لَا أَخْرُجُ مِنَ الْمَسْجِدِ حَتَّى أُخْبِرَكَ بِآيَةٍ ، أَوْ سُورَةٍ لَمْ تَنْزِلْ عَلَى نَبِيٍّ بَعْدَ سُلَيْمَانَ غَيْرِي ، قَالَ : فَمَشَى ، وَتَبِعْتُهُ حَتَّى انْتَهَى إِلَى بَابِ الْمَسْجِدِ ، فَأَخْرَجَ رِجْلَهُ مِنْ أُسْكُفَّةِ الْمَسْجِدِ ، وَبَقِيَتِ الْأُخْرَى فِي الْمَسْجِدِ ، فَقُلْتُ بَيْنِي وَبَيْنَ نَفْسِي : أَنَسِيَ ؟ قَالَ : فَأَقْبَلَ عَلَيَّ بِوَجْهِهِ ، فَقَالَ : " بِأَيِّ شَيْءٍ تَفْتَتِحُ الْقُرْآنَ إِذَا افْتَتَحْتَ الصَّلَاةَ ؟ " قُلْتُ : بِبِسْمِ اللهِ الرَّحْمَنِ الرَّحِيمِ ، قَالَ : " هِيَ هِيَ " ، ثُمَّ خَرَجَ

«Я не выйду из мечети, пока не сообщу тебе об аяте или суре, которая не спускалась ни одному пророку после Сулеймана, кроме меня». [Передатчик] сказал: И он пошел, а я последовал за ним, пока он не дошел до дверей мечети. Он выставил одну ногу за порог мечети, а другая осталась в мечети, и я подумал про себя: «Забыл ли он?» [Передатчик] сказал: И он повернулся ко мне лицом и сказал: «С чего ты начинаешь Коран, когда приступаешь к молитве?» Я ответил: «С „Бисмиллахи-р-рахмани-р-рахим“». Он сказал: «Она, именно она», — после чего вышел.