Хадис 17183مرفوع

حَدَّثَنَا خَلَفُ بْنُ عَمْرٍو الْعُكْبَرِيُّ ، ثَنَا أَحْمَدُ بْنُ أَبِي شُعَيْبٍ الْحَرَّانِيُّ ، ثَنَا مُوسَى بْنُ أَعْيَنَ ، عَنْ إِسْحَاقَ بْنِ رَاشِدٍ ، عَنِ الزُّهْرِيِّ ، عَنْ عَبْدِ الرَّحْمَنِ بْنِ كَعْبِ بْنِ مَالِكٍ ، عَنْ أَبِيهِ

Передал нам Халаф ибн Амр аль-Укбари, сообщил нам Ахмад ибн Абу Шу’айб аль-Харрани, сообщил нам Муса ибн Айян, от Исхака ибн Рашида, от аз-Зухри, от Абд ар-Рахмана ибн Ка’ба ибн Малика, от его отца, от Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), передавшего длинный хадис о покаянии Ка’ба ибн Малика. Он сказал: «Когда Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) вознамерился выступить в поход против византийцев (бану аль-асфар), он разъяснил людям их положение. Обычно он редко отправлялся в поход, не скрывая истинного направления за другим, однако в тот поход он столкнулся с сильной жарой, дальним путем и многочисленным врагом, поэтому он открыто указал людям направление, в которое собирался выступить, чтобы они могли подготовиться к встрече с врагом должным образом. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) начал готовиться, и люди стали готовиться вместе с ним. Я тоже начал выходить, чтобы подготовиться, но возвращался, ничего не сделав, пока люди не засуетились, и не было сказано, что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) уже готов и выступает в путь. Я сказал себе: «Подготовлюсь через день или два после него, а затем догоню их». У меня были две верховые верблюдицы, а до этого у меня никогда не было двух верблюдиц одновременно. Я чувствовал себя способным и сильным благодаря своему снаряжению. Я продолжал откладывать выезд, возвращаясь ни с чем, пока люди не ушли далеко и не ускорились. Я продолжал собираться, но меня отвлекали люди, и в итоге я решил остаться, пока люди не опередили меня. Я выходил [из дома] и не видел никого, кроме тех, кого Аллах (Велик Он и Славен) оправдал, или тех, кто был погряз в лицемерии. Это опечалило меня, и я начал готовить оправдание для Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) на случай его возвращения, обдумывая свои слова. Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) было предопределено не вспоминать обо мне, пока он не прибыл в Табук. Сидя в Табуке, он спросил людей: «Что делает Ка’б ибн Малик?». Один человек из моего племени встал и сказал: «Его удержали его одежды и любование своими боками». Тогда другой человек сказал: «Клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, мы не знаем о нем ничего, кроме хорошего». Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) промолчал. Когда пришло известие, что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) возвращается, ложь отступила от меня, и я перестал собирать оправдания, поняв, что меня спасет только правда. Я твердо решил сказать ему правду. На следующее утро Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) прибыл в Медину. Я пришел к нему, а он сидел среди людей в мечети. Он редко смотрел на меня, но тут подозвал меня и сказал: «Иди сюда, о Ка’б! Что удержало тебя от меня?», — и улыбнулся улыбкой разгневанного. Я сказал: «О Посланник Аллаха, у меня нет оправдания. Никогда я не был сильнее и обеспеченнее, чем тогда, когда остался позади тебя». Пришли те, кто не участвовал в походе, и стали клясться, а он принимал их клятвы, просил для них прощения и оставлял их тайны на суд Аллаха (Всемогущ Он и Велик). Когда я сказал правду, он сказал: «Что касается этого, то он сказал правду. Встань, пока Аллах не вынесет решение относительно тебя». Я встал, и ко мне подошел человек из племени бану Салима и сказал: «Клянусь Аллахом, ты ничего не сделал! Разве не было бы для тебя достаточно, чтобы Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) попросил прощения за твой грех, как он сделал это для других? Он принял их оправдания и попросил за них прощения». Они продолжали упрекать меня, пока я не пожелал вернуться и опровергнуть самого себя. Затем я спросил их: «Говорил ли кто-нибудь еще такие слова и оправдывался ли кто-нибудь так, как я?». Они ответили: «Да». Я спросил: «Кто?». Они сказали: «Хиляль ибн Умайя аль-Вакифи и Мурара ибн ар-Раби’ аль-Умари». Они назвали мне двух праведных мужей, участвовавших в битве при Бадре, которые оправдались так же, как и я, и им сказали то же, что и мне. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) запретил разговаривать с нами. Мы продолжали ходить среди людей, но никто не говорил с нами, не приветствовал нас и не отвечал на наши приветствия. Когда прошло сорок ночей, к нам пришел посланник Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) с приказом: «Отдалитесь от своих жен». Что касается Хиляля ибн Умайи, то его жена пришла к Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и сказала: «Он старик, слабый зрением, не возражаешь ли ты, если я буду готовить ему еду?». Он ответил: «Нет, но пусть он не приближается к тебе». Она сказала: «Клянусь Аллахом, у него нет сил ни на что, он не перестает плакать с того дня, как это случилось, и до сих пор». Мои близкие сказали мне: «Может, ты попросишь у Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) разрешения, как попросила жена Хиляля ибн Умайи, чтобы она прислуживала тебе?». Я ответил: «Клянусь Аллахом, я не буду просить его об этом, и я не знаю, что скажет Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), если я попрошу, ведь он старик, а я молод». Я сказал своей жене: «Иди к своим родным, пока Аллах не вынесет Свое решение». Мы продолжали ходить среди людей, и никто не говорил с нами и не отвечал на приветствия. Я пришел и перелез через стену сада моего двоюродного брата и поприветствовал его, но он даже не пошевелил губами, чтобы ответить. Я сказал: «Заклинаю тебя Аллахом, знаешь ли ты, что я люблю Аллаха и Его Посланника?». Он не ответил мне ни слова. Я повторил, он не ответил. Я повторил снова, он не ответил. Когда прошло сорок или пятьдесят ночей, Аллах и Его Посланник знают лучше, я вернулся. Я шел по рынку, и люди указывали на меня пальцами. Один набатеец из Шама спрашивал обо мне, и люди указывали ему на меня, пока он не подошел и не передал мне письмо от одного из моих соплеменников в Шаме: «До нас дошло, что твой господин поступил с тобой так-то и отдалился от тебя. Присоединяйся к нам, ведь Аллах (Всемогущ Он и Велик) не поместил тебя в дом унижения и гибели, мы утешим тебя своим имуществом». Я сказал: «И это тоже испытание!». Я бросил письмо в печь и сжег его. Клянусь Аллахом, я был в том состоянии, о котором упомянул Всевышний Аллах: «Земля стала тесной для них, несмотря на ее простор, и их души сжались». Утром, после того как нам запретили разговаривать, на Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) было ниспослано покаяние. Затем Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) возвестил нам об этом после утренней молитвы. Люди поспешили обрадовать нас. Один человек из племени Аслам взобрался на гору, и его голос был быстрее коня. Он закричал: «О Ка’б ибн Малик, радуйся!». Я пал ниц, поняв, что пришло облегчение. Когда ко мне подошел тот, чей голос я слышал, я отдал ему две свои одежды в качестве награды за благую весть. Клянусь Аллахом, у меня в тот день не было других одежд. Я одолжил две одежды и отправился к Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует). Люди встречали меня группами, поздравляя с тем, что Аллах принял мое покаяние, пока я не вошел в мечеть. Тальха ибн Убайдуллах встал и побежал ко мне, пожал мне руку и поздравил меня. Никто из мухаджиров не встал навстречу мне, кроме него, и Ка’б помнил это добро Тальхи. Затем я подошел и встал перед Посланником Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), чье лицо сияло, как кусок луны, ибо когда он радовался, его лицо светилось. Он сказал мне: «Радуйся, о Ка’б! Это лучший день, который был у тебя с тех пор, как тебя родила мать». Я спросил: «Это от Аллаха или от тебя?». Он ответил: «Нет, от Аллаха. Вы сказали правду Аллаху, и Он принял вашу правду». Я сказал: «В знак моего покаяния я хочу раздать свое имущество в качестве милостыни ради Аллаха и Его Посланника». Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Оставь часть своего имущества себе». Я сказал: «Я оставлю свою долю в Хайбаре». Ка’б сказал: «Клянусь Аллахом, Аллах не испытывал ни одного человека правдивостью так, как испытал меня».