أَنَّ الْمُغِيرَةَ بْنَ شُعْبَةَ وَمَصْقَلَةَ بْنَ هُبَيْرَةَ الشَّيْبَانِيَّ تَنَازَعَا بِالْكُوفَةِ ، فَفَخَرَ الْمُغِيرَةُ بِمَكَانِهِ مِنْ مُعَاوِيَةَ عَلَى مَصْقَلَةَ ، فَقَالَ لَهُ مَصْقَلَةُ : وَاللهِ لَأَنَا أَعْظَمُ عَلَيْهِ حَقًّا مِنْكَ . قَالَ لَهُ الْمُغِيرَةُ : وَلِمَ ؟ قَالَ لَهُ مَصْقَلَةُ : لِأَنِّي فَارَقْتُ عَلِيًّا - يَعْنِي ابْنَ أَبِي طَالِبٍ - فِي الْمُهَاجِرِينَ وَالْأَنْصَارِ وَوُجُوهِ الْعِرَاقِ ، وَلَحِقْتُ بِمُعَاوِيَةَ فَضَرَبْتُ مَعَهُ بِسَيْفِي ، وَاسْتَعْمَلَنِي عَلِيٌّ عَلَى الْبَحْرَيْنِ ، فَأَعْتَقْتُ لَهُ بَنِي لُؤَيِّ بْنِ غَالِبٍ ، بَعْدَمَا مُلِكَتْ رِقَابُهُمْ ، وَأُبِيحَتْ حُرْمَتُهُمْ ، وَأَنْتَ مُقِيمٌ بِالطَّائِفِ تُنَاغِي نِسَاءَكَ ، وَتُرَشِّحُ أَطْفَالَكَ ، طَوِيلُ اللِّسَانِ ، قَصِيرُ الْيَدِ ، تُلْقِي بِالْمَوَدَّةِ مِنْ مَكَانٍ بَعِيدٍ ، حَتَّى إِذَا اسْتَقَامَتِ الْأُمُورُ غَلَبْتَنَا عَلَيْهِ . فَقَالَ لَهُ الْمُغِيرَةُ : وَاللهِ يَا مَصْقَلَةُ مَا زِلْتَ مُنْذُ الْيَوْمِ تُكْثِرُ الْحَزَّ ، وَتُخْطِئُ الْمَفَاصِلَ ؛ أَمَّا تَرْكُكَ عَلِيًّا فَقَدْ فَعَلْتَ ، فَلَمْ تُؤْنِسْ أَهْلَ الشَّامِ وَلَمْ تُوحِشْ أَهْلَ الْعِرَاقِ ، وَأَمَّا قَوْلُكَ فِي عِتْقِ بَنِي سَامَةَ بْنِ لُؤَيٍّ فَإِنَّمَا أَعْتَقَهُمْ ثِقَةُ عَلِيٍّ بِكَ ، أَمَا وَاللهِ مَا صَبَرْتَ لَهُمْ نَفْسَكَ ، وَلَا أَعْتَقْتَهُمْ مِنْ مَالِكَ ، وَأَمَّا مُقَامِي بِالطَّائِفِ فَقَدْ أَبْلَانِيَ اللهُ تَعَالَى فِي الْخَفْضِ مَا لَمْ يُبْلِكَ فِي الظَّعْنِ ، وَلِلَّهِ تَعَالَى عَلَيْنَا نِعَمٌ ، فَإِنْ أَنْتَ عَادَيْتَنَا فَإِنَّ اللهَ تَعَالَى مِنْ وَرَائِكَ

«Клянусь Аллахом, поистине, у меня больше прав на него, чем у тебя!» Аль-Мугира спросил его: «Почему это?» Маскаля ответил: «Потому что я покинул ‘Али — то есть сына Абу Талиба — вместе с мухаджирами, ансарами и знатными людьми Ирака, и присоединился к Му‘авие, и сражался с ним своим мечом. А ‘Али назначил тебя наместником Бахрейна, и я освободил ради него потомков Лу‘я ибн Галиба после того, как они были порабощены и их неприкосновенность была нарушена, в то время как ты сидел в Таифе, нежась со своими женщинами и нянча своих детей, — у тебя длинный язык и короткая рука, ты бросаешь слова о дружбе издалека, а когда дела уладились, ты опередил нас в приближении к нему». Тогда аль-Мугира сказал ему: «Клянусь Аллахом, о Маскаля, с самого сегодняшнего дня ты только и делаешь, что бьешь мимо цели и не попадаешь в суставы! Что касается твоего ухода от ‘Али, то ты поступил так, но при этом ни не утешил жителей Шама, ни испугал жителей Ирака. Что же касается твоих слов об освобождении потомков Са‘амы ибн Лу‘я, то ведь их освободили лишь потому, что ‘Али доверял тебе. Но, клянусь Аллахом, ты не рисковал ради них своей жизнью и не освобождал их на свои деньги! А что касается моего пребывания в Таифе, то Всевышний Аллах испытал меня покоем [в оседлости], какого не послал тебе в странствиях. У нас есть блага от Всевышнего Аллаха, и если ты враждуешь с нами, то Всевышний Аллах – позади тебя».