Хадис 3845موقوف

حَدَّثَنَا أَبُو مَعْمَرٍ: حَدَّثَنَا عَبْدُ الْوَارِثِ: حَدَّثَنَا قَطَنٌ أَبُو الْهَيْثَمِ: حَدَّثَنَا أَبُو يَزِيدَ الْمَدَنِيُّ ، عَنْ عِكْرِمَةَ ، عَنِ ابْنِ عَبَّاسٍ رَضِيَ اللهُ عَنْهُمَا قَالَ:

Передал нам Абу Ма‘мар: передал нам Абдуль-Уварис: передал нам Катан Абу ль-Хайсам: передал нам Абу Язид аль-Мадани от ‘Икримы, от Ибн ‘Аббаса, да будет доволен ими обоими Аллах, который сказал: «Поистине, первая кясама (клятва при обвинении в убийстве) во времена джахилийи была у нас, у рода Бану Хашим. Один человек из Бану Хашим был нанят человеком из курайшитов, принадлежащим к другому роду, и отправился вместе с ним с его верблюдами. Мимо них проходил человек из Бану Хашим, у которого порвалась петля на вьючном мешке, и он сказал: „Выручи меня привязью (‘икаль), чтобы я завязал петлю своего мешка, чтобы верблюды не разбежались“. Тот дал ему привязь, и он завязал петлю своего мешка. Когда они остановились на ночлег, все верблюды были стреножены, кроме одного. Человек, который нанял [хашимита], спросил: „В чем дело с этим верблюдом, почему его не стреножили вместе с остальными?“ Тот ответил: „У него нет привязи“. Спросивший воскликнул: „А где же его привязь?“ И тогда он бросил в него палкой, что стало причиной его смерти. Затем мимо него проходил человек из числа жителей Йемена, и [умирающий] спросил его: „Будешь ли ты на сезонной ярмарке (в Мекке)?“ Тот ответил: „Обычно я не бываю там, но иногда посещаю“. [Умирающий] сказал: „Не передашь ли ты от меня весть однажды?“ Тот ответил: „Да“. [Умирающий] сказал: „Когда прибудешь на ярмарку, кликни: „О род Курайш!“, а когда они ответят тебе, кликни: „О род Бану Хашим!“, а если они ответят тебе, то расспроси об Абу Талибе и передай ему, что такой-то убил меня из-за привязи“. И нанятый человек скончался. Когда тот, кто нанимал его, вернулся, к нему пришел Абу Талиб и спросил: „Что стало с нашим спутником?“ Тот ответил: „Он заболел, я хорошо ухаживал за ним и сам занялся его похоронами“. Абу Талиб сказал: „Ты был достоин поступить так“. Тот прожил некоторое время, после чего человек, которому было поручено передать весть, прибыл на сезонную ярмарку и воскликнул: „О род Курайш!“ Ему ответили: „Вот они — Курайш“. Он спросил: „О род Бану Хашим?“ Ему ответили: „Вот они — Бану Хашим“. Он спросил: „Где Абу Талиб?“ Ему ответили: „Вот Абу Талиб“. Он сказал: „Такой-то поручил мне передать тебе весть о том, что такой-то убил его из-за привязи“. Тогда Абу Талиб пришел к тому человеку и сказал ему: „Выбирай одно из трех: хочешь — выплати сто верблюдов, ведь ты убил нашего спутника; хочешь — пусть пятьдесят человек из твоего племени поклянутся, что ты его не убивал; а если ты откажешься, то мы убьем тебя за него“. Тот пришел к своему племени, и они сказали: „Мы поклянемся“. Тогда к Абу Талибу пришла женщина из Бану Хашим, бывшая замужем за человеком из того [враждебного] племени, от которого она родила ребенка, и сказала: „О Абу Талиб, я хотела бы, чтобы ты заменил моего сына [в числе тех, кто приносит клятву] одним из пятидесяти и не заставлял его произносить клятву там, где произносятся клятвы [под угрозой смерти]“. Он так и сделал. Затем к нему пришел один из них и сказал: „О Абу Талиб, ты потребовал от пятидесяти человек поклястися вместо ста верблюдов, так что на каждого человека приходится по два верблюда. Вот тебе два верблюда, прими их от меня и не заставляй меня произносить клятву там, где произносятся клятвы“. Он принял их, а пришли сорок восемь человек и поклялись». Ибн ‘Аббас сказал: «Клянусь Тем, в Чьей длани моя душа, не прошел и год, как среди тех сорокá восьми не осталось ни одного моргающего глаза (все они умерли)».