قُلْتُ: يَا رَسُولَ اللهِ ، مَا آنِيَةُ الْحَوْضِ؟ قَالَ: وَالَّذِي نَفْسِي بِيَدِهِ لَآنِيَتُهُ أَكْثَرُ مِنْ عَدَدِ نُجُومِ السَّمَاءِ وَكَوَاكِبِهَا فِي لَيْلَةٍ مُظْلِمَةٍ مُصْحِيَةٍ مِنْ آنِيَةِ الْجَنَّةِ ، مَنْ شَرِبَ مِنْهَا شَرْبَةً لَمْ يَظْمَأْ ، آخِرُ مَا عَلَيْهِ عَرْضُهُ مِثْلُ طُولِهِ مَا بَيْنَ عَمَّانَ إِلَى أَيْلَةَ ، مَاؤُهُ أَشَدُّ بَيَاضًا مِنَ اللَّبَنِ وَأَحْلَى مِنَ الْعَسَلِ

«О Посланник Аллаха, какова посуда водоема?» Он ответил: «Клянусь Тем, в Чьей дýше моя душа, сосудов на нем больше, чем количество звезд на небе и светил в темную ясную ночь, — из посуды Рая. Тот, кто испивает из них глоток, не испытывает жажды. Последнее из того, что относится к нему: ширина его равна его длине — от Аммана до Айлы. Вода его белее молока и слаще меда».