مَنْ كَشَفَ سِتْرًا فَأَدْخَلَ بَصَرَهُ فِي الْبَيْتِ قَبْلَ أَنْ يُؤْذَنَ لَهُ ، فَرَأَى عَوْرَةَ أَهْلِهِ ، فَقَدْ أَتَى حَدًّا لَا يَحِلُّ لَهُ أَنْ يَأْتِيَهُ ، لَوْ أَنَّهُ حِينَ أَدْخَلَ بَصَرَهُ اسْتَقْبَلَهُ رَجُلٌ فَفَقَأَ عَيْنَيْهِ مَا عَيَّرْتُ عَلَيْهِ ، وَإِنْ مَرَّ الرَّجُلُ عَلَى بَابٍ لَا سِتْرَ لَهُ غَيْرِ مُغْلَقٍ فَنَظَرَ فَلَا خَطِيئَةَ عَلَيْهِ ، إِنَّمَا الْخَطِيئَةُ عَلَى أَهْلِ الْبَيْتِ

«Тот, кто приподнимет завесу и заглянет в дом до того, как ему разрешат, и увидит срам обитателей дома, тот совершил такой проступок, совершать который ему не дозволено. Если бы он, когда заглянул, встретился с мужчиной, и тот выколол бы ему глаза, я бы не стал укорять [этого мужчину]. А если мужчина проходит мимо двери, у которой нет завесы и она не заперта, и заглянет внутрь, то на нем нет греха, грех лежит лишь на обитателях дома».