أَنَّهُمْ كَانُوا فِي زَمَانِ عُمَرَ بْنِ الْخَطَّابِ يُصَلُّونَ يَوْمَ الْجُمُعَةِ حَتَّى يَخْرُجَ عُمَرُ ، فَإِذَا خَرَجَ عُمَرُ وَجَلَسَ عَلَى الْمِنْبَرِ وَأَذَّنَ الْمُؤَذِّنُ ، قَالَ ثَعْلَبَةُ : وَجَلَسْنَا نَتَحَدَّثُ ، فَإِذَا سَكَتَ الْمُؤَذِّنُ وَقَامَ عُمَرُ بْنُ الْخَطَّابِ يَخْطُبُ أَنْصَتْنَا فَلَمْ يَتَكَلَّمْ مِنَّا أَحَدٌ

Малик от Ибн Шихаба, от Салябы бин Аби Малика аль-Курази, что он сообщил ему о том, что во времена Умара бин аль-Хаттаба они совершали добровольные молитвы в пятницу до тех пор, пока не выходил Умар. Когда же Умар выходил, садился на минбар и муаззин призывал к молитве, — Саляба сказал: — мы сидели и разговаривали. А когда муаззин умолкал и Умар бин аль-Хаттаб вставал и произносил проповедь, мы хранили молчание, и никто из нас не разговаривал.