خَطَبَنَا الْحَسَنُ بْنُ عَلِيٍّ بِالنَّخْلَةِ حِينَ صَالَحَ مُعَاوِيَةَ ، فَقَامَ فَحَمِدَ اللهَ وَأَثْنَى عَلَيْهِ ، ثُمَّ قَالَ : إِنَّ أَكْيَسَ الْكَيْسِ التُّقَى ، وَإِنَّ أَعْجَزَ الْعَجْزِ الْفُجُورُ ، وَإِنَّ هَذَا الْأَمْرَ الَّذِي اخْتَلَفْتُ فِيهِ أَنَا وَمُعَاوِيَةُ حَقٌّ لِامْرِئٍ ، وَكَانَ أَحَقَّ بِحَقَّهِ مِنِّي ، أَوْ حَقٌّ لِي فَتَرَكْتُهُ لِمُعَاوِيَةَ إِرَادَةَ اسْتِضْلَاعِ الْمُسْلِمِينَ وَحَقْنَ دِمَائِهِمْ " وَإِنْ أَدْرِي لَعَلَّهُ فِتْنَةٌ لَكُمْ ، وَمَتَاعٌ إِلَى حِينٍ " ، أَقُولُ قَوْلِي هَذَا وَأَسْتَغْفِرُ اللهَ لِي وَلَكُمْ

«Хасан ибн Али обратился к нам с проповедью в ан-Нахле, когда заключил мир с Муавией. Он встал, восславил Аллаха и воздал Ему должное, а затем сказал: “Самая большая мудрость — это богобоязненность, а самая большая слабость — это нечестие. Это дело, в котором мы разошлись с Муавией, является либо правом человека, который имел на него больше прав, чем я, либо моим правом, которое я оставил Муавии, желая благополучия мусульманам и сохранения их крови. “Я не знаю, быть может, это испытание для вас и временное пользование до определенного срока”. Я говорю эти слова и прошу прощения у Аллаха для себя и для вас”».