دَخَلْتُ عَلَى عَائِشَةَ ، فَقَالَتْ : لَقَدْ كَانَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَخْرُجُ إِلَى صَلَاةِ الْغَدَاةِ ، وَإِنَّ رَأْسَهُ يَقْطُرُ مِنَ الْغُسْلِ ، ثُمَّ يُصْبِحُ صَائِمًا ، فَذَكَرَهُ أَبِي لِمَرْوَانَ ، فَقَالَ : لَتَذْهَبَنَّ إِلَى أَبِي هُرَيْرَةَ حَتَّى تُخْبِرَهُ ، فَقَالَ أَبُو هُرَيْرَةَ : هُوَ كَمَا قَالَتْ عَائِشَةُ

«Поистине, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, выходил на утреннюю молитву, когда с его головы еще капала вода после полного омывания, и встречал утро постящимся». Мой отец упомянул об этом Марвану, и тот сказал: «Обязательно отправляйся к Абу Хурайре и расскажи ему об этом». И Абу Хурайра сказал: «Это так, как сказала ‘Аиша».