لَوْلَا أَنْ أَشُقَّ عَلَى أُمَّتِي مَا تَخَلَّفْتُ خَلْفَ سَرِيَّةٍ تَخْرُجُ ، وَلَكِنْ لَا أَجِدُ مَا أَحْمِلُهُمْ عَلَيْهِ وَلَا يَجِدُونَ مَا يَتَحَمَّلُونَ بِهِ ، وَيَشُقُّ عَلَيْهِمْ أَنْ يَتَخَلَّفُوا عَنِّي ، وَلَوَدِدْتُ أَنِّي قُتِلْتُ فِي سَبِيلِ اللهِ ثُمَّ أُحْيِيتُ ثُمَّ قُتِلْتُ ثُمَّ أُحْيِيتُ

«Если бы не трудности для моей умты, я бы не оставался позади ни одного отправляющегося военного отряда (сарийя), но я не нахожу того, на чем их отправить, и они не находят средств, чтобы отправиться со мной, и им тяжело оставаться позади меня. И поистине, я бы хотел быть убитым на пути Аллаха, затем оживленным, затем убитым, затем оживленным, затем убитым».