مَا مِنْ صَاحِبِ إِبِلٍ لَا يَفْعَلُ فِيهَا حَقَّهَا إِلَّا جَاءَتْ يَوْمَ الْقِيَامَةِ أَكْثَرَ مَا كَانَتْ قَطُّ وَقَعَدَ لَهَا بِقَاعٍ قَرْقَرٍ تَسْتَنُّ عَلَيْهِ بِقَوَائِمِهَا ، وَأَخْفَافِهَا ، وَلَا صَاحِبِ بَقَرٍ لَا يَفْعَلُ فِيهَا حَقَّهَا إِلَّا جَاءَتْ يَوْمَ الْقِيَامَةِ أَكْثَرَ مَا كَانَتْ وَقَعَدَ لَهَا بِقَاعٍ قَرْقَرٍ تَنْطَحُهُ بِقُرُونِهَا وَتَطَؤُهُ بِقَوَائِمِهَا ، وَلَا صَاحِبِ غَنَمٍ لَا يَفْعَلُ فِيهَا حَقَّهَا إِلَّا جَاءَتْ يَوْمَ الْقِيَامَةِ أَكْثَرَ مَا كَانَتْ وَقَعَدَ لَهَا بِقَاعٍ قَرْقَرٍ تَنْطَحُهُ بِقُرُونِهَا وَتَطَؤُهُ بِأَظْلَافِهَا لَيْسَ فِيهَا جَمَّاءُ وَلَا مُنْكَسِرٌ قَرْنُهَا ، وَلَا صَاحِبِ كَنْزٍ لَا يَفْعَلُ فِيهِ حَقَّهُ إِلَّا جَاءَ كَنْزُهُ يَوْمَ الْقِيَامَةِ شُجَاعًا أَقْرَعَ يَتْبَعُهُ فَاتِحًا فَاهُ ، فَإِذَا أَتَاهُ فَرَّ مِنْهُ ، فَيُنَادِيهِ خُذْ كَنْزَكَ الَّذِي خَبَّأْتَهُ ، فَأَنَا عَنْهُ غَنِيٌّ ، فَإِذَا رَأَى أَنْ لَا بُدَّ مِنْهُ سَلَكَ يَدَهُ فِي فِيهِ فَيَقْضَمُهَا قَضْمَ الْفَحْلِ ،

«Нет ни одного владельца верблюдов, который не исполняет их долг [не выплачивает закат], как они придут в День воскресения в еще большем количестве, чем когда-либо прежде, и он сядет перед ними на ровной гладкой равнине, а они будут бегать над ним своими ногами и копытами. И нет ни одного владельца коров, который не исполняет их долг, как они придут в День воскресения в еще большем количестве, чем когда-либо прежде, и он сядет перед ними на ровной гладкой равнине, а они будут бодать его своими рогами и топтать его своими ногами. И нет ни одного владельца овец, который не исполняет их долг, как они придут в День воскресения в еще большем количестве, чем когда-либо прежде, и он сядет перед ними на ровной гладкой равнине, а они будут бодать его своими рогами и топтать его своими копытами, и среди них не будет ни безрогих, ни с надломленным рогом. И нет ни одного владельца сокровища, который не исполняет его долг, как его сокровище придет в День воскресения в виде лысого ядовитого змея, который будет преследовать его, широко разинув пасть. Когда тот приблизится к нему, он побежит от него, а змей воззовет: „Бери свое сокровище, которое ты прятал, а я в нем не нуждаюсь!“ Когда же тот увидит, что от этого никуда не деться, он засунет свою руку ему в пасть, и тот сгрызет ее, подобно тому, как самец верблюда грызет [траву/ветку]».