Хадис 15655مرفوع

حَدَّثَنَا إِسْحَاقُ بْنُ عِيسَى قَالَ : حَدَّثَنِي يَحْيَى بْنُ سُلَيْمٍ ، عَنْ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُثْمَانَ بْنِ خُثَيْمٍ ، عَنْ سَعِيدِ بْنِ أَبِي رَاشِدٍ قَالَ : لَقِيتُ التُّنُوخِيَّ رَسُولَ هِرَقْلَ إِلَى رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ بِحِمْصَ ، وَكَانَ جَارًا لِي شَيْخًا كَبِيرًا قَدْ بَلَغَ الْفَنَدَ أَوْ قَرُبَ ، فَقُلْتُ : أَلَا تُخْبِرُنِي عَنْ رِسَالَةِ هِرَقْلَ إِلَى النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، وَرِسَالَةِ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ إِلَى هِرَقْلَ ؟ فَقَالَ : بَلَى قَدِمَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ تَبُوكَ فَبَعَثَ دِحْيَةَ الْكَلْبِيَّ إِلَى هِرَقْلَ ، فَلَمَّا أَنْ جَاءَهُ كِتَابُ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ دَعَا قِسِّيسِي الرُّومِ وَبَطَارِقَتَهَا ، ثُمَّ أَغْلَقَ عَلَيْهِ وَعَلَيْهِمْ بَابًا ، فَقَالَ : قَدْ نَزَلَ هَذَا الرَّجُلُ حَيْثُ رَأَيْتُمْ وَقَدْ أَرْسَلَ إِلَيَّ يَدْعُونِي إِلَى ثَلَاثِ خِصَالٍ : يَدْعُونِي إِلَى أَنْ أَتَّبِعَهُ عَلَى دِينِهِ ، أَوْ عَلَى أَنْ نُعْطِيَهُ مَالَنَا عَلَى أَرْضِنَا وَالْأَرْضُ أَرْضُنَا ، أَوْ نُلْقِيَ إِلَيْهِ الْحَرْبَ ، وَاللهِ لَقَدْ عَرَفْتُمْ فِيمَا تَقْرَؤُونَ مِنَ الْكُتُبِ لَيَأْخُذَنَّ مَا تَحْتَ قَدَمَيَّ فَهَلُمَّ نَتَّبِعْهُ عَلَى دِينِهِ أَوْ نُعْطِيهِ مَالَنَا عَلَى أَرْضِنَا ، فَنَخَرُوا نَخْرَةَ رَجُلٍ وَاحِدٍ حَتَّى خَرَجُوا مِنْ بَرَانِسِهِمْ وَقَالُوا : تَدْعُونَا إِلَى أَنْ نَدَعَ النَّصْرَانِيَّةَ أَوْ نَكُونَ عَبِيدًا لِأَعْرَابِيٍّ جَاءَ مِنَ الْحِجَازِ ، فَلَمَّا ظَنَّ أَنَّهُمْ إِنْ خَرَجُوا مِنْ عِنْدِهِ أَفْسَدُوا عَلَيْهِ الرُّومَ رَفَأَهُمْ وَلَمْ يَكَدْ . وَقَالَ : إِنَّمَا قُلْتُ ذَلِكَ لَكُمْ لِأَعْلَمَ صَلَابَتَكُمْ عَلَى أَمْرِكُمْ ، ثُمَّ دَعَا رَجُلًا مِنْ عَرَبِ تُجِيبَ كَانَ عَلَى نَصَارَى الْعَرَبِ ، فَقَالَ : ادْعُ لِيَ رَجُلًا حَافِظًا لِلْحَدِيثِ عَرَبِيَّ اللِّسَانِ أَبْعَثْهُ إِلَى هَذَا الرَّجُلِ بِجَوَابِ كِتَابِهِ فَجَاءَ بِي فَدَفَعَ إِلَيَّ هِرَقْلُ كِتَابًا ، فَقَالَ : اذْهَبْ بِكِتَابِي إِلَى هَذَا الرَّجُلِ فَمَا ضَيَّعْتُ مِنْ حَدِيثِهِ فَاحْفَظْ لِي مِنْهُ ثَلَاثَ خِصَالٍ : انْظُرْ هَلْ يَذْكُرُ صَحِيفَتَهُ الَّتِي كَتَبَ إِلَيَّ بِشَيْءٍ ، وَانْظُرْ إِذَا قَرَأَ كِتَابِي فَهَلْ يَذْكُرُ اللَّيْلَ ، وَانْظُرْ فِي ظَهْرِهِ هَلْ بِهِ شَيْءٌ يَرِيبُكَ ؟ فَانْطَلَقْتُ بِكِتَابِهِ حَتَّى جِئْتُ تَبُوكَ فَإِذَا هُوَ جَالِسٌ بَيْنَ ظَهْرَانَيْ أَصْحَابِهِ مُحْتَبِيًا عَلَى الْمَاءِ ، فَقُلْتُ : أَيْنَ صَاحِبُكُمْ ؟ قِيلَ هَا هُوَ ذَا ، فَأَقْبَلْتُ أَمْشِي حَتَّى جَلَسْتُ بَيْنَ يَدَيْهِ فَنَاوَلْتُهُ كِتَابِي فَوَضَعَهُ فِي حَجْرِهِ ، ثُمَّ قَالَ : مِمَّنْ أَنْتَ ؟ فَقُلْتُ : أَنَا أَحَدُ تَنُوخَ قَالَ : هَلْ لَكَ فِي الْإِسْلَامِ ، الْحَنِيفِيَّةِ مِلَّةِ أَبِيكَ إِبْرَاهِيمَ ؟ قُلْتُ إِنِّي رَسُولُ قَوْمٍ وَعَلَى دِينِ قَوْمٍ لَا أَرْجِعُ عَنْهُ حَتَّى أَرْجِعَ إِلَيْهِمْ فَضَحِكَ ، وَقَالَ : إِنَّكَ لا تَهْدِي مَنْ أَحْبَبْتَ وَلَكِنَّ اللهَ يَهْدِي مَنْ يَشَاءُ وَهُوَ أَعْلَمُ بِالْمُهْتَدِينَ

Передал нам Исхак бин ‘Иса, сказавший: передал мне Яхья бин Сулейм от ‘Абдуллы бин ‘Усмана бин Хусайма, от Са‘ида бин Аби Рашида, который сказал: Я встретил в Хомсе ат-Тунухи — посланника Ираклия к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Он был моим соседом, глубоким стариком, достигшим или почти достигшим крайней дряхлости. Я спросил: «Не расскажешь ли ты мне о послании Ираклия к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и послании Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, к Ираклию?» Он ответил: «Конечно! Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, прибыл в Табук и отправил Дихью аль-Кальби к Ираклию. Когда к нему пришло письмо Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, он созвал римских священников и патриархов, а затем запер дверь за собой и за ними и сказал: „Этот человек обосновался там, где вы видите, и он послал ко мне, призывая меня к трем вещам: он призывает меня последовать за его религией; или же отдать ему наше имущество на нашей земле, оставив ее за нами; или же начать с ним войну. Клянусь Аллахом, вы знаете из того, что читаете в Писаниях, что он непременно овладеет тем, что находится под моими стопами! Так давайте же последуем за его религией или отдадим ему наше имущество, оставив за собой землю“. Они издали единый стон, так что даже выскочили из своих сутан, и воскликнули: „Ты призываешь нас оставить христианство или стать рабами какого-то бедуина, пришедшего из Хиджаза?!“ Ираклий, решив, что если они уйдут от него, то испортят ему дела среди румов, успокоил их — и едва ли не насильно — и сказал: „Поистине, я сказал это вам лишь для того, чтобы узнать вашу стойкость в вашем деле“. Затем он позвал человека из арабского племени туджиб, который был поставлен над арабами-христианами, и сказал: „Приведи ко мне человека, который наизусть знает хадисы и владеет арабским языком, я отправлю его к этому человеку с ответом на его письмо“. Меня привели к нему, и Ираклий вручил мне письмо со словами: „Иди с моим письмом к этому человеку. И в том, что касается его речи, сохрани для меня три вещи: посмотри, упоминает ли он как-нибудь свое послание, с которым написал мне; посмотри, когда он будет читать мое письмо, упомянет ли он ночь; и посмотри на его спину, есть ли на ней что-либо, вызывающее у тебя подозрение?“ Я отправился с его письмом и прибыл в Табук. Он сидел среди своих сподвижников, обхватив колени руками (махтаби), опершись на воду. Я спросил: „Где ваш товарищ?“ Мне ответили: „Вот он“. Я подошел, идя пешком, пока не сел перед ним, и протянул ему свое письмо. Он положил его себе на колени, а затем спросил: „Кто ты по происхождению?“ Я ответил: „Я один из танухитов“. Он спросил: „Как ты смотришь на ислам — ханифитскую религию твоего праотца Ибрахима?“ Я отвечу: „Я посол своего народа и исповедую веру своего народа, и я не отступлю от нее, пока не вернусь к ним“. Он рассмеялся и сказал: «Поистине, ты не наставишь того, кого возлюбил, но Аллах наставляет того, кого пожелает, и Он лучше знает тех, кто следует прямым путем» (Коран, 28:56). „О брат танухитов, поистине, я написал письмо Хосроу, и он разорвал его, но Аллах разорвет его самого и его царство! Я написал послание негусу, и он проткнул его, но Аллах проткнет его самого и его царство! А твоему господину я написал послание, и он сохранил его, и люди не перестанут ощущать его мощь, пока в этой жизни есть благо“. Я подумал: «Это одно из трех дел, о которых наставлял меня мой господин», и, вынув стрелу из колчана, записал это на ремне своего меча. Затем он передал послание человеку, сидевшему по его левую руку. Я спросил: „Кто тот из вас, кто читает ваши письма?“ Мне ответили: „Му‘авия“. И в письме моего господина было написано: «Ты призываешь меня к саду, ширина которого — небеса и земля, уготованному для богобоязненных, — так где же тогда Огонь?» На это Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Пречист Аллах! Где бывает ночь, когда приходит день?» Я достал стрелу из колчана и записал это на ремне своего меча. Когда он закончил читать мое письмо, он сказал: „Поистине, у тебя есть право [на уважение], и ты — посланник. Если бы у нас нашлась награда (джаиза), мы бы одарили тебя ею, но мы — путники, у которых ничего не осталось“. Тут его окликнул человек из числа собравшихся людей: „Я одарю его!“ Он открыл свой дорожный вьюк и достал оттуда сафорийский плащ (хулля) и положил его мне на колени. Я спросил: „Кто тот, кто сделал этот подарок?“ Мне ответили: „‘Усман“. Затем Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, спросил: „Кто из вас приютит этого человека?“ Юноша из ансаров сказал: „Я“. Ансар встал, и я пошел с ним. Когда я вышел из пределов собрания, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, окликнул меня и сказал: „Подойди сюда, о брат танухитов!“ Я устремился к нему, пока не встал на то же место перед ним. Он развязал свою одежду (махва) со спины и сказал: „Сюда. Исполни то, для чего тебе велено“. Я провел рукой по его спине и обнаружил на месте складок между лопатками печать размером с крупную шишку».