سُئِلْتُ عَنِ الْمُتَلَاعِنَيْنِ فِي إِمْرَةِ مُصْعَبٍ : أَيُفَرَّقُ بَيْنَهُمَا ؟ قَالَ : فَمَا دَرَيْتُ مَا أَقُولُ ، فَمَضَيْتُ إِلَى مَنْزِلِ ابْنِ عُمَرَ بِمَكَّةَ ، فَقُلْتُ لِلْغُلَامِ : اسْتَأْذِنْ لِي ، قَالَ : إِنَّهُ قَائِلٌ ، فَسَمِعَ صَوْتِي ، قَالَ : ابْنُ جُبَيْرٍ ؟ قُلْتُ : نَعَمْ . قَالَ : ادْخُلْ ، فَوَاللهِ مَا جَاءَ بِكَ هَذِهِ السَّاعَةَ إِلَّا حَاجَةٌ ، فَدَخَلْتُ ، فَإِذَا هُوَ مُفْتَرِشٌ بَرْذَعَةً مُتَوَسِّدٌ وِسَادَةً حَشْوُهَا لِيفٌ . قُلْتُ : أَبَا عَبْدِ الرَّحْمَنِ الْمُتَلَاعِنَانِ أَيُفَرَّقُ بَيْنَهُمَا ؟ قَالَ : سُبْحَانَ اللهِ نَعَمْ ، إِنَّ أَوَّلَ مَنْ سَأَلَ عَنْ ذَلِكَ فُلَانُ بْنُ فُلَانٍ ، قَالَ : يَا رَسُولَ اللهِ أَرَأَيْتَ أَنْ لَوْ وَجَدَ أَحَدُنَا امْرَأَتَهُ عَلَى فَاحِشَةٍ كَيْفَ يَصْنَعُ ؟ إِنْ تَكَلَّمَ ، تَكَلَّمَ بِأَمْرٍ عَظِيمٍ ، وَإِنْ سَكَتَ ، سَكَتَ عَلَى مِثْلِ ذَلِكَ ، قَالَ : فَسَكَتَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فَلَمْ يُجِبْهُ ، فَلَمَّا كَانَ بَعْدَ ذَلِكَ أَتَاهُ ، فَقَالَ : إِنَّ الَّذِي سَأَلْتُكَ عَنْهُ قَدِ ابْتُلِيتُ بِهِ ، فَأَنْزَلَ اللهُ عَزَّ وَجَلَّ هَؤُلَاءِ الْآيَاتِ فِي سُورَةِ النُّورِ : ﴿وَالَّذِينَ يَرْمُونَ أَزْوَاجَهُمْ ﴾، فَتَلَاهُنَّ عَلَيْهِ ، وَوَعَظَهُ ، وَذَكَّرَهُ ، وَأَخْبَرَهُ أَنَّ عَذَابَ الدُّنْيَا أَهْوَنُ مِنْ عَذَابِ الْآخِرَةِ ، قَالَ : لَا وَالَّذِي بَعَثَكَ بِالْحَقِّ مَا كَذَبْتُ عَلَيْهَا ، ثُمَّ دَعَاهَا فَوَعَظَهَا وَذَكَّرَهَا ، وَأَخْبَرَهَا أَنَّ عَذَابَ الدُّنْيَا أَهْوَنُ مِنْ عَذَابِ الْآخِرَةِ ، قَالَتْ : لَا ، وَالَّذِي بَعَثَكَ بِالْحَقِّ إِنَّهُ لَكَاذِبٌ ، فَبَدَأَ بِالرَّجُلِ ، فَشَهِدَ أَرْبَعَ شَهَادَاتٍ بِاللهِ إِنَّهُ لَمِنَ الصَّادِقِينَ ، وَالْخَامِسَةُ أَنَّ لَعْنَةَ اللهِ عَلَيْهِ إِنْ كَانَ مِنَ الْكَاذِبِينَ ، ثُمَّ ثَنَّى بِالْمَرْأَةِ فَشَهِدَتْ أَرْبَعَ شَهَادَاتٍ بِاللهِ إِنَّهُ لَمِنَ الْكَاذِبِينَ ، وَالْخَامِسَةُ أَنَّ غَضَبَ اللهِ عَلَيْهَا إِنْ كَانَ مِنَ الصَّادِقِينَ ، ثُمَّ فَرَّقَ بَيْنَهُمَا

«Разводят ли их?» Я не знал, что ответить, и отправился к дому Ибн ‘Умара в Мекке. Я сказал слуге: «Испроси для меня разрешения [войти]». Он ответил: «Он отдыхает в полуденное время». Но он услышал мой голос и спросил: «Ибн Джубайр?» Я ответил: «Да». Он сказал: «Входи, клянусь Аллахом, в этот час тебя привела только какая-то нужда». Я вошел, а он лежал на попоне, подложив под голову подушку, набитую пальмовым волокном. Я сказал: «О Абу ‘Абдуррахман, следует ли разлучать мужа и жену, совершивших ли‘ан?» Он ответил: «Преславен Аллах, да! Первым, кто спросил об этом, был такой-то сын такого-то. Он сказал: „О Посланник Аллаха, что если кто-то из нас застанет свою жену за мерзостью, как ему поступить? Если он скажет об этом, то скажет о великом деле, а если промолчит, то промолчит о подобном же“. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, промолчал и не ответил ему. А когда прошло некоторое время, он пришел к нему и сказал: „То, о чем я тебя спрашивал, постигло меня“. И тогда Аллах Могущественный и Великий ниспослал эти аяты из суры „ан-Нур“: <А те, которые обвиняют своих жен...>, и прочитал их ему, увещевал его, напомянал ему и сообщил ему, что наказание в этом мире легче, чем наказание в Последней жизни. Тот сказал: „Нет, клянусь Тем, Кто отправил тебя с истиной, я не солгал на нее!“ Затем он позвал ее, увещевал ее, напоминал ей и сообщил ей, что наказание в этом мире легче, чем наказание в Последней жизни. Она сказала: „Нет, клянусь Тем, Кто отправил тебя с истиной, он лжец!“ И он начал с мужчины, и тот произнес четыре свидетельства именем Аллаха, что он, поистине, говорит правду, а пятое — что проклятие Аллаха лежит на нем, если он лжец. Затем он перешел к женщине, и она произнесла четыре свидетельства именем Аллаха, что он, поистине, лжец, а пятое — что гнев Аллаха лежит на ней, если он говорит правду. После этого он разлучил их».