شَهِدْتُ ابْنَ الزُّبَيْرِ بِمَكَّةَ وَهُوَ أَمِيرٌ فَوَافَقَ يَوْمَ فِطْرٍ ، أَوْ أَضْحًى يَوْمَ الْجُمُعَةِ ، فَأَخَّرَ الْخُرُوجَ حَتَّى ارْتَفَعَ النَّهَارُ ، فَخَرَجَ وَصَعِدَ الْمِنْبَرَ فَخَطَبَ وَأَطَالَ ، ثُمَّ صَلَّى رَكْعَتَيْنِ وَلَمْ يُصَلِّ الْجُمُعَةَ ، فَعَاتَبَهُ عَلَيْهِ نَاسٌ مِنْ بَنِي أُمَيَّةَ بْنِ عَبْدِ الشَّمْسِ فَبَلَغَ ذَلِكَ ابْنَ عَبَّاسٍ ، فَقَالَ : أَصَابَ ابْنُ الزُّبَيْرِ السُّنَّةَ ، فَبَلَغَ ابْنَ الزُّبَيْرِ ، فَقَالَ : رَأَيْتُ عُمَرَ بْنَ الْخَطَّابِ إِذَا اجْتَمَعَ عِيدَانِ صَنَعَ مِثْلَ هَذَا

«Я был в Мекке при Ибн аз-Зубайре, когда он был правителем, и день праздника разговения или жертвоприношения совпал с пятницей. Он отложил выход на молитву, пока день не стал высоким, затем вышел, поднялся на минбар и произнес длинную проповедь. После этого он совершил два рак‘ата молитвы и не стал совершать пятничную молитву. Некоторые люди из Бану Умайя ибн ‘Абд аш-Шамс упрекнули его за это. Когда об этом узнал Ибн ‘Аббас, он сказал: “Ибн аз-Зубайр поступил в соответствии с Сунной”. Когда это дошло до Ибн аз-Зубайра, он сказал: “Я видел, как ‘Умар ибн аль-Хаттаб, когда совпадали два праздника, поступал точно так же”».