قَتْلَاهَا كُلُّهُمْ فِي النَّارِ قَالَ فِيهِ : قُلْتُ : مَتَى ذَاكَ يَا ابْنَ مَسْعُودٍ ؟ قَالَ : تِلْكَ أَيَّامُ الْهَرْجِ ، حَيْثُ لَا يَأْمَنُ الرَّجُلُ جَلِيسَهُ ، قُلْتُ : فَمَا تَأْمُرُنِي إِنْ أَدْرَكَنِي ذَلِكَ الزَّمَانُ ؟ قَالَ : تَكُفُّ لِسَانَكَ وَيَدَكَ ، وَتَكُونُ حِلْسًا مِنْ أَحْلَاسِ بَيْتِكَ ، فَلَمَّا قُتِلَ عُثْمَانُ طَارَ قَلْبِي مَطَارَهُ ، فَرَكِبْتُ حَتَّى أَتَيْتُ دِمَشْقَ ، فَلَقِيتُ خُرَيْمَ بْنَ فَاتِكٍ فَحَدَّثْتُهُ ، فَحَلَفَ بِاللهِ الَّذِي لَا إِلَهَ إِلَّا هُوَ لَسَمِعَهُ مِنْ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ كَمَا حَدَّثَنِيهِ ابْنُ مَسْعُودٍ

«Все убитые в ней [в этой смуте] — в Огне». [Передатчик] сказал: «Я спросил: „Когда это будет, о Ибн Мас‘уд?“ Он ответил: „Это дни аль-харджа (убийств и смуты), когда человек не чувствует себя в безопасности даже со своим собутыльником (собеседником)“. Я спросил: „А что ты велишь мне делать, если я застану это время?“ Он ответил: „Ты удержишь свой язык и свою руку и будешь тряпкой среди тряпиц своего дома“». И когда был убит ‘Усман, мое сердце затрепетало так сильно, что я тотчас оседлал [верблюда] и прибыл в Дамаск, где встретил Хурейма бин Фатика и рассказал ему об этом. И он поклялся Аллахом, кроме Которого нет иного божества, что слышал это от Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, точно так же, как передал мне это Ибн Мас‘уд.