أَنَّ مُعَاوِيَةَ ذَكَرَ عَلِيَّ بْنَ أَبِي طَالِبٍ ، فَقَالَ سَعْدُ بْنُ أَبِي وَقَّاصٍ : وَاللهِ لَأَنْ تَكُونَ لِي إِحْدَى خِلَالِهِ الثَّلَاثِ أَحَبُّ إِلَيَّ مِنْ أَنْ يَكُونَ لِي مَا طَلَعَتْ عَلَيْهِ الشَّمْسُ ، لَأَنْ يَكُونَ قَالَ لِي مَا قَالَ لَهُ حِينَ رَدَّهُ مِنْ تَبُوكَ : أَمَا تَرْضَى أَنْ تَكُونَ مِنِّي بِمَنْزِلَةِ هَارُونَ مِنْ مُوسَى ، إِلَّا أَنَّهُ لَا نَبِيَّ بَعْدِي . أَحَبُّ إِلَيَّ مِنْ أَنْ يَكُونَ لِي مَا طَلَعَتْ عَلَيْهِ الشَّمْسُ ، وَلَأَنْ يَكُونَ قَالَ لِي مَا قَالَ فِي يَوْمِ خَيْبَرَ : لَأُعْطِيَنَّ الرَّايَةَ رَجُلًا يُحِبُّ اللهَ وَرَسُولَهُ ، يَفْتَحُ اللهُ عَلَى يَدَيْهِ ، لَيْسَ بِفَرَّارٍ . أَحَبُّ إِلَيَّ مِنْ أَنْ يَكُونَ لِي مَا طَلَعَتْ عَلَيْهِ الشَّمْسُ ، وَلَأَنْ أَكُونَ كُنْتُ صِهْرَهُ عَلَى ابْنَتِهِ لِي مِنْهَا مِنَ الْوَلَدِ مَا لَهُ ، أَحَبُّ إِلَيَّ مِنْ أَنْ يَكُونَ لِي مَا طَلَعَتْ عَلَيْهِ الشَّمْسُ

«Клянусь Аллахом, если бы я обладал одним из трех его качеств, это было бы для меня дороже всего, на что восходит солнце. Если бы он сказал мне то, что сказал ему, когда вернул его из Табука: “Разве ты не доволен тем, что ты для меня подобен Харуну для Мусы, за исключением того, что после меня не будет пророка?” — это было бы для меня дороже всего, на что восходит солнце. И если бы он сказал мне то, что сказал в день Хайбара: “Я непременно вручу знамя человеку, который любит Аллаха и Его Посланника, и Аллах дарует победу его руками, и он не является беглецом” — это было бы для меня дороже всего, на что восходит солнце. И если бы я был его зятем, женившись на его дочери, и у меня были бы от неё дети, как у него — это было бы для меня дороже всего, на что восходит солнце».