Все передачи хадиса

Передал нам Абу Бакр бин Абу Шейба и ‘Али бин Хаджр, оба — от Ибн ‘Уллайи (а текст принадлежит Ибн Хаджру), передал нам Исма‘ил бин Ибрахим от Айюба, от Хумайда бин Хиляла, от Абу Катады аль-‘Адави, от Юсайра бин Джабира, который сказал: «В Куфе поднялся красный ветер, и пришел человек, у которого не было другого постоянного повторения, кроме слов: „О ‘Абдуллах бин Ма‘суд, настал Час!“. [Ибн Ма‘суд] сел, а он [до этого] полулежал, и сказал: „Поистине, Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и пока не будут радоваться военной добыче“. Затем он указал рукой вот так, направив ее в сторону Шама, и сказал: „Враг собирает силы против людей ислама, и люди ислама собирают силы против них“. Я спросил: „Ты имеешь в виду румов?“. Он ответил: „Да. И во время того сражения произойдет сильнейшее отступление (или вероотступничество), и мусульмане выделят добровольный отряд смер

«Я находился у Ибн Ма‘суда, когда подул красный ветер».

«Я находился в доме ‘Абдуллаха бин Ма‘суда, и дом был полон людей, когда в Куфе поднялся красный ветер».

«О Абдуллах бин Мас‘уд, настал Час!» Он сказал: А тот был прислонившись, затем сел и сказал: «Поистине, Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и пока не будут радоваться военной добыче». Он сказал: Враги соберутся против народа ислама, и народ ислама соберется против них... И он упомянул хадис: К ним придет весть о том, что Даджайл появился позади них среди их потомства, и они бросят то, что у них в руках, и устремятся назад, послав десять всадников в передовой отряд. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Поистине, я знаю их имена, имена их отцов и масти их коней. В тот день они будут лучшими всадниками на пов

Сообщил нам Ахмад бин ‘Али бин аль-Мусанна, который сказал: передал нам Мухаммад бин Абу Бакр аль-Мукаддами, который сказал: передал нам Вахб бин Джарир, передал нам мой отец от Хумейда бин Хиляля от Абу Катады от Усайра бин Джабира, который сказал: «Поднялся сильный ветер, когда мы были у ‘Абдуллаха (ибн Мас‘уда), и Ибн Мас‘уд разгневался так, что мы заметили гнев на его лице. Он сказал: „Горе вам! Поистине, Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и пока люди не перестанут радоваться военной добыче“. Затем он ударил рукой в сторону Шама и сказал: „Враг соберется против мусульман оттуда, и они сойдутся, и отряд смертников даст обет: не возвращаться иначе как победителями. И будут сражаться до тех пор, пока не зайдет солнце, и те, и другие отойдут, но никто не одержит победу. На следующий день снова отряд смертников даст обет: не возвращаться иначе как победителям

«О ‘Абдуллах ибн Мас‘уд, наступил Час!» [Передатчик] сказал: ‘Абдуллах полулежал, но тут сел и сказал: «Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и пока не будут радоваться военной добыче». Затем он сказал: «Враги соберутся против народа ислама, и народ ислама соберется против них», — и указал рукой в сторону Шама. Я спросил: «Ты имеешь в виду румов (византийцев)?» Он ответил: «Да. И во время того сражения произойдет великое отступление (рида). Мусульмане выставят добровольческий отряд смертников, которые не вернутся иначе как победителями. Они будут сражаться, пока их не разлучит ночь, и обе стороны вернутся, не одержав победы, а отряд погибнет полностью. З

Мы прочитали Абд ар-Раззаку от Ма‘мара, от Айюба, от Хумайда ибн Хиляля аль-Адави, от человека, которого он назвал, со слов Ибн Мас‘уда, который сказал: «Как-то раз мы сидели у него в Куфе, как вдруг поднялся красный ветер. Люди стали говорить: „Наступил Час!“, пока не подошел человек, у которого не было иного постоянного слова, кроме как: „Наступил Час, о Ибн Мас‘уд! Наступил Час, о Ибн Мас‘уд!“. Тот приподнялся и сел — а он был полулежа — и в гневе сказал: „Клянусь Аллахом, не наступит Час этот, пока не перестанут делить наследство и пока не будут радоваться военной добыче!“. И он сказал: „Поистине, между вами и этими будет вероотступничество“» — Хумайд сказал: «Я спросил этого человека: „Ты имеешь в виду румов?“. Тот ответил: „Да“» — «„И мусульмане будут призывать друг друга на помощь, и будут сражаться, и выделят особый отряд смертников, которые условится не возвращаться иначе как по

«О Абдуллах, настал Час! О Абу ‘Абдуррахман, настал Час!». Он выпрямился сидя, и на его лице был заметен гнев (а до этого он опирался на свое ложе), и сказал: «Поистине, Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и радоваться военной добыче». Затем он сказал: «Враг мусульман соберется против них», и указал рукой. Я спросил у Абу Катады: «Он имеет в виду Шарит (Левант)?» Тот ответил: «Да». Он сказал: «И во время этого сражения произойдет страшное вероотступничество. Мусульмане станут просить подкрепления друг у друга, они сойдутся и буду

«Когда мы были у Абдуллаха [ибн Мас’уда], поднялся ветер, и Ибн Мас’уд разгневался так, что мы увидели гнев на его лице. Он сказал: «Горе тебе! Поистине, Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и радоваться военной добыче». Затем он указал рукой в сторону Шама и сказал: «Враг соберется против мусульман оттуда. Они встретятся, и [мусульмане] выделят отряд, готовый умереть, который не вернется, пока не победит. Они будут сражаться до заката солнца, и никто не одержит верх, а отряд погибнет. Затем они выделят [другой] отряд, готовый умереть, который не вернется, пока не победит. Они будут сражаться до заката солнца, и никто не одержит верх, а отряд погибнет. Затем они выделят [третий] отряд, готовый ум

Передал нам Абу Хайсама, передал нам Исмаил ибн Ибрахим, передал нам Айюб со слов Хумайда ибн Хиляля, от Абу Катады, от Усайра ибн Джабира, который сказал: «В Куфе поднялся черный ветер. Пришел человек, у которого не было иного занятия, кроме как говорить: „О Абдуллах ибн Мас‘уд, настал Час!“ Абдуллах, который был полулежа, сел и сказал: „Час не наступит до тех пор, пока не перестанут делить наследство и радоваться добыче“. Затем он сказал: „Враги соберутся против людей ислама, и люди ислама соберутся против них“, — и указал рукой в сторону Шама. Я спросил: „Ты имеешь в виду римлян (византийцев)?“ Он ответил: „Да“. Он сказал: „Во время этого сражения произойдет сильное отступничество. Мусульмане выделят отряд смертников, которые не вернутся, если не победят. Они будут сражаться, пока их не разделит ночь. Обе стороны отступят, не одержав победы, и отряд погибнет. Затем мусульмане снова вы

Передал нам Абу Исхак Ибрахим ибн Мухаммад ибн Яхья, передал нам имам мусульман Абу Бакр Мухаммад ибн Исхак ибн Хузайма, передал нам Я’куб ибн Ибрахим ад-Даураки, передал нам Ибн ‘Уляйя, передал нам Айюб, от Хумайда ибн Хиляля, от Абу Катады, от Усайра ибн Джабира, который сказал: «В Куфе поднялся красный ветер, и пришел человек к Абдаллаху ибн Мас’уду, да будет доволен им Аллах, и не было у него иных слов, кроме: “О Абдаллах ибн Мас’уд, настал Час!” Абдаллах, который был полулежа, сел и сказал: “Поистине, Час не наступит, пока не перестанут делить наследство и радоваться военной добыче”. Он собрал для людей ислама, и люди ислама собрали для них — и он указал рукой в сторону Шама. Я спросил: “Ты имеешь в виду римлян (византийцев)?” Он ответил: “Да. И во время того сражения произойдет сильное вероотступничество. Мусульмане выделят отряд смертников, которые не вернутся, пока не победят. Он