ، فَمَرَّ فَلَمْ يَفْعَلْ ، ثُمَّ مَرَّ بِي أَبُو الْقَاسِمِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، فَتَبَسَّمَ حِينَ رَآنِي ، وَعَرَفَ مَا فِي نَفْسِي وَمَا فِي وَجْهِي ، ثُمَّ قَالَ : أَبَا هِرٍّ قُلْتُ : لَبَّيْكَ يَا رَسُولَ اللهِ ، قَالَ : الْحَقْ وَمَضَى ، فَتَبِعْتُهُ ، فَدَخَلَ ، فَاسْتَأْذَنَ ، فَأَذِنَ لِي ، فَدَخَلَ ، فَوَجَدَ لَبَنًا فِي قَدَحٍ فَقَالَ : مِنْ أَيْنَ هَذَا اللَّبَنُ ؟ قَالُوا : أَهْدَاهُ لَكَ فُلَانٌ - أَوْ فُلَانَةُ - قَالَ : أَبَا هِرٍّ قُلْتُ : لَبَّيْكَ يَا رَسُولَ اللهِ ، قَالَ :

الْحَقْ إِلَى أَهْلِ الصُّفَّةِ فَادْعُهُمْ لِي قَالَ : وَأَهْلُ الصُّفَّةِ أَضْيَافُ الْإِسْلَامِ ، لَا يَأْوُونَ إِلَى أَهْلٍ ، وَلَا مَالٍ ، وَلَا عَلَى أَحَدٍ ، إِذَا أَتَتْهُ صَدَقَةٌ بَعَثَ بِهَا إِلَيْهِمْ ، وَلَمْ يَتَنَاوَلْ مِنْهَا شَيْئًا ، وَإِذَا أَتَتْهُ هَدِيَّةٌ أَرْسَلَ إِلَيْهِمْ ، وَأَصَابَ مِنْهَا وَأَشْرَكَهُمْ فِيهَا ، فَسَاءَنِي ذَلِكَ ، فَقُلْتُ : وَمَا هَذَا اللَّبَنُ فِي أَهْلِ الصُّفَّةِ ؟ كُنْتُ أَحَقَّ أَنَا أَنْ أُصِيبَ مِنْ هَذَا اللَّبَنِ شَرْبَةً أَتَقَوَّى بِهَا ، فَإِذَا جَاءَ أَمَرَنِي ، فَكُنْتُ أَنَا أُعْطِيهِمْ ، وَمَا عَسَى أَنْ يَبْلُغَنِي مِنْ هَذَا اللَّبَنِ ؟ ! وَلَمْ يَكُنْ مِنْ طَاعَةِ اللهِ وَطَاعَةِ رَسُولِهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ بُدٌّ ، فَأَتَيْتُهُمْ ، فَدَعَوْتُهُمْ ، فَأَقْبَلُوا ، فَاسْتَأْذَنُوا ، فَأَذِنَ لَهُمْ ، وَأَخَذُوا مَجَالِسَهُمْ مِنَ الْبَيْتِ ، قَالَ : يَا أَبَا هِرٍّ قُلْتُ : لَبَّيْكَ يَا رَسُولَ اللهِ ، قَالَ : خُذْ فَأَعْطِهِمْ قَالَ : فَأَخَذْتُ الْقَدَحَ ، فَجَعَلْتُ أُعْطِيهِ الرَّجُلَ ، فَيَشْرَبُ حَتَّى يَرْوَى ، ثُمَّ يَرُدُّ عَلَيَّ الْقَدَحَ ، فَأُعْطِيهِ الرَّجُلَ ، فَيَشْرَبُ حَتَّى يَرْوَى ، ثُمَّ يَرُدُّ عَلَيَّ الْقَدَحَ ، فَيَشْرَبُ حَتَّى يَرْوَى ، ثُمَّ يَرُدُّ عَلَيَّ الْقَدَحَ ، حَتَّى انْتَهَيْتُ إِلَى النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَقَدْ رَوِيَ الْقَوْمُ كُلُّهُمْ ، فَأَخَذَ الْقَدَحَ فَوَضَعَهُ عَلَى يَدِهِ ، فَنَظَرَ إِلَيَّ فَتَبَسَّمَ ، فَقَالَ : أَبَا هِرٍّ قُلْتُ : لَبَّيْكَ يَا رَسُولَ اللهِ ، قَالَ : بَقِيتُ أَنَا وَأَنْتَ قُلْتُ : صَدَقْتَ يَا رَسُولَ اللهِ ، قَالَ : اقْعُدْ فَاشْرَبْ ، فَقَعَدْتُ فَشَرِبْتُ ، فَقَالَ : اشْرَبْ فَشَرِبْتُ ، فَمَا زَالَ يَقُولُ : اشْرَبْ حَتَّى قُلْتُ : لَا وَالَّذِي بَعَثَكَ بِالْحَقِّ ، مَا أَجِدُ لَهُ مَسْلَكًا ، قَالَ : فَأَرِنِي فَأَعْطَيْتُهُ الْقَدَحَ ، فَحَمِدَ اللهَ وَسَمَّى ، وَشَرِبَ الْفَضْلَةَ .

Со слов Ахмада ибн Яхьи, от Абу Ну‘айма, от ‘Умара ибн Зарра, от Муджахида, что Абу Хурайра говорил: «Клянусь Аллахом, кроме Которого нет иного божества, я прижимал свой живот к земле от голода и привязывал камень к животу от голода. Однажды я сел на той дороге, по которой они выходили, и мимо прошел Абу Бакр. Я спросил его об аяте из Книги Аллаха, и спросил я его лишь для того, чтобы он накормил меня, но он прошел, не сделав этого. Затем мимо прошел ‘Умар, и я спросил его об аяте из Книги Аллаха, и спросил я его лишь для того, чтобы он накормил меня, но он прошел, не сделав этого. Затем мимо прошел Абу-ль-Касим (да благословит его Аллах и приветствует), и когда он увидел меня, он улыбнулся, поняв, что у меня на душе и что на моем лице. Он сказал: “О Абу Хирр!” Я ответил: “Я здесь, о Посланник Аллаха!” Он сказал: “Иди за мной”, и пошел дальше. Я последовал за ним, он вошел, попросил разрешения, и мне было позволено войти. Он нашел в чаше молоко и спросил: “Откуда это молоко?” Ему ответили: “Его подарил тебе такой-то (или такая-то)”. Он сказал: “О Абу Хирр!” Я ответил: “Я здесь, о Посланник Аллаха!” Он сказал: “Иди к обитателям Суффы и позови их ко мне”. Обитатели Суффы были гостями ислама, у них не было ни крова, ни имущества, никого, на кого они могли бы опереться. Когда Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) приносили садаку, он отправлял её им, не беря себе ничего, а когда ему приносили подарок, он посылал его им, брал из него немного и делил с ними. Это огорчило меня, и я сказал: “Что значит это молоко для обитателей Суффы? Я больше заслуживаю того, чтобы выпить глоток этого молока и набраться сил. А когда они придут, он прикажет мне, и я буду раздавать им, и что мне достанется от этого молока?!” Но не было иного пути, кроме как подчиниться Аллаху и Его Посланнику (да благословит его Аллах и приветствует). Я пришел к ним, позвал их, они пришли, попросили разрешения, и им было позволено. Они заняли свои места в доме. Он сказал: “О Абу Хирр!” Я ответил: “Я здесь, о Посланник Аллаха!” Он сказал: “Возьми и дай им”. Я взял чашу и стал давать её человеку, он пил досыта, затем возвращал мне чашу, и я давал её другому, он пил досыта, затем возвращал мне чашу, и так продолжалось, пока все не напились. Затем я подошел к Пророку (да благословит его Аллах и приветствует), когда все люди уже напились. Он взял чашу, поставил её на свою руку, посмотрел на меня и улыбнулся. Он сказал: “О Абу Хирр!” Я ответил: “Я здесь, о Посланник Аллаха!” Он сказал: “Остались только я и ты”. Я сказал: “Ты прав, о Посланник Аллаха”. Он сказал: “Садись и пей”. Я сел и выпил. Он сказал: “Пей”, и я выпил. Он продолжал говорить: “Пей”, пока я не сказал: “Нет, клянусь Тем, Кто послал тебя с истиной, я не нахожу для него места!” Он сказал: “Покажи мне”, и я отдал ему чашу. Он восхвалил Аллаха, произнес имя Аллаха и выпил остатки».

Передатчики в иснаде