هَلْ رَأَى أَحَدٌ مِنْكُمْ مِنْ رُؤْيَا؟ . قَالَ: فَيَقُصُّ عَلَيْهِ مَنْ شَاءَ اللهُ أَنْ يَقُصَّ ، وَإِنَّهُ قَالَ ذَاتَ غَدَاةٍ: إِنَّهُ أَتَانِي اللَّيْلَةَ آتِيَانِ ، وَإِنَّهُمَا ابْتَعَثَانِي ، وَإِنَّهُمَا قَالَا لِي انْطَلِقْ ، وَإِنِّي انْطَلَقْتُ مَعَهُمَا ، وَإِنَّا أَتَيْنَا عَلَى رَجُلٍ مُضْطَجِعٍ ، وَإِذَا آخَرُ قَائِمٌ عَلَيْهِ بِصَخْرَةٍ ، وَإِذَا هُوَ يَهْوِي بِالصَّخْرَةِ لِرَأْسِهِ فَيَثْلَغُ رَأْسَهُ ، فَيَتَهَدْهَدُ الْحَجَرُ هَا هُنَا ، فَيَتْبَعُ الْحَجَرَ فَيَأْخُذُهُ ، فَلَا يَرْجِعُ إِلَيْهِ حَتَّى يَصِحَّ رَأْسُهُ كَمَا كَانَ ، ثُمَّ يَعُودُ عَلَيْهِ فَيَفْعَلُ بِهِ مِثْلَ مَا فَعَلَ الْمَرَّةَ الْأُولَى ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: سُبْحَانَ اللهِ مَا هَذَانِ؟ قَالَ: قَالَا لِي: انْطَلِقْ ، قَالَ: فَانْطَلَقْنَا ، فَأَتَيْنَا عَلَى رَجُلٍ مُسْتَلْقٍ لِقَفَاهُ ، وَإِذَا آخَرُ قَائِمٌ عَلَيْهِ بِكَلُّوبٍ مِنْ حَدِيدٍ ، وَإِذَا هُوَ يَأْتِي أَحَدَ شِقَّيْ وَجْهِهِ فَيُشَرْشِرُ شِدْقَهُ إِلَى قَفَاهُ ، وَمَنْخِرَهُ إِلَى قَفَاهُ ، وَعَيْنَهُ إِلَى قَفَاهُ ، قَالَ: وَرُبَّمَا قَالَ أَبُو رَجَاءٍ : فَيَشُقُّ قَالَ: ثُمَّ يَتَحَوَّلُ إِلَى الْجَانِبِ الْآخَرِ فَيَفْعَلُ بِهِ مِثْلَ مَا فَعَلَ بِالْجَانِبِ الْأَوَّلِ ، فَمَا يَفْرُغُ مِنْ ذَلِكَ الْجَانِبِ حَتَّى يَصِحَّ ذَلِكَ الْجَانِبُ كَمَا كَانَ ، ثُمَّ يَعُودُ عَلَيْهِ فَيَفْعَلُ مِثْلَ مَا فَعَلَ الْمَرَّةَ الْأُولَى ، قَالَ: قُلْتُ: سُبْحَانَ اللهِ مَا هَذَانِ؟ قَالَ: قَالَا لِي: انْطَلِقْ ، فَانْطَلَقْنَا فَأَتَيْنَا عَلَى مِثْلِ التَّنُّورِ قَالَ: فَأَحْسَبُ أَنَّهُ كَانَ يَقُولُ فَإِذَا فِيهِ لَغَطٌ وَأَصْوَاتٌ ، قَالَ: فَاطَّلَعْنَا فِيهِ ، فَإِذَا فِيهِ رِجَالٌ وَنِسَاءٌ عُرَاةٌ ، وَإِذَا هُمْ يَأْتِيهِمْ لَهَبٌ مِنْ أَسْفَلَ مِنْهُمْ ، فَإِذَا أَتَاهُمْ ذَلِكَ اللهَبُ ضَوْضَوْا ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: مَا هَؤُلَاءِ؟ قَالَ: قَالَا لِي: انْطَلِقِ انْطَلِقْ ، قَالَ: فَانْطَلَقْنَا ، فَأَتَيْنَا عَلَى نَهَرٍ حَسِبْتُ أَنَّهُ كَانَ يَقُولُ أَحْمَرَ مِثْلِ الدَّمِ ، وَإِذَا فِي النَّهَرِ رَجُلٌ سَابِحٌ يَسْبَحُ ، وَإِذَا عَلَى شَطِّ النَّهَرِ رَجُلٌ قَدْ جَمَعَ عِنْدَهُ حِجَارَةً كَثِيرَةً ، وَإِذَا ذَلِكَ السَّابِحُ يَسْبَحُ مَا يَسْبَحُ ، ثُمَّ يَأْتِي ذَلِكَ الَّذِي قَدْ جَمَعَ عِنْدَهُ الْحِجَارَةَ ، فَيَفْغَرُ لَهُ فَاهُ فَيُلْقِمُهُ حَجَرًا فَيَنْطَلِقُ يَسْبَحُ ، ثُمَّ يَرْجِعُ إِلَيْهِ ، كُلَّمَا رَجَعَ إِلَيْهِ فَغَرَ لَهُ فَاهُ فَأَلْقَمَهُ حَجَرًا ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: مَا هَذَانِ؟ قَالَ: قَالَا لِي: انْطَلِقِ انْطَلِقْ ، قَالَ: فَانْطَلَقْنَا ، فَأَتَيْنَا عَلَى رَجُلٍ كَرِيهِ الْمَرْآةِ ، كَأَكْرَهِ مَا أَنْتَ رَاءٍ رَجُلًا مَرْآةً ، وَإِذَا عِنْدَهُ نَارٌ يَحُشُّهَا وَيَسْعَى حَوْلَهَا ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: مَا هَذَا؟ قَالَ: قَالَا لِي: انْطَلِقِ انْطَلِقْ ، فَانْطَلَقْنَا ، فَأَتَيْنَا عَلَى رَوْضَةٍ مُعْتَمَّةٍ ، فِيهَا مِنْ كُلِّ نَوْرِ الرَّبِيعِ ، وَإِذَا بَيْنَ ظَهْرَيِ الرَّوْضَةِ رَجُلٌ طَوِيلٌ ، لَا أَكَادُ أَرَى رَأْسَهُ طُولًا فِي السَّمَاءِ ، وَإِذَا حَوْلَ الرَّجُلِ مِنْ أَكْثَرِ وِلْدَانٍ رَأَيْتُهُمْ قَطُّ ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: مَا هَذَا مَا هَؤُلَاءِ؟ قَالَ: قَالَا لِي: انْطَلِقِ انْطَلِقْ ، قَالَ: فَانْطَلَقْنَا فَانْتَهَيْنَا إِلَى رَوْضَةٍ عَظِيمَةٍ ، لَمْ أَرَ رَوْضَةً قَطُّ أَعْظَمَ مِنْهَا وَلَا أَحْسَنَ ، قَالَ: قَالَا لِي: ارْقَ فِيهَا ، قَالَ: فَارْتَقَيْنَا فِيهَا ، فَانْتَهَيْنَا إِلَى مَدِينَةٍ مَبْنِيَّةٍ بِلَبِنِ ذَهَبٍ وَلَبِنِ فِضَّةٍ ، فَأَتَيْنَا بَابَ الْمَدِينَةِ فَاسْتَفْتَحْنَا فَفُتِحَ لَنَا فَدَخَلْنَاهَا ، فَتَلَقَّانَا فِيهَا رِجَالٌ شَطْرٌ مِنْ خَلْقِهِمْ كَأَحْسَنِ مَا أَنْتَ رَاءٍ ، وَشَطْرٌ كَأَقْبَحِ مَا أَنْتَ رَاءٍ ، قَالَ: قَالَا لَهُمُ: اذْهَبُوا فَقَعُوا فِي ذَلِكَ النَّهَرِ ، قَالَ: وَإِذَا نَهَرٌ مُعْتَرِضٌ يَجْرِي كَأَنَّ مَاءَهُ الْمَحْضُ فِي الْبَيَاضِ ، فَذَهَبُوا فَوَقَعُوا فِيهِ ، ثُمَّ رَجَعُوا إِلَيْنَا قَدْ ذَهَبَ ذَلِكَ السُّوءُ عَنْهُمْ ، فَصَارُوا فِي أَحْسَنِ صُورَةٍ ، قَالَ: قَالَا لِي: هَذِهِ جَنَّةُ عَدْنٍ وَهَذَاكَ مَنْزِلُكَ ، قَالَ: فَسَمَا بَصَرِي صُعُدًا ، فَإِذَا قَصْرٌ مِثْلُ الرَّبَابَةِ الْبَيْضَاءِ ، قَالَ: قَالَا لِي: هَذَاكَ مَنْزِلُكَ ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: بَارَكَ اللهُ فِيكُمَا ذَرَانِي فَأَدْخُلَهُ ، قَالَا: أَمَّا الْآنَ فَلَا ، وَأَنْتَ دَاخِلُهُ ، قَالَ: قُلْتُ لَهُمَا: فَإِنِّي قَدْ رَأَيْتُ مُنْذُ اللَّيْلَةِ عَجَبًا ، فَمَا هَذَا الَّذِي رَأَيْتُ؟ قَالَ: قَالَا لِي: أَمَا إِنَّا سَنُخْبِرُكَ ، أَمَّا الرَّجُلُ الْأَوَّلُ الَّذِي أَتَيْتَ عَلَيْهِ يُثْلَغُ رَأْسُهُ بِالْحَجَرِ ، فَإِنَّهُ الرَّجُلُ يَأْخُذُ الْقُرْآنَ فَيَرْفُضُهُ وَيَنَامُ عَنِ الصَّلَاةِ الْمَكْتُوبَةِ ، وَأَمَّا الرَّجُلُ الَّذِي أَتَيْتَ عَلَيْهِ ، يُشَرْشَرُ شِدْقُهُ إِلَى قَفَاهُ ، وَمَنْخِرُهُ إِلَى قَفَاهُ ، وَعَيْنُهُ إِلَى قَفَاهُ ، فَإِنَّهُ الرَّجُلُ يَغْدُو مِنْ بَيْتِهِ ، فَيَكْذِبُ الْكَذِبَةَ تَبْلُغُ الْآفَاقَ ، وَأَمَّا الرِّجَالُ وَالنِّسَاءُ الْعُرَاةُ الَّذِينَ فِي مِثْلِ بِنَاءِ التَّنُّورِ ، فَإِنَّهُمُ الزُّنَاةُ وَالزَّوَانِي ، وَأَمَّا الرَّجُلُ الَّذِي أَتَيْتَ عَلَيْهِ يَسْبَحُ فِي النَّهَرِ وَيُلْقَمُ الْحَجَرَ ، فَإِنَّهُ آكِلُ الرِّبَا ، وَأَمَّا الرَّجُلُ الْكَرِيهُ الْمَرْآةِ ، الَّذِي عِنْدَ النَّارِ يَحُشُّهَا وَيَسْعَى حَوْلَهَا ، فَإِنَّهُ مَالِكٌ خَازِنُ جَهَنَّمَ ، وَأَمَّا الرَّجُلُ الطَّوِيلُ الَّذِي فِي الرَّوْضَةِ فَإِنَّهُ إِبْرَاهِيمُ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، وَأَمَّا الْوِلْدَانُ الَّذِينَ حَوْلَهُ فَكُلُّ مَوْلُودٍ مَاتَ عَلَى الْفِطْرَةِ . قَالَ: فَقَالَ بَعْضُ الْمُسْلِمِينَ: يَا رَسُولَ اللهِ ، وَأَوْلَادُ الْمُشْرِكِينَ؟ فَقَالَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ: وَأَوْلَادُ الْمُشْرِكِينَ ، وَأَمَّا الْقَوْمُ الَّذِينَ كَانُوا شَطْرٌ مِنْهُمْ حَسَنًا وَشَطْرٌ مِنْهُمْ قَبِيحًا ، فَإِنَّهُمْ قَوْمٌ خَلَطُوا عَمَلًا صَالِحًا وَآخَرَ سَيِّئًا ، تَجَاوَزَ اللهُ عَنْهُمْ .

«Видел ли кто-нибудь из вас какой-нибудь сон?» И рассказывал ему тот, кому Аллах предопределил рассказать. Однажды утром он сказал: «Поистине, сегодня ночью ко мне пришли двое пришедших и разбудили меня, сказав мне: „Пойдем“. И я пошел с ними. Мы подошли к человеку, который лежал на спине, и вот, другой стоял над ним с камнем в руках и бросал этот камень ему на голову, разбивая ее. Камень откатывался в сторону, и тот шел за камнем, подбирал его, и не успевал он вернуться к нему, как голова [лежащего] снова заживала и становилась прежней. Тогда он снова возвращался к нему и делал с ним то же самое, что и в первый раз». [Самура] сказал: «Я спросил их обоих: „Пречист Аллах! Кто эти двое?“ Они ответили мне: „Пойдем“. Мы пошли и подошли к человеку, лежащему навзничь на затылке, а над ним стоял другой с железным крюком в руке и подходил к одной стороне его лица, разрывая его разрез до самого затылка, и ноздрю до затылка, и глаз до затылка». Абу Раджаъ порой говорил: «…раскалывая». [Пророк продолжил:] «Затем он переходил на другую сторону и делал с ней то же самое, что сделал с первой стороной. И он не успевал закончить с этой стороной, как та сторона заживала, становясь прежней, после чего он возвращался к нему и делал то же самое, что и в первый раз». [Самура] сказал: «Я спросил: „Пречист Аллах! Кто эти двое?“ Они ответили мне: „Пойдем“. Мы пошли и подошли к чему-то вроде печи». [Передатчик] сказал: «И, кажется, он говорил, что доносились оттуда гул и голоса. Мы заглянули туда, а там — обнаженные мужчины и женщины, и снизу к ним подступает пламя. Когда это пламя доходит до них, они начинают громко и тревожно кричать». [Самура] сказал: «Я спросил их обоих: „Кто это?“ Они ответили мне: „Пойдем, пойдем“. И мы пошли и подошли к реке». [Передатчик] сказал: «Мне показалось, что он сказал: „Алой, как кровь“. И в этой реке плавает человек, а на берегу реки стоит другой человек, возле которого собрано много камней. Этот пловец плывет какое-то время, затем подплывает к тому, кто собрал у себя камни, широко открывает рот, а тот забрасывает ему в рот камень, после чего он уплывает и продолжает плавать, а затем возвращается к нему. Каждый раз, когда он возвращается к нему, он открывает рот, а тот забрасывает ему в рот камень». [Самура] сказал: «Я спросил их обоих: „Кто эти двое?“ Они ответили мне: „Пойдем, пойдем“. И мы пошли и подошли к человеку с самым отвратительным выражением лица, какое только доводилось тебе видеть у человека, и у него был огонь, который он разжигал и вокруг которого суетился». [Самура] сказал: «Я спросил их обоих: „Кто это?“ Они ответили мне: „Пойдем, пойдем“. И мы пошли и подошли к зеленеющему пышному саду, в котором было всевозможное весеннее цветение, а посреди этого сада стоял высокий человек, чьей головы я почти не видел из-за ее высоты, уходящей в небо, и вокруг этого человека было столько детей, сколько я никогда в жизни не видел». [Самура] сказал: «Я спросил их обоих: „Что это? Кто эти?“ Они ответили мне: „Пойдем, пойдем“. И мы пошли и пришли в великий сад, больше и прекраснее которого я никогда не видел. Они сказали мне: „Взойди туда“. И мы взошли туда и дошли до города, построенного из золотых и серебряных кирпичей. Мы подошли к воротам города и попросили открыть их, нам отворили, и мы вошли. Нас встретили люди, половина тел которых была прекраснейшей из тех, что ты когда-либо видел, а другая половина — отвратительнейшей из тех, что ты когда-либо видел. Они сказали им: „Идите и бросьтесь в эту реку“. И вот, там протекала река, вода которой была бела, как молоко. Они пошли и бросились в нее, а затем вернулись к нам, и скверна сошла с них, и они приняли прекраснейший облик. Они сказали мне: „Это — сад Эдема (Джаннат ‘Адн), а это — твое жилище“. Мой взор устремился вверх, и вот — дворец, похожий на белое облако. Они сказали мне: „Это — твое жилище“. Я сказал им: „Да благословит вас Аллах! Позвольте мне войти в него“. Они ответили: „Сейчас нет, но ты войдешь в него“. Я сказал им: „Ведь сегодня ночью я видел удивительные вещи! Что же это такое, что я видел?“ Они сказали мне: „Мы сейчас расскажем тебе. Что касается первого человека, к которому ты подошел и которому разбивали голову камнем, — это человек, который берет Коран, но отвергает его, и засыпает перед обязательной молитвой. Человек, к которому ты подошел и которому разрывали разрез рта до затылка, ноздрю до затылка и глаз до затылка, — это человек, который выходит из своего дома и лжет так, что ложь его разносится по всем краям. Обнаженные мужчины и женщины, находившиеся в строении, похожем на печь, — это прелюбодеи и прелюбодейки. Человек, к которому ты подошел, плавающий в реке и получающий камни в рот, — это пожиратель ростовщичества. Человек с отвратительным лицом, разжигающий огонь и суетящийся вокруг него, — это Малик, страж Геенны. Высокий человек в саду — это Ибрахим, да благословит его Аллах и приветствует. Дети вокруг него — это каждый ребенок, умерший в состоянии фитры (прирожденного единобожия)“». [Самура] сказал: «Тогда кто-то из мусульман спросил: „О Посланник Аллаха, а дети многобожников?“ Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ответил: «И дети многобожников». [И далее он продолжил:] «А те люди, половина которых была красивой, а половина безобразной, — это люди, которые смешивали праведные дела с дурными, но Аллах простил их».