كَانَتِ امْرَأَتَانِ ضَرَّتَانِ ، فَكَانَتْ بَيْنَهُمَا صَخَبٌ فَرَمَتْ إِحْدَاهُمَا الْأُخْرَى بِحَجَرٍ ، فَأَسْقَطَتْ غُلَامًا مَيِّتًا ، وَمَاتَتِ الْمَرْأَةُ ، فَقَضَى عَلَى الْعَاقِلَةِ الدِّيَةَ ، فَقَالَ عَمُّهَا : إِنَّهَا قَدْ أَسْقَطَتْ يَا رَسُولَ اللهِ غُلَامًا قَدْ نَبَتَ شَعَرُهُ ، فَقَالَ أَبُو الْقَاتِلَةِ : إِنَّهُ كَاذِبٌ ، إِنَّهُ وَاللهِ مَا اسْتَهَلَّ ، وَلَا عَقَلَ ، وَلَا شَرِبَ ، وَلَا أَكَلَ ، فَمِثْلُهُ يُطَلُّ ، فَقَالَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ : أَسَجْعُ الْجَاهِلِيَّةِ وَكِهَانَتِهَا ؟ أَرَى فِي الصَّبِيِّ غُرَّةً

«Были две жены у одного мужа, между ними возник спор, и одна из них бросила в другую камень, из-за чего та выкинула мертвого мальчика и сама скончалась. Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) вынес решение о выплате дийи (виры) со стороны родственников виновной (‘акиля). Тогда ее дядя сказал: “О Посланник Аллаха, она ведь выкинула мальчика, у которого уже выросли волосы”. Отец виновной возразил: “Он лжет! Клянусь Аллахом, ребенок не закричал, не проявил признаков жизни, не пил и не ел, поэтому за подобное ничего не полагается”. Тогда Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: “Это рифмованная речь времен невежества и их прорицателей? Я же вижу, что за ребенка полагается гурра (компенсация)”».