كُنْتُ مَرَّةً فِي أَرْضٍ قَطَعَهَا نَبِيُّ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ لِأَبِي سَلَمَةَ ، وَالزُّبَيْرِ مِنْ أَرْضِ النَّضِيرِ ، فَخَرَجَ الزُّبَيْرُ مَعَ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، وَلَنَا جَارٌ مِنَ الْيَهُودِ ، فَذَبَحَ شَاةً فَطُبِخَتْ فَوَجَدْتُ رِيحَهَا ، فَدَخَلَنِي مِنْ رِيحِ اللَّحْمِ مَا لَمْ يَدْخُلْنِي مِنْ شَيْءٍ قَطُّ وَأَنَا حَامِلٌ بِابْنَةٍ لِي تُدْعَى خَدِيجَةَ ، فَلَمْ أَصْبِرْ فَانْطَلَقْتُ فَدَخَلْتُ عَلَى امْرَأَتِهِ أَقْتَبِسُ مِنْهَا نَارًا لَعَلَّهَا تُطْعِمُنِي ، وَمَا لِي مِنْ حَاجَةٍ إِلَى النَّارِ ، فَلَمَّا شَمَمْتُ رِيحَهُ ، وَرَأَيْتُهُ ازْدَدْتُ شَرًّا ، فَأَطْفَأْتُهُ ، ثُمَّ جِئْتُ الثَّانِيَةَ أَقْتَبِسُ مِثْلَ ذَلِكَ ، ثُمَّ الثَّالِثَةَ فَلَمَّا رَأَيْتُ ذَلِكَ قَعَدْتُ أَبْكِي وَأَدْعُو اللهَ ، فَجَاءَ زَوْجُ الْيَهُودِيَّةِ فَقَالَ : أَدَخَلَ عَلَيْكُمْ أَحَدٌ ؟ قَالَتْ : لَا إِلَّا الْعَرَبِيَّةُ أَتَتْ تَقْتَبِسُ نَارًا ، فَقَالَ : فَلَا آكُلُ مِنْهَا أَبَدًا أَوْ تُرْسِلِي مِنْهَا إِلَيْهَا ، فَأَرْسَلَتْ إِلَيَّ بِقَدْحَةٍ ، وَلَمْ يَكُنْ فِي الْأَرْضِ شَيْءٌ أَعْجَبُ إِلَيَّ مِنْ تِلْكَ الْأَكْلَةِ

«Однажды я находилась на земле, которую пророк Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, выделил Абу Саламе и аз-Зубайру из земель [племени] ан-Надир. Аз-Зубайр отправился [в путь] вместе с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. У нас была соседка-иудейка, которая зарезала овцу и приготовила её. Я почувствовала запах [мяса], и этот запах мяса вызвал у меня такое сильное желание, какого я никогда прежде не испытывала, будучи беременной своей дочерью, которую звали Хадиджа. Я не выдержала, пошла и вошла к его жене, якобы чтобы попросить огня, надеясь, что она угостит меня, хотя на самом деле мне не нужен был огонь. Когда я почувствовала этот запах и увидела [мясо], моё состояние стало ещё хуже, и я погасила огонь. Затем я пришла во второй раз, чтобы попросить огня, и в третий раз. Увидев это, я села, заплакала и стала взывать к Аллаху. Тогда пришёл муж этой иудейки и спросил: “Кто-нибудь заходил к вам?” Она ответила: “Нет, только эта арабка приходила просить огня”. Он сказал: “Я не буду есть это [мясо] никогда, если ты не пошлёшь ей часть”. Она послала мне порцию, и не было на земле ничего более желанного для меня, чем та еда».