Хадис 1705مرفوع

حَدَّثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ أَحْمَدَ بْنِ مَالِكٍ الْإِسْكَافِيُّ ، حَدَّثَنَا إِسْمَاعِيلُ بْنُ إِسْحَاقَ ، حَدَّثَنَا سُلَيْمَانُ بْنُ حَرْبٍ ، حَدَّثَنَا حَمَّادُ بْنُ زَيْدٍ ، عَنْ أَيُّوبَ ، حَدَّثَنِي أَبُو قِلَابَةَ ، عَنْ عَمْرِو بْنِ سَلِمَةَ ، فَلَقِيتُ عَمْرًا فَحَدَّثَنِي هَذَا الْحَدِيثَ ، قَالَ :

Передал нам Мухаммад бин Ахмад бин Малик аль-Искафи, передал нам Исмаил бин Исхак, передал нам Сулейман бин Харб, передал нам Хаммад бин Зайд от Айюба, передал мне Абу Киляба от Амра бин Салимы, — и я встретил Амра, и он передал мне этот хадис, — сказав: Мы находились у водоема, мимо которого проходили люди. Нас проезжали путники, и мы спрашивали их: «Что это за дело? Что с людьми?» И они отвечали: «Появляется пророк, который утверждает, что Аллах отправил его и что Аллах внушил ему то-то и то-то». И я стал впитывать эти слова, и было так, будто они впечатывались в мою грудь словно клеем, — он говорил: «Запомни это!». Арабы медлили со своим исламлением до взятия Мекки и говорили: «Посмотрите на него и на его народ: если он победит их, значит, он пророк и он правдив». Когда же произошло взятие Мекки, каждый народ поспешил принять ислам, и мой отец отправился исламизировать наш околоток, прибыл к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и остался у него. Когда же он возвратился от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, мы встретили его, и, увидев нас, он сказал: «Клянусь Аллахом, я пришел к вам от Посланника Аллаха поистине с истиной, и он повелевает вам то-то и то-то». И он сказал: «Совершайте такую-то молитву в такое-то время, а такую-то молитву в такое-то время. А когда наступит время молитвы, пусть один из вас возгласит азан для вас, и пусть имамом у вас будет тот, кто лучше всех знает Коран». Они осмотрели жителей нашего околотка и не нашли никого, кто знал бы Коран лучше меня, благодаря тому, что я заучивал от путников. И они выдвинули меня вперед, хотя мне было семь или шесть лет, и на мне был небольшой плащ, который при моём земном поклоне ссужался и обнажал меня. Тогда женщина из племени воскликнула: «Не прикроете ли вы от нас срам вашего чтеца?!» И они сшили мне рубаху из ткани двух морей (Йемена), и я ничему не радовался так сильно, как радовался той рубахе.