دَخَلْتُ عَلَى ابْنِ عَبَّاسٍ فِي شَبَابٍ مِنْ بَنِي هَاشِمٍ فَقُلْنَا لِشَابٍّ مِنَّا : سَلِ ابْنَ عَبَّاسٍ : أَكَانَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَقْرَأُ فِي الظُّهْرِ وَالْعَصْرِ ؟ فَقَالَ : لَا لَا ، فَقِيلَ لَهُ : لَعَلَّهُ كَانَ يَقْرَأُ فِي نَفْسِهِ ؟ فَقَالَ : خَمْشًا ، هَذِهِ شَرٌّ مِنَ الْأُولَى كَانَ عَبْدًا مَأْمُورًا بَلَّغَ مَا أُرْسِلَ بِهِ ، وَمَا اخْتَصَّنَا دُونَ النَّاسِ بِشَيْءٍ إِلَّا بِثَلَاثِ خِصَالٍ ، أَمَرَنَا أَنْ نُسْبِغَ الْوُضُوءَ ، وَأَنْ لَا نَأْكُلَ الصَّدَقَةَ ، وَأَنْ لَا نُنْزِئَ الْحِمَارَ عَلَى الْفَرَسِ .

«Спроси Ибн ‘Аббаса: читал ли Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в зухре и ‘асре?» Он ответил: «Нет, нет». Ему сказали: «Быть может, он читал про себя?» Тот воскликнул: «Чушь! Это хуже первого! Он был рабом, которому было велено [передавать], он донес то, с чем был послан, и не выделил нас перед остальными людьми ничем, кроме трех вещей: он велел нам совершать омовение наилучшим образом, запретил нам есть милостыню (садака) и запретил скрещивать осла с кобылой».