أَتَيْتُ صَفْوَانَ بْنَ عَسَّالٍ الْمُرَادِيَّ أَسْأَلُهُ عَنِ الْمَسْحِ عَلَى الْخُفَّيْنِ ، فَقَالَ : مَا جَاءَ بِكَ يَا زِرُّ ؟ فَقُلْتُ : ابْتِغَاءَ الْعِلْمِ ، فَقَالَ : إِنَّ الْمَلَائِكَةَ لَتَضَعُ أَجْنِحَتَهَا لِطَالِبِ الْعِلْمِ رِضًا بِمَا يَطْلُبُ ، فَقُلْتُ : إِنَّهُ حَكَّ فِي صَدْرِي الْمَسْحُ عَلَى الْخُفَّيْنِ بَعْدَ الْغَائِطِ وَالْبَوْلِ وَكُنْتَ امْرَأً مِنْ أَصْحَابِ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، فَجِئْتُ أَسْأَلُكَ هَلْ سَمِعْتَهُ يَذْكُرُ فِي ذَلِكَ شَيْئًا ؟ قَالَ : نَعَمْ . كَانَ يَأْمُرُنَا إِذَا كُنَّا سَفْرًا أَوْ مُسَافِرِينَ أَنْ لَا نَنْزِعَ خِفَافَنَا ثَلَاثَةَ أَيَّامٍ وَلَيَالِيَهُنَّ إِلَّا مِنْ جَنَابَةٍ ، لَكِنْ مِنْ غَائِطٍ وَبَوْلٍ وَنَوْمٍ ، فَقُلْتُ : هَلْ سَمِعْتَهُ يَذْكُرُ فِي الْهَوَى شَيْئًا ؟ قَالَ : نَعَمْ . كُنَّا مَعَ النَّبِيِّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - فِي سَفَرٍ ، فَبَيْنَا نَحْنُ عِنْدَهُ إِذْ نَادَاهُ أَعْرَابِيٌّ بِصَوْتٍ لَهُ جَهْوَرِيٍّ : يَا مُحَمَّدُ ، فَأَجَابَهُ رَسُولُ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - عَلَى نَحْوٍ مِنْ صَوْتِهِ : هَاؤُمُ " . وَقُلْنَا لَهُ : وَيْحَكَ اغْضُضْ مِنْ صَوْتِكَ ، فَإِنَّكَ عِنْدَ النَّبِيِّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - وَقَدْ نُهِيتَ عَنْ هَذَا ، فَقَالَ : وَاللهِ لَا أَغْضُضُ ، قَالَ الْأَعْرَابِيُّ : الْمَرْءُ يُحِبُّ الْقَوْمَ وَلَمَّا يَلْحَقْ بِهِمْ ، قَالَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ : الْمَرْءُ مَعَ مَنْ أَحَبَّ يَوْمَ الْقِيَامَةِ " . فَمَا زَالَ يُحَدِّثُنَا حَتَّى ذَكَرَ بَابًا مِنْ قِبَلِ الْمَغْرِبِ مَسِيرَةُ عَرْضِهِ ، أَوْ يَسِيرُ الرَّاكِبُ فِي عَرْضِهِ أَرْبَعِينَ ، أَوْ سَبْعِينَ عَامًا . قَالَ سُفْيَانُ : قِبَلَ الشَّامِ خَلَقَهُ اللهُ يَوْمَ خَلَقَ السَّمَاوَاتِ وَالْأَرْضَ مَفْتُوحًا - يَعْنِي لِلتَّوْبَةِ - لَا يُغْلَقُ حَتَّى تَطْلُعَ الشَّمْسُ مِنْهُ

«Что привело тебя, о Зирр?» Я ответил: «Стремление к знанию». Он сказал: «Поистине, ангелы простирают свои крылья для искателя знания из довольства тем, что он ищет». Я сказал: «У меня зародилось сомнение (или: заскреблось на сердце) относительно обтирания хуффов после испражнения и мочеиспускания, а ты — один из сподвижников Пророка, да благословит его Аллах и приветствует. И я пришел спросить тебя: слышал ли ты, чтобы он упоминал об этом что-либо?» Он ответил: «Да. Он велел нам, когда мы были в пути или путешествовали, не снимать наши хуффы в течение трех дней и ночей, кроме как после полового осквернения (джанаба), но не после испражнения, мочеиспускания и сна». Я спросил: «Слышал ли ты, чтобы он упоминал что-либо о любви?» Он ответил: «Да. Мы были с Пророком, да благословит его Аллах и приветствует, в поездке, и пока мы находились у него, один бедуин воззвал к нему громким голосом: „О Мухаммад!“ Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ответил ему в том же тоне: „Я здесь (ха́уму)!“ И мы сказали ему: „Горе тебе, убавь свой голос, ведь ты находишься у Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и тебе запрещено это!“ На это он ответил: „Клянусь Аллахом, я не убавлю!“ Бедуин сказал: „Человек любит людей, но еще не присоединился к ним“. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: „Человек будет в Судный день с тем, кого он любил“. И он продолжал рассказывать нам, пока не упомянул врата со стороны запада, ширина которых [такова, что] всадник может пересечь их в ширину за сорок или семь0 лет». Суфьян сказал: «Со стороны Шама, Аллах сотворил их в день, когда сотворил небеса и землю, открытыми — то есть для покаяния, — и они не закроются, пока солнце не взойдет оттуда».