أَنَّ جِبْرِيلَ عَلَيْهِ السَّلَامُ جَاءَهُ فَصَلَّى بِهِ الصَّلَوَاتِ وَقْتَيْنِ وَقْتَيْنِ إِلَّا الْمَغْرِبَ ؛ جَاءَنِي فَصَلَّى الظُّهْرَ حِينَ كَانَ فِي مِثْلِ شِرَاكِ نَعْلِي ، ثُمَّ جَاءَنِي فَصَلَّى بِيَ الْعَصْرَ حِينَ كَانَ فِي مِثْلِي ، ثُمَّ جَاءَنِي فِي الْمَغْرِبِ فَصَلَّى بِي سَاعَةَ غَابَتِ الشَّمْسُ ، ثُمَّ جَاءَنِي فِي الْعَشَاءِ فَصَلَّى بِي سَاعَةَ الشَّفَقِ ، ثُمَّ جَاءَنِي فِي الْفَجْرِ فَصَلَّى بِي سَاعَةَ بَرَقَ الْفَجْرُ ، ثُمَّ جَاءَنِي مِنَ الْغَدِ فَصَلَّى بِيَ الظُّهْرَ حِينَ كَانَ الْفَيْءُ مِثْلِي ، ثُمَّ جَاءَنِي فِي الْعَصْرِ فَصَلَّى بِي حِينَ كَانَ فِي مِثْلِي ، ثُمَّ جَاءَنِي فِي الْمَغْرِبِ فَصَلَّى بِي سَاعَةَ غَابَتِ الشَّمْسُ لَمْ يُغَيِّرْهُ عَنْ وَقْتِهِ الْأَوَّلِ ، ثُمَّ جَاءَنِي فِي الْعِشَاءِ فَصَلَّى بِي حِينَ ذَهَبَ ثُلُثُ اللَّيْلِ الْأَوَّلُ ، ثُمَّ أَسْفَرَ بِي فِي الْفَجْرِ حَتَّى لَا أَرَى فِي السَّمَاءِ نَجْمًا ، ثُمَّ قَالَ : مَا بَيْنَ هَذَيْنِ وَقْتٌ

«Он пришел ко мне и совершил со мной зухр, когда тень была размером с ремешок моей сандалии. Затем он пришел ко мне и совершил со мной 'аср, когда тень была равна ему самому. Затем он пришел ко мне на магриб и совершил со мной [молитву] в тот момент, когда зашло солнце. Затем он пришел ко мне на 'иша и совершил со мной [молитву] в тот момент, когда исчезла вечерняя заря (шафак). Затем он пришел ко мне на фаджр и совершил со мной [молитву] в тот момент, когда забрезжил рассвет. Затем он пришел ко мне на следующий день и совершил со мной зухр, когда тень стала равна ему самому. Затем он пришел ко мне на 'аср и совершил со мной [молитву], когда тень стала в два раза больше него. Затем он пришел ко мне на магриб и совершил со мной [молитву] в тот момент, когда зашло солнце, не сдвинув ее с первого времени. Затем он пришел ко мне на 'иша и совершил со мной [молитву], когда прошла первая треть ночи. Затем он дождался рассвета (исфара) для фаджра так, что я уже не видел на небе ни одной звезды, а затем сказал: „Время — между этими двумя“».