أَخَذَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ بِيَدِي . فَذَكَرَ مِثْلَهُ . أَخَذَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ بِيَدِي حَتَّى صَعِدْنَا أُحُدًا وَأَشْرَفَ عَلَى الْمَدِينَةِ قَالَ وَيْحَ أُمِّهَا مِنْ قَرْيَةٍ يَدَعُهَا أَهْلُهَا أَعْمَرَ مَا تَكُونُ يَأْتِيهَا الدَّجَّالُ فَيَجِدُ عَلَى كُلِّ نَقْبٍ مِنْ أَنْقَابِهَا مَلَكًا مُصْلِتًا ثُمَّ انْحَدَرَ حَتَّى أَتَى الْمَسْجِدَ فَإِذَا هُوَ بِرَجُلٍ قَائِمٍ يُصَلِّي وَيَقْرَأُ فَقَالَ تَرَاهُ عَبْدَ اللهِ بْنَ قَيْسٍ إِنَّهُ لَأَوَّاهٌ حَلِيمٌ قُلْتُ يَا رَسُولَ اللهِ أَلَا أُبَشِّرُهُ قَالَ احْذَرْ لَا تُسْمِعْهُ فَتُهْلِكَهُ ثُمَّ انْحَدَرَ فَلَمَّا انْتَهَيْنَا إِلَى الْمَسْجِدِ فَوَجَدْنَاهُ بُرَيْدَةَ الْأَسْلَمِيَّ عَلَى بَابٍ مِنْ أَبْوَابِ الْمَسْجِدِ وَكَانَ فِي الْمَسْجِدِ رَجُلٌ يُطِيلُ الصَّلَاةَ وَكَانَ بُرَيْدَةُ صَاحِبَ مُزَاحَاتٍ فَقَالَ يَا مِحْجَنُ أَلَا تُصَلِّي كَمَا يُصَلِّي سُكْيَةُ فَلَمْ يَرُدَّ عَلَيْهِ شَيْئًا وَرَجَعَ فَلَمَّا أَتَى بَيْتَهُ قَالَ خَيْرُ دِينِنَا أَيْسَرُهُ خَيْرُ دِينِكُمْ أَيْسَرُهُ خَيْرُ دِينِكُمْ أَيْسَرُهُ خَيْرُ دِينِكُمْ أَيْسَرُهُ ثَلَاثًا

«Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) взял меня за руку...» — и привел подобный хадис. «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) взял меня за руку, и мы поднялись на Ухуд. Он посмотрел на Медину и сказал: “Горе ей, этому селению! Его жители покинут его, когда оно будет в самом процветающем состоянии. К нему придет Даджаль, но обнаружит у каждого из его проходов ангела с обнаженным мечом”. Затем он спустился и пришел в мечеть, где увидел человека, который стоял, молился и читал Коран. Он сказал: “Видишь ли ты его, о Абдуллах ибн Кайс? Поистине, он — часто взывающий к Аллаху, кроткий”. Я спросил: “О Посланник Аллаха, не сообщить ли ему радостную весть?” Он ответил: “Остерегайся, не давай ему услышать это, иначе ты погубишь его”. Затем он спустился, и когда мы дошли до мечети, мы нашли Бурайду аль-Аслами у одних из дверей мечети. В мечети был человек, который совершал долгую молитву, а Бурайда любил шутить, и он сказал: “О Михджан, разве ты не помолишься так, как молится такой-то?” Он ничего не ответил ему и вернулся. Когда он пришел к себе домой, он сказал: “Лучшее из нашей религии — самое легкое, лучшее из вашей религии — самое легкое, лучшее из вашей религии — самое легкое, лучшее из вашей религии — самое легкое” (повторив это трижды)».