Хадис 3055مرفوع

ْنِ غَسَّانَ الْغَلَّابِيُّ قَالَ : نَا أَبِي قَالَ : نَا رَوْحُ بْنُ أَسْلَمَ قَالَ : نَا عَبْدُ اللهِ بْنُ بَكْرٍ الْمُزَنِيُّ قَالَ : نَا حُمَيْدُ بْنُ هِلَالٍ قَالَ : حَدَّثَنِي عَبْدُ اللهِ بْنُ الصَّامِتِ ، عَنْ أَبِي ذَرٍّ قَالَ : صَلَّيْتُ قَبْلَ أَنْ أَسْمَعَ بِالْإِسْلَامِ ثَلَاثَ سِنِينَ ، قُلْتُ : يَا أَبَا ذَرٍّ ، أَيْنَ كُنْتَ تَوَجَّهُ ؟ قَالَ : كُنْتُ أَتَوَجَّهُ حَيْثُ وَجَّهَنِي اللهُ ، كُنْتُ أُصَلِّي مِنْ أَوَّلِ اللَّيْلِ ، فَإِذَا كَانَ آخِرُ اللَّيْلِ أُلْقِيتُ حَتَّى كَأَنَّمَا أَنَا [ خِفَاءٌ ] حَتَّى تَعْلُوَنِي الشَّمْسُ ، قَالَ : فَاسْتَحَلَّتْ غِفَارٌ الشَّهْرَ الْحَرَامَ ، فَانْطَلَقْتُ أَنَا وَأَخِي أُنَيْسٌ وَآمَنَّا ، فَنَزَلْنَا عَلَى خَالٍ لَنَا ، فَبَلَغَ خَالَنَا أَنَّ أَخِي يَدْخُلُ عَلَى أَهْلِهِ ، فَذَكَرَ ذَلِكَ ، فَقُلْتُ : مَا لَنَا مَعَكَ قَرَارٌ ، قَالَ : فَارْتَحَلْنَا وَجَعَلَ يُقَنِّعُ رَأْسَهُ وَيَبْكِي حُزْنًا عَلَيْنَا ، فَنَزَلْنَا بِحَضْرَةِ مَكَّةَ ، فَنَافَرَ أَخِي رَجُلٌ مِنَ الشُّعَرَاءِ عَلَى صِرْمَتِهِ : أَيُّهُمَا كَانَ أَشْعَرَ أَخَذَ صِرْمَةَ الْآخَرِ ، فَأَتَيْنَا كَاهِنًا [ ... ] فَقَالَ الْكَاهِنُ لِأُنَيْسٍ : قَدْ قَضَيْتَ لِنَفْسِكَ قَبْلَ أَنْ أَقْضِيَ لَكَ ، فَأَخَذَ صِرْمَةَ الشَّاعِرِ ، فَنَزَلَ بِحَضْرَةِ مَكَّةَ ، فَقَالَ لِأَبِي ذَرٍّ : احْفَظْ لِي حَاجَةً فَأَحْفَظُ صِرْمَتَكَ [....] ، فَلَمَّا قَدِمَ مَكَّةَ سَمِعَ بِالنَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَسَمِعَ مَا يَقُولُونَ لَهُ ، فَقَضَى حَاجَتَهُ ، وَرَجَعَ إِلَى أَخِيهِ ، وَقَالَ : أَيْ أَخِي ، رَأَيْتُ رَجُلًا بِمَكَّةَ يَدْعُو إِلَى إِلَهِكَ الَّذِي تَعْبُدُ ، قَالَ : فَقَالَ أَبُو ذَرٍّ : أَيْ أَخِي ، مَا يَقُولُ النَّاسُ ؟ قَالَ : يَقُولُونَ : مَجْنُونٌ ، وَيَقُولُونَ : شَاعِرٌ ، وَيَقُولُونَ : كَاهِنٌ ، وَقَدْ عَرَضْتُ قَوْلَهُ عَلَى أَقْرَاءِ الشُّعَرَاءِ ، فَوَاللهِ مَا هُوَ بِشَاعِرٍ ، وَسَمِعْتُ قَوْلَ الْكُهَّانِ ، فَلَا وَاللهِ مَا هُوَ بِكَاهِنٍ ، وَلَا وَاللهِ مَا هُوَ بِمَجْنُونٍ ، قُلْتُ : أَيْ أَخِي ، فَمَا تَقُولُ ؟ قَالَ : أَقُولُ : إِنَّهُ صَادِقٌ وَإِنَّهُمْ كَاذِبُونَ ، قَالَ : قُلْتُ : إِنِّي أُرِيدُ أَنْ أَلْقَاهُ ، قَالَ : أَيْ أَخِي ، إِنَّ النَّاسَ قَدْ شَرِقُوا بِهِ ، وَتَجَهَّمُوا لَهُ ، قَالَ : فَإِذَا قَدِمْتَ فَسَلْ عَنِ الصَّابِئِ . قَالَ : فَلَمَّا قَدِمْتُ مَكَّةَ رَأَيْتُ رَجُلًا عَلَتْ عَنْهُ عَيْنِي ، فَقَالَ : قُلْتُ : أَيْنَ هَذَا الصَّابِئُ ؟ قَالَ : فَنَادَى : صَابِئٌ صَابِئٌ ، قَالَ : فَخَرَجَ مِنْ كُلِّ وَادٍ ، فَرَمَوْنِي بِكُلِّ حَجَرٍ وَمَدَرٍ ، حَتَّى تَرَكُونِي كَأَنِّي نَضَبٌ أَحْمَرُ ، قَالَ : فَتَفَرَّقُوا عَنِّي ، فَأَتَيْتُ زَمْزَمَ ، فَغَسَلْتُ عَنِّي الدِّمَاءَ ، وَدَخَلْتُ بَيْنَ الْكَعْبَةِ وَأَسْتَارِهَا . قَالَ : فَلَبِثْتُ ثَلَاثِينَ بَيْنَ يَوْمٍ وَلَيْلَةٍ وَلَيْسَ لِي طَعَامٌ إِلَّا مَاءُ زَمْزَمَ حَتَّى ضَرَبَ اللهُ عَلَيَّ أَسْمِخَةَ أَهْلِ مَكَّةَ حَتَّى لَمْ أَرَ أَحَدًا يَطُوفُ بِالْبَيْتِ إِلَّا امْرَأَتَيْنِ ، فَأَتَتَا عَلَيَّ وَهُمَا تَقُولَانِ : إِسَافُ وَنَائِلَةُ ، فَقُلْتُ : أَنْكِحُوا إِحْدَيْهِمَا الْأُخْرَى بِهَنٍّ مِنْ خَشَبٍ ، وَلَمْ أَكْنِ يَا ابْنَ أَخِي - وَذَكَرَ كَلِمَةً - فَوَلَّتَا ، وَقَالَتَا : الصَّابِئُ بَيْنَ الْكَعْبَةِ وَأَسْتَارِهَا ، أَمَا وَاللهِ لَوْ أَنَّ هُنَا أَحَدًا مِنْ نَفَرِنَا . قَالَ : وَدَخَلَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَأَبُو بَكْرٍ فَاسْتَقْبَلَتَاهُمَا ، فَقَالَا : مَا هَذَا الصَّوْتُ ؟ قَالَتَا : الصَّابِئُ بَيْنَ الْكَعْبَةِ وَأَسْتَارِهَا ، قَالَا : مَا يَقُولُ ؟ قَالَتَا : يَقُولُ كَلِمَةً تَمْلَأُ أَفْوَاهَنَا ، فَجَاءَا فَاسْتَلَمَا الْحَجَرَ ، ثُمَّ طَافَا سَبْعًا ، ثُمَّ صَلِيَا رَكْعَتَيْنِ ، قَالَ : فَعَرَفْتُ الْإِسْلَامَ ، وَعَرَفْتُ رَسُولَ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ بِتَقْدِيمِ أَبِي بَكْرٍ إِيَّاهُ ، فَأَتَيْتُهُمَا ، فَقُلْتُ : السَّلَامُ عَلَيْكَ يَا رَسُولَ اللهِ وَرَحْمَةُ اللهِ وَبَرَكَاتُهُ ، قَالَ : وَعَلَيْكَ وَرَحْمَةُ اللهِ ، وَعَلَيْكَ وَرَحْمَةُ اللهِ ، وَعَلَيْكَ وَرَحْمَةُ اللهِ ، ثَلَاثًا ، ثُمَّ قَالَ : مِمَّ أَنْتَ ؟ ، قُلْتُ : أَنَا مِنْ غِفَارٍ ، فَقَالَ بِيَدِهِ عَلَى جَبِينِهِ ، قَالَ : فَذَهَبْتُ أَتَنَاوَلُهُ ، فَقَالَ أَبُو بَكْرٍ : لَا تَعْجَلْ ، قَالَ : ثُمَّ رَفَعَ إِلَيَّ رَأْسَهُ ، فَقَالَ : مُنْذُ كَمْ أَنْتَ هَا هُنَا ؟ قُلْتُ : مُنْذُ ثَلَاثِينَ مِنْ بَيْنِ يَوْمٍ وَلَيْلَةٍ ، فَقَالَ : مَا طَعَامُكَ ؟ قُلْتُ : مَا لِي طَعَامُ إِلَّا مَاءُ زَمْزَمَ ، وَقَدْ تَكَسَّرَتْ لِي عُكَنُ بَطْنِي ، وَمَا وَجَدْتُ عَلَى كَبِدِي سُخْفَةَ جُوعٍ . فَقَالَ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ :

Передал нам аль-Муфаддаль ибн Гассан аль-Галляби, сказав: сообщил нам мой отец, сказав: сообщил нам Раух ибн Аслам, сказав: сообщил нам Абдуллах ибн Бакр аль-Музани, сказав: сообщил нам Хумайд ибн Хиляль, сказав: рассказал мне Абдуллах ибн ас-Самит от Абу Зарра, который сказал: «Я молился за три года до того, как услышал об исламе». Я спросил: «О Абу Зарр, куда ты был обращен?» Он ответил: «Я был обращен туда, куда направлял меня Аллах. Я молился в начале ночи, а когда наступала последняя часть ночи, я падал, словно я был [без сил], пока солнце не поднималось надо мной». Он сказал: «Племя Гифар дозволило [нарушение] запретного месяца, и я отправился вместе со своим братом Унайсом, и мы уверовали. Мы остановились у нашего дяди, и до него дошло, что мой брат заходит к его семье, и он упомянул об этом. Я сказал: “Нам нет места с тобой”. Мы отправились в путь, и он [дядя] начал закрывать голову и плакать от печали по нам. Мы остановились в окрестностях Мекки, и мой брат поспорил с одним из поэтов относительно их имущества: кто из них окажется более искусным поэтом, тот забирает имущество другого. Мы пришли к прорицателю, и прорицатель сказал Унайсу: “Ты уже вынес решение в свою пользу, прежде чем я вынес его для тебя”, и он забрал имущество поэта. Он остановился в окрестностях Мекки и сказал Абу Зарру: “Присмотри за моей нуждой, а я присмотрю за твоим имуществом”. Когда он прибыл в Мекку, он услышал о Пророке, да благословит его Аллах и приветствует, и услышал то, что они говорят о нём. Он исполнил свою нужду и вернулся к своему брату, сказав: “О брат мой, я видел в Мекке человека, который призывает к твоему Богу, которому ты поклоняешься”. Абу Зарр спросил: “О брат мой, что говорят люди?” Он ответил: “Они говорят: “Безумец”, говорят: “Поэт”, говорят: “Прорицатель”. Я сопоставил его слова со словами самых искусных поэтов, и клянусь Аллахом, он не поэт. Я слышал слова прорицателей, и нет, клянусь Аллахом, он не прорицатель, и нет, клянусь Аллахом, он не безумец”. Я сказал: “О брат мой, а что ты скажешь?” Он ответил: “Я говорю, что он правдив, а они лжецы”. Я сказал: “Я хочу встретиться с ним”. Он ответил: “О брат мой, люди уже возненавидели его и встретили его враждебно. Когда прибудешь, спрашивай о “саби” (отступнике)”. Когда я прибыл в Мекку, я увидел человека, который привлек мой взор, и я спросил: “Где этот саби?” Он закричал: “Саби! Саби!” И они вышли со всех сторон и стали бросать в меня камни и комья земли, пока не оставили меня, словно я был красным столбом. Они разошлись, и я пришел к Замзаму, смыл с себя кровь и вошел между Каабой и её завесами. Я пробыл там тридцать дней и ночей, и не было у меня иной еды, кроме воды Замзама, пока Аллах не поразил слух жителей Мекки, так что я не видел никого, кто совершал бы обход вокруг Дома, кроме двух женщин. Они подошли ко мне, говоря: “Исаф и На’иля”. Я сказал: “Выдайте одну из них за другую за деревянный орган”, и я не использовал иносказаний... Они ушли и сказали: “Саби между Каабой и её завесами! Клянусь Аллахом, если бы здесь был кто-нибудь из наших мужчин!” Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и Абу Бакр вошли, и они [женщины] встретили их и сказали: “Что это за голос?” Они ответили: “Саби между Каабой и её завесами”. Они спросили: “Что он говорит?” Они ответили: “Он говорит слова, которые наполняют наши рты [скверной]”. Они подошли, коснулись камня, совершили семикратный обход, а затем совершили два ракаата. Я узнал ислам и узнал Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, по тому, что Абу Бакр шел впереди него. Я подошел к ним и сказал: “Мир тебе, о Посланник Аллаха, и милость Аллаха и Его благословения”. Он ответил: “И тебе мир и милость Аллаха, и тебе мир и милость Аллаха, и тебе мир и милость Аллаха” — трижды. Затем он спросил: “Откуда ты?” Я ответил: “Я из племени Гифар”. Он положил руку на свой лоб, и я потянулся к нему, но Абу Бакр сказал: “Не спеши”. Затем он поднял голову ко мне и спросил: “Как давно ты здесь?” Я ответил: “Тридцать дней и ночей”. Он спросил: “Какова твоя еда?” Я ответил: “У меня нет иной еды, кроме воды Замзама, и у меня уже впал живот, и я не чувствую голода”. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Она благословенна, она — сытная еда, она благословенна, она — сытная еда, она благословенна, она — сытная еда”. Абу Бакр сказал: “О Посланник Аллаха, позволь мне угостить его сегодня вечером”. Он позволил ему, и он отправился в дом, вошел, открыл дверь и взял для нас пригоршни таифского изюма. Это была первая еда, которую я съел в Мекке, пока не покинул её. Он сказал мне: “Мне было приказано отправиться в землю с пальмами, и я не думаю, что это что-то иное, кроме Ясриба. Иди же, ты — посланник Посланника Аллаха к своему народу”. Когда я пришел к своему брату, он спросил: “О брат мой, что ты принес нам?” или что-то в этом роде. Я сказал: “Я встретил его, принял ислам и присягнул”. Я призвал своего брата к исламу, и он сказал: “И я принял ислам и присягнул”. Мы пришли к нашей матери и призвали её к исламу, и она сказала: “У меня нет неприязни к вашей религии, и я приняла ислам и присягнула”. Мы отправились в путь, пришли к нашему народу и призвали их к исламу, и половина из них приняла ислам, а их господин Има’ ибн Рахада принял ислам и совершил с ними молитву. Оставшаяся половина сказала: “Подождите, пока Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, не пройдет мимо нас”. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, прошел мимо них, и оставшаяся половина приняла ислам. Племя Аслям сказало: “Мы примем ислам на тех же условиях, на которых приняло ислам племя Гифар”. Они приняли ислам, и Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Пусть Аллах дарует мир племени Аслям, а племени Гифар пусть Аллах простит”».