أَنَّ رَسُولَ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - قَالَ لَهُ رَجُلٌ : كَيْفَ كَانَ أَوَّلُ شَأْنِكَ يَا رَسُولَ اللهِ ؟ قَالَ : كَانَتْ حَاضِنَتِي مِنْ بَنِي سَعْدِ بْنِ بَكْرٍ ، فَانْطَلَقْتُ أَنَا وَابْنٌ لَهَا فِي بَهْمٍ لَنَا ، وَلَمْ نَأْخُذْ مَعَنَا زَادًا ، فَقُلْتُ : يَا أَخِي اذْهَبْ فَأْتِنَا بِزَادٍ مِنْ عِنْدِ أُمِّنَا ، فَانْطَلَقَ أَخِي وَمَكَثْتُ عِنْدَ الْبَهْمِ ، فَأَقْبَلَ طَائِرَانِ أَبْيَضَانِ كَأَنَّهُمَا نَسْرَانِ ، فَقَالَ أَحَدُهُمَا لِصَاحِبِهِ : أَهُوَ هُوَ ؟ قَالَ الْآخَرُ : نَعَمْ ، فَأَقْبَلَا يَبْتَدِرَانِي ، فَأَخَذَانِي فَبَطَحَانِي لِلْقَفَا ، فَشَقَّا بَطْنِي ، ثُمَّ اسْتَخْرَجَا قَلْبِي فَشَقَّاهُ ، فَأَخْرَجَا مِنْهُ عَلَقَتَيْنِ سَوْدَاوَيْنِ ، فَقَالَ أَحَدُهُمَا لِصَاحِبِهِ : ائْتِنِي بِمَاءِ ثَلْجٍ ، فَغَسَلَ بِهِ جَوْفِي ، ثُمَّ قَالَ : ائْتِنِي بِمَاءِ بَرَدٍ ، فَغَسَلَ بِهِ قَلْبِي ، ثُمَّ قَالَ : ائْتِنِي بِالسَّكِينَةِ فَذَرَّهُ فِي قَلْبِي ، ثُمَّ قَالَ أَحَدُهُمَا لِصَاحِبِهِ : حُصْهُ ، فَحَاصَهُ ، وَخَتَمَ عَلَيْهِ بِخَاتَمِ النُّبُوَّةِ ، ثُمَّ قَالَ أَحَدُهُمَا لِصَاحِبِهِ : اجْعَلْهُ فِي كِفَّةٍ ، وَاجْعَلْ أَلْفًا مِنْ أُمَّتِهِ فِي كِفَّةٍ ، قَالَ رَسُولُ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - : فَإِذَا أَنَا أَنْظُرُ إِلَى الْأَلْفِ فَوْقِي أُشْفِقُ أَنْ يَخِرَّ عَلَيَّ بَعْضُهُمْ ، فَقَالَ : لَوْ أَنَّ أُمَّتَهُ وُزِنَتْ بِهِ لَمَالَ بِهِمْ ، ثُمَّ انْطَلَقَا وَتَرَكَانِي ، قَالَ رَسُولُ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - : وَفَرِقْتُ فَرَقًا شَدِيدًا ، ثُمَّ انْطَلَقْتُ إِلَى أُمِّي فَأَخْبَرْتُهَا بِالَّذِي لَقِيتُ ، فَأَشْفَقَتْ أَنْ يَكُونَ قَدِ الْتَبَسَ بِي ، فَقَالَتْ : أُعِيذُكَ بِاللهِ ، فَرَحَلَتْ بَعِيرًا لَهَا ، فَجَعَلَتْنِي عَلَى الرَّحْلِ وَرَكِبَتْ خَلْفِي ، حَتَّى بَلَغْنَا إِلَى أُمِّي ، فَقَالَتْ : أَدَّيْتُ أَمَانَتِي وَذِمَّتِي ، وَحَدَّثَتْهَا بِالَّذِي لَقِيتُ ، فَلَمْ يَرُعْهَا ذَلِكَ ، وَقَالَتْ : إِنِّي رَأَيْتُ حِينَ خَرَجَ مِنِّي شَيْئًا - يَعْنِي : نُورًا - أَضَاءَتْ مِنْهُ قُصُورُ الشَّامِ

«О Посланник Аллаха, с чего все начиналось у тебя?». Он ответил: «Моя кормилица была из племени бану Са‘д бин Бакр. Я ушел вместе с ее сыном пасти наших баранов, и мы не взяли с собой припасов. Я сказал: „О брат мой, пойди и принеси нам припасов от нашей матери“. Мой брат ушел, а я остался у стада. И тут появились две белые птицы, похожие на двух грифов. Один из них сказал другому: „Он ли это?“. Другой ответил: „Да“. И они устремились ко мне, схватили меня, повалили навзничь, рассекли мне живот, затем извлекли мое сердце и рассекли его. Они извлекли из него два черных сгустка. Один из них сказал другому: „Принеси мне воды со снегом“, — и омыл ею мою внутренность. Затем он сказал: „Принеси мне воды с градом“, — и омыл ею мое сердце. Затем он сказал: „Принеси мне сакину (покой)“, — и всыпал ее в мое сердце. Затем один из них сказал другому: „Зашей его“, — и он зашил его, и запечатал печатью пророчества. Затем один из них сказал другому: „Положи его на одну чашу весов, а тысячу человек из его общины — на другую“. И Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: „И вот я смотрю на эту тысячу надо мной, опасаясь, что кто-нибудь из них упадет на меня“. И он сказал: „Если бы его община была взвешена вместе с ним, она перевесила бы их“. Затем они ушли и оставили меня. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: „И я сильно испугался. Затем я вернулся к матери и рассказал ей о том, что со мной произошло. Она испугалась, что со мной что-то случилось, и сказала: «Я прибегаю к защите Аллаха от тебя». Она оседлала свою верблюдицу, посадила меня на седло позади себя, и мы ехали, пока не добрались до моей [родной] матери. Она сказала: «Я исполнила свое доверие и обязательство», — и рассказала ей о том, что со мной произошло. Это не испугало ее, и она сказала: «Когда он родился у меня, я видела нечто» — то есть свет, — «от которого осветились дворцы Шама»“».