مَا مِنْ صَاحِبِ إِبِلٍ وَلَا بَقَرٍ وَلَا غَنَمٍ لَا يُؤَدِّي زَكَاتَهَا إِلَّا جَاءَتْ يَوْمَ الْقِيَامَةِ أَعْظَمَ مَا كَانَتْ وَأَسْمَنَهُ ، تَنْطَحُهُ بِقُرُونِهَا ، وَتَطَؤُهُ بِأَخْفَافِهَا ، كُلَّمَا نَفَذَتْ أُخْرَاهَا أَعَادَتْ عَلَيْهِ أُولَاهَا ، حَتَّى يُقْضَى بَيْنَ النَّاسِ

«Нет ни одного владельца верблюдов, коров или овец, который не выплачивал бы с них закят, кроме как в День воскресения они придут в своем самом крупном и самом тучном виде, будут бодать его своими рогами и топтать своими копытами. И каждый раз, как по нему пройдет последнее из них, первое возвращается к нему снова, и так будет продолжаться, пока не будет решено между людьми».