Хадис 7مرفوع

حَدَّثَنَا أَبُو الْيَمَانِ الْحَكَمُ بْنُ نَافِعٍ ، قَالَ: أَخْبَرَنَا شُعَيْبٌ ، عَنِ الزُّهْرِيِّ ، قَالَ: أَخْبَرَنِي عُبَيْدُ اللهِ بْنُ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ بْنِ مَسْعُودٍ : أَنَّ عَبْدَ اللهِ بْنَ عَبَّاسٍ أَخْبَرَهُ : أَنَّ أَبَا سُفْيَانَ بْنَ حَرْبٍ أَخْبَرَهُ :

Передал нам Абу аль-Яман аль-Хакам бин Нафи’, сказав: сообщил нам Шу’айб, от аз-Зухри, который сказал: сообщил мне Убайдуллах бин Абдуллах бин Утба бин Мас’уд: Абдуллах бин Аббас сообщил ему, что Абу Суфьян бин Харб сообщил ему, что Ираклий отправил к нему гонца, когда тот был в составе каравана курейшитов. Они были торговцами в Шаме в тот период, когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, заключил перемирие с Абу Суфьяном и неверующими курейшитами. Они прибыли к нему в Илию (Иерусалим), и он пригласил их на свое собрание, окруженный знатью Рума (Византии). Затем он позвал их и своего переводчика и спросил: «Кто из вас ближе по роду к этому человеку, который утверждает, что он — пророк?» Абу Суфьян сказал: «Я ответил: „Я ближе всех к нему по роду“». (Ираклий) сказал: «Приблизьте его ко мне, а его спутников посадите у него за спиной». Затем он сказал своему переводчику: «Скажи им: „Я буду расспрашивать этого человека о том человеке, и если он солжет мне, то опровергните его“». Клянусь Аллахом, если бы не стыд перед тем, что они передадут обо мне ложь, я бы солгал о нем. Первое, о чем он меня спросил, было: «Каково его происхождение среди вас?» Я ответил: «Он благородного происхождения среди нас». (Ираклий) сказал: «Говорил ли кто-нибудь из вас эти слова до него?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Был ли среди его предков царь?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Знатные люди следуют за ним или слабые?» Я ответил: «Напротив, слабые». Он спросил: «Прибавляются они или умаляются?» Я ответил: «Напротив, они прибавляются». Он спросил: «Отрекается ли кто-нибудь из них из-за недовольства своей религией после того, как вошел в нее?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Обвиняли ли вы его во лжи до того, как он произнес то, что произнес?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Нарушает ли он договоры?» Я ответил: «Нет. И мы находимся с ним в период перемирия, и мы не знаем, что он сделает». Абу Суфьян сказал: «И мне не представилось никакой возможности вставить какое-либо (порочащее) слово, кроме этого». (Ираклий) спросил: «Сражались ли вы с ним?» Я ответил: «Да». Он спросил: «Каким было ваше сражение с ним?» Я ответил: «Война между нами и им была переменной: он наносил нам поражения, и мы наносили ему поражения». Он спросил: «К чему он призывает вас?» Я ответил: «Он говорит: „Поклоняйтесь единому Аллаху и ничего не сотрите Ему в сотоварищи, и оставьте то, что говорили ваши отцы“. И он призывает нас к молитве, правдивости, целомудрию и поддержанию родственных связей». Тогда (Ираклий) сказал переводчику: «Скажи ему: „Я спросил тебя о его происхождении, и ты упомянул, что он благороден среди вас. Так и посланники отправляются среди представителей своего народа. Я спросил тебя, говорил ли кто-нибудь из вас эти слова до него, и ты ответил, что нет. Я сказал: если бы кто-то произнес эти слова до него, я бы подумал, что это человек, подражающий словам, сказанным до него. Я спросил тебя, был ли среди его предков царь, и ты ответил, что нет. Я сказал: если бы среди его предков был царь, я бы подумал, что это человек, ищущий царство своего отца. Я спросил тебя, обвиняли ли вы его во лжи до того, как он произнес свои слова, и ты ответил, что нет, и я знаю, что он не мог перестать лгать людям и начать лгать Аллаху. Я спросил тебя, знатные люди последовали за ним или слабые, и ты ответил, что за ним последовали слабые, и они — последователи посланников. Я спросил тебя, прибавляются они или умаляются, и ты ответил, что они прибавляются, и такова вера, пока она не завершится. Я спросил тебя, отрекается ли кто-нибудь из них из-за недовольства своей религией после входа в нее, и ты ответил, что нет, и такова вера, когда ее радость смешивается с сердцами. Я спросил тебя, нарушает ли он договоры, и ты ответил, что нет, и таковы посланники — они не нарушают договоров. И я спросил тебя, к чему он вас призывает, и ты упомянул, что он призывает вас поклоняться Аллаху и ничего не сопричислять Ему в сотоварищи, запрещает вам поклонение идолам, приказывает совершать молитву, быть правдивыми и целомудренными. Если то, что ты говоришь, — правда, то он непременно овладеет тем местом, где стоят эти мои две стопы. Я знал, что он появится, но не думал, что он из вас. Если бы я знал, что смогу добраться до него, я бы преодолел трудности ради встречи с ним, а если бы я был у него, то омыл бы его стопы“». Затем он велел принести письмо Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, которое тот отправил с Дихей правителю Бусры, и которое тот передал Ираклию. Ираклий прочитал его, и в нем было написано: «С именем Аллаха Милостивого, Милосердного. От Мухаммада, раба Аллаха и Его Посланника, — Ираклию, великому Рима. Мир тому, кто следует верному руководству. А затем: поистине, я призываю тебя призывом ислама. Прими ислам, и ты спасешься, и Аллах дарует тебе награду дважды. Если же ты отвернешься, то на тебе будет грех всех арисийцев (крестьян/земледельцев). *„О люди Писания! Давайте придем к единому слову для нас и для вас, чтобы нам не поклоняться никому, кроме Аллаха, и ничего не приобщать в сотоварищи к Нему, и чтобы одни из нас не боготворили других помимо Аллаха“. Если же они отвергнут, то скажите: „Свидетельствуйте, что мы — мусульмане“». Абу Суфьян сказал: «Когда он сказал то, что сказал, и закончил чтение письма, поднялся большой шум, зазвучали голоса, и нас вывели наружу. Выходя, я сказал своим спусковым: „Власть сына Абу Кабши (Пророка) стала великой, его боится даже царь сынов желтого цвета (римлян)“. И я не переставал быть уверенным в том, что он одержит верх, пока Аллах не ввел в мое сердце ислам». А ан-Назур, правитель Илии и приближенный Ираклия, епископ христиан Шама, рассказывал, что когда Ираклий прибыл в Илию, он проснулся однажды утром в скверном расположении духа. Некоторый из его патриархов спросили его: «Мы заметили странность в твоем облике». Ан-Назур отмечал, что Ираклий был астрологом и наблюдал за звездами. Когда они спросили его, он ответил: «Этой ночью, когда я смотрел на звезды, я увидел, что царь обрезанных появился. Кто совершает обрезание из этой общины?» Они ответили: «Никто не совершает обрезание, кроме иудеев, так не беспокойся о них. Напиши в города твоего царства, чтобы они перебили тех иудеев, что там находятся». И пока они обсуждали это, Ираклию привели человека, которого прислал царь Гассана с вестями о Посланнике Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Ираклий расспросил его и сказал: «Идите и посмотрите, обрезан он или нет». Они посмотрели и сообщили ему, что он обрезан. Он также спросил его об арабах, и тот ответил: «Они совершают обрезание». Тогда Ираклий сказал: «Это царь этой общины, который уже появился». Затем Ираклий написал письмо своему другу в Рим, который не уступал ему в знаниях, и сам отправился в Хомс. Не успел он доехать до Хомса, как от его друга пришло письмо, согласное с мнением Ираклия о появлении Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и о том, что он — пророк. Тогда Ираклий разрешил знати Рума собраться в своем дворце в Хомсе, велел запереть двери, а затем поднялся (на возвышение) и сказал: «О народ Рума! Желаете ли вы преуспеяния, правильного пути и сохранения вашей власти, чтобы присягнуть этому Пророку?» (Присутствующие) бросились к дверям, как дикие ослы, но обнаружили, что они заперты. Увидев их отвращение и потеряв надежду на то, что они уверуют, Ираклий сказал: «Верните их ко мне». И он сказал: «Поистине, я сказал то, что сказал ранее, лишь для того, чтобы испытать вашу стойкость в вашей религии, и я увидел это». Тогда они пали ниц перед ним и остались довольны им. Это было последним событием в истории Ираклия. Передали это Салих бин Кайсан, Юнус и Ма’мар от аз-Зухри.