Хадис 1402مرفوع

حَدَّثَنَا يَزِيدُ بْنُ عَبْدِ رَبِّهِ ، حَدَّثَنَا الْحَارِثُ بْنُ عَبِيدَةَ ، حَدَّثَنِي مُحَمَّدُ بْنُ عَبْدِ الرَّحْمَنِ بْنِ مُجَبَّرٍ ، عَنْ أَبِيهِ ، عَنْ جَدِّهِ ،

Передал нам Язид бин Абд Раббиhi, передал нам аль-Харис бин Абида, сообщил мне Мухаммад бин Абд ар-Рахман бин Муджаббар от своего отца, от своего деда о том, что ‘Усман поднялся на стену перед теми, кто осаждал его, и поприветствовал их, но они не ответили ему. Тогда ‘Усман спросил: «Есть ли среди людей Тальха?» Тальха ответил: «Да». [‘Усман] сказал: «Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему мы вернемся! Я приветствую людей, среди которых ты находишься, а они не отвечают». [Тальха] сказал: «Я ответил». [‘Усман] сказал: «Разве так отвечают? Я даю тебе услышать [свой голос], а ты не даешь мне услышать [свой], о Тальха! Заклинаю тебя Аллахом, слышал ли ты, как Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: „Не дозволена кровь мусульманина, кроме как по одной из трех причин: [если он] отрекся от веры после того, как уверовал; или совершил прелюбодеяние после вступления в брак; или убил человека, и за это он должен быть убит“?» [Тальха] ответил: «О Аллах, да». И ‘Усман произнес «Аллаху акбар», а затем сказал: «Клянусь Аллахом, я не отрекался от Аллаха с тех пор, как познал Его, и не прелюбодействовал ни во времена джахилии, ни в исламе — я оставлял это во времена джахилии из отвращения к этому, а в исламе из целомудрия, — и я не убивал человека, за [убийство] которого было бы дозволено убить меня».