أَنَّ عُمَرَ بْنَ الْخَطَّابِ قَالَ لِمَوْلًى لَهُ يُقَالُ لَهُ : هُنَيٌّ ، يَا هُنَيُّ : أَدْنِ رَبَّ الصُّرَيْمَةِ وَالْغُنَيْمَةِ وَدَعْنِي مِنْ غَنَمِ ابْنِ عَفَّانَ وَابْنِ عَوْفٍ فَإِنَّهُمَا إِنْ تَهْلِكْ مَاشِيَتُهُمَا يَرْجِعَانِ إِلَى مَالٍ وَإِنْ يَهْلِكْ رَبُّ الْغُنَيْمَةِ وَالصُّرَيْمَةِ يَأْتِي فَيَقُولُ : يَا عُمَرُ يَا عُمَرُ ، وَإِنَّ الْمَاءَ وَالْكَلَاءَ أَهْوَنُ عَلَيَّ ، وَإِنَّهَا لَأَمْوَالُهُمُ الَّتِي قَاتَلُوا عَلَيْهَا فِي الْجَاهِلِيَّةِ ، وَأَسْلَمُوا عَلَيْهَا فِي الْإِسْلَامِ

«О Хуней, приблизь [пастуха] владельца небольшого стада верблюдов и овец, и избавь меня от скота Ибн Аффана и Ибн Ауфа! Ибо если их скот погибнет, они вернутся к [другому] имуществу, а если погибнет владелец небольшого стада и овец, он придет со словами: „О Умар! О Умар!“ Вода и пастбище для меня легче [доступны], и ведь это то имущество, за которое они сражались в эпоху джахилии и с которым приняли ислам».