Хадис 3679موقوف

حَدَّثَنَا سَعِيدٌ قَالَ : نَا أَبُو مُعَاوِيَةَ ، قَالَ : نَا عَمْرُو بْنُ مُهَاجِرٍ ، عَنْ إِبْرَاهِيمَ بْنِ مُحَمَّدِ بْنِ سَعْدٍ ، عَنْ أَبِيهِ ، قَالَ :

Передал нам Саид, сказав: передал нам Абу Муавия, сказав: передал нам Амр ибн Мухаджир от Ибрахима ибн Мухаммада ибн Саада, от его отца, который сказал: «В день битвы при Кадисии к Сааду привели Абу Михджана, который выпил вина, и он приказал заковать его в кандалы. У Саада была рана, и он не вышел в тот день к людям. Его подняли на возвышенность Узайб, чтобы он мог видеть людей, а командование конницей он поручил Халиду ибн Урфуте. Когда люди сошлись в бою, Абу Михджан сказал: «Довольно печали, что я оставлен в оковах!». Он сказал дочери Хасфы, жене Саада: «Освободи меня, и я даю тебе слово перед Аллахом, что если Аллах спасет меня, я вернусь и снова вложу ноги в кандалы, а если я буду убит, то вы избавитесь от меня». Она освободила его, когда люди сошлись в бою. Он вскочил на коня Саада по кличке аль-Балка, взял копье и выехал. Он не нападал на сторону врага, не разбивая их. Люди стали говорить: «Это ангел!», видя, что он творит. Саад же говорил: «Натиск — это натиск аль-Балки, а удар — это удар Абу Михджана, хотя Абу Михджан в кандалах!». Когда враг был разбит, Абу Михджан вернулся и вложил ноги в кандалы. Дочь Хасфы рассказала Сааду о том, что произошло, и Саад сказал: «Нет, клянусь Аллахом, я не накажу после сегодняшнего дня человека, через руки которого Аллах даровал мусульманам такую победу». Он отпустил его, и Абу Михджан сказал: «Я пил его, когда на меня налагали наказание, и очищался от него, но раз ты простил меня, то клянусь Аллахом, я никогда больше не буду его пить».