Хадис 6899موقوف

أَخْبَرَنَا مُحَمَّدُ بْنُ يَحْيَى بْنِ عَبْدِ اللهِ ، قَالَ : حَدَّثَنَا أَبُو مَعْمَرٍ ، قَالَ : حَدَّثَنَا عَبْدُ الْوَارِثِ ، قَالَ : حَدَّثَنَا قَطَنٌ أَبُو الْهَيْثَمِ ، قَالَ : حَدَّثَنَا أَبُو يَزِيدَ الْمَدَنِيُّ عَنْ عِكْرِمَةَ عَنِ ابْنِ عَبَّاسٍ ، قَالَ :

Сообщил нам Мухаммад бин Яхья бин Абдуллах, который сказал: Передал нам Абу Ма‘мар, который сказал: Передал нам Абд аль-Варис, который сказал: Передал нам Катану Абу аль-Хайсам, который сказал: Передал нам Абу Язид аль-Мадани от ‘Икримы, от Ибн ‘Аббаса, который сказал: Первая клятва (касама) была в эпоху джахилии. Один человек из Бани Хашим нанял человека из курайшитов из другого рода. Тот отправился с ним вместе с его верблюдами, и мимо него прошел мужчина из Бани Хашима, у которого порвалась петля на вьючном мешке, и сказал: «Выручи меня веревкой, чтобы я завязал петлю на своем вьючном мешке, чтобы верблюды не разбежались». Тот дал ему веревку, и он завязал ею петлю на вьючном мешке. Когда они остановились на привал, всех верблюдов стреножили, кроме одного верблюда. Тот, кто нанял его, спросил: «В чем дело с этим верблюдом, почему его не стреножили среди остальных верблюдов?» Тот ответил: «У него нет веревки». Он спросил: «А где его веревка?» Тот ответил: «Мимо меня прошел человек из Бани Хашима, у которого порвалась петля на вьючном мешке, и попросил меня о помощи, сказав: "Выручи меня веревкой, чтобы я завязал петлю на своем вьючном мешке, чтобы верблюды не разбежались". И я дал ему его веревку». Тогда [хозяин] бросил в него палкой, и от этого удара наступил его смертный час. [Умирая], он встретил человека из жителей Йемена и спросил: «Поедешь ли ты на сезон паломничества (маусим)?» Тот ответил: «Я не еду, но иногда бываю». [Умирающий] сказал: «Донесешь ли ты от меня послание в один из дней?» Тот ответил: «Да». [Умирающий] сказал: «Когда прибудешь на сезон, воззови: "О род Курайш!". А когда они ответят тебе, воззови: "О род Бани Хашим!". Когда они ответят тебе, расспроси об Абу Талибе и передай ему, что такой-то убил меня из-за веревки». И нанятый работник скончался. Когда же прибыл тот, кто нанял его, к нему пришел Абу Талиб и спросил: «Что стало с нашим товарищем?» Тот ответил: «Он заболел, и я хорошо ухаживал за ним, а затем он умер, и я позаботился о его погребении». [Абу Талиб] сказал: «Ты был достоин этого от себя». Тот пробыл некоторое время, а затем тот йеменец, которому было завещано передать весть от него, прибыл на сезон паломничества и воскликнул: «О род Курайш!» Люди ответили: «Вот Курайш». Он воскликнул: «О род Бани Хашим!» Люди ответили: «Вот Бани Хашим». Он спросил: «Где Абу Талиб?» Люди ответили: «Вот Абу Талиб». Он сказал: «Такой-то велел мне передать тебе послание, что такой-то убил его из-за веревки». Тогда Абу Талиб пришел к нему и сказал: «Выбирай одно из трех: если хочешь, выплати сто верблюдов, ибо ты убил нашего товарища по ошибке; а если хочешь, пятьдесят человек из твоего племени поклянутся, что ты не убивал его; а если откажешься, мы убьем тебя за него». Тот пришел к своему племени и упомянул об этом им, на что они сказали: «Мы поклянемся». Тогда к нему пришла женщина из Бани Хашима, бывшая замужем за человеком из их племени и родившая ему ребенка, и сказала: «О Абу Талиб, я хочу, чтобы ты включил этого моего сына в число пятидесяти [клянущихся] и не заставлял его давать клятву со всеми». И он сделал это. Затем к нему пришел другой мужчина из них и сказал: «О Абу Талиб, ты затребовал пятьдесят человек, чтобы они поклялись вместо ста верблюдов, и на каждого человека приходится по два верблюда. Вот два верблюда, прими их от меня и не принуждай меня давать клятву там, где принуждают к клятвам». Он принял их, и пришли сорок восемь мужчин и поклялись. Ибн ‘Аббас сказал: «Клянусь Тем, в Чьей длани моя душа, не прошел и год, как среди тех сорок восьми не осталось ни одного моргающего глаза [все они умерли]».