تَخَلَّفَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ لِحَاجَتِهِ ، فَقَالَ : هَلْ مِنْ طَهُورٍ ؟ فَاتَّبَعْتُهُ بِمِيضَأَةٍ فِيهَا مَاءٌ ، فَغَسَلَ كَفَّيْهِ وَوَجْهَهُ . ثُمَّ ذَهَبَ يَحْسِرُ عَنْ ذِرَاعَيْهِ ، وَكَانَ فِي يَدَيِ الْجُبَّةِ ضِيقٌ ، فَأَخْرَجَ يَدَيْهِ مِنْ تَحْتِ الْجُبَّةِ ، فَغَسَلَ ذِرَاعَيْهِ . ثُمَّ مَسَحَ عَلَى عِمَامَتِهِ وَخُفَّيْهِ ، ثُمَّ رَكِبَ

«Есть ли вода для омовения?» Я последовал за ним с сосудом (мида'а), в котором была вода. Он вымыл кисти рук и лицо, а затем попытался засучить рукава, но рукава джубба были тесными, и он вытащил руки из-под джубба и вымыл предплечья. Затем он протер свою чалму и кожаные носки, после чего се верхом.