Хадис 974 V2مرفوع

وَحَدَّثَنِي هَارُونُ بْنُ سَعِيدٍ الْأَيْلِيُّ ، حَدَّثَنَا عَبْدُ اللهِ بْنُ وَهْبٍ ، أَخْبَرَنَا ابْنُ جُرَيْجٍ ، عَنْ عَبْدِ اللهِ بْنِ كَثِيرِ بْنِ الْمُطَّلِبِ أَنَّهُ سَمِعَ مُحَمَّدَ بْنَ قَيْسٍ يَقُولُ: سَمِعْتُ عَائِشَةَ تُحَدِّثُ فَقَالَتْ: أَلَا أُحَدِّثُكُمْ عَنِ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَعَنِّي قُلْنَا بَلَى ، ( ح ) وَحَدَّثَنِي مَنْ سَمِعَ حَجَّاجًا الْأَعْوَرَ ، - وَاللَّفْظُ لَهُ - قَالَ: حَدَّثَنَا حَجَّاجُ بْنُ مُحَمَّدٍ ، حَدَّثَنَا ابْنُ جُرَيْجٍ ، أَخْبَرَنِي عَبْدُ اللهِ رَجُلٌ مِنْ قُرَيْشٍ عَنْ مُحَمَّدِ بْنِ قَيْسِ بْنِ مَخْرَمَةَ بْنِ الْمُطَّلِبِ

Передал мне Харун бин Са‘ид Аль-Айли, передал нам Абдуллах бин Вахб, сообщил нам Ибн Джурейдж от Абдуллаха бин Касира бин Аль-Мутталиба, что он слышал, как Мухаммад бин Кайс говорил: «Я слышал, как Аиша рассказывала, и сказала: „Не рассказать ли вам о Пророке, да благословит его Аллах и приветствует, и обо мне?“ Мы ответили: „Да“». — (И передал мне другой рассказчик, слышавший Хаджжаджа Аль-А‘вара, и текст принадлежит ему): «Передал нам Хаджжадж бин Мухаммад, передал нам Ибн Джурейдж, сообщил мне Абдуллах, человек из курейшитов, от Мухаммада бин Кайса бин Махрамы бин Аль-Мутталиба о том, что однажды он сказал: «Не рассказать ли вам о себе и о моей матери?» Люди подумали, что он имеет в виду свою родную мать. Он сказал: «Аиша сказала: „Не рассказать ли вам обо мне и о Посланнике Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует?“ Мы ответили: „Да“. Она сказала: „Когда наступила моя ночь, в которую Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, был у меня, он повернулся, положил свою накидку, снял сандалии и положил их у своих ног, а затем расстелил край своего изара на своем ложе и прилег. Он полежал лишь столько времени, сколько счел достаточным для того, чтобы я уснула, затем взял свою накидку, тихонько обулся, открыл дверь и вышел, а затем тихонько затворил ее. Я накинула свою рубаху на голову, покрыла голову головным убором (химаром) и завернулась в свой изар, а затем отправилась следом за ним. Он пришел к Аль-Баки, остановился и простоял там долго, затем трижды поднял руки, после чего повернулся обратно. Я тоже повернулась, он ускорил шаг, и я ускорила шаг, он побежал трусцой, и я побежала трусцой, он побежал быстро, и я побежала быстро и опередила его. Я вошла [в дом], и не успела я прилечь, как он вошел и спросил: „Что с тобой, о Аиша? Ты запыхалась и грудь твоя вздымается“. Она сказала: „Я ответила: «Ничего». Он сказал: «Ты расскажешь мне, или же мне расскажет Проницательный, Сведущий». Она сказала: „Я ответила: «О Посланник Аллаха! Да будут отец мой и мать выкуп за тебя!» — и рассказала ему всё“. Он спросил: «Так ты и была тем силуэтом, который я видел перед собой?» Я ответила: «Да». Тогда он толкнул меня в грудь так сильно, что причинил мне боль, а потом сказал: «Неужели ты подумала, что Аллах и Его Посланник поступят по отношению к тебе несправедливо?» Она сказала: «Что бы люди ни скрывали, Аллах знает это. Да, [подумала]». Он сказал: «Поистине, Джибриль пришел ко мне тогда, когда ты видела, и позвал меня, но утаил это от тебя, и я ответил ему, но утаил это от тебя. Ты еще не входила к нему, сняв одежды, и я подумал, что ты уже уснула, и не пожелал будить тебя, но побоялся, что ты испугаешься [одиночества]. Он сказал: „Поистине, твой Господь велит тебе прийти к обитателям Аль-Баки и попросить прощения для них“. Она сказала: «Я спросила: «Как мне говорить им, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Говори: „Мир обитателям этой обители из числа верующих и мусульман, и да помилует Аллах тех из нас, кто ушел раньше, и тех, кто задержался, и поистине, мы, если пожелает Аллах, присоединимся к вам“».