كَانَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ جَالِسًا فِي الْمَجْلِسِ فَشَخَصَ بَصَرُهُ إِلَى رَجُلٍ فِي الْمَسْجِدِ يَمْشِي ، فَقَالَ : " أَبَا فُلَانٍ " قَالَ : لَبَّيْكَ يَا رَسُولَ اللهِ ، وَلَا يُنَازِعُهُ الْكَلَامَ إِلَّا قَالَ : يَا رَسُولَ اللهِ ، قَالَ لَهُ : أَتَشْهَدُ أَنِّي رَسُولُ اللهِ " قَالَ : لَا قَالَ : " أَتَقْرَأُ التَّوْرَاةَ ؟ " قَالَ : نَعَمْ قَالَ : " وَالْإِنْجِيلَ ؟ " قَالَ : نَعَمْ قَالَ : " وَالْقُرْآنَ ؟ " قَالَ : وَالَّذِي نَفْسِي بِيَدِهِ لَوْ نَشَاءُ لَقَرَأْتُهُ ، ثُمَّ نَاشَدَهُ " هَلْ تَجِدُنِي فِي التَّوْرَاةِ وَالْإِنْجِيلِ ؟ " قَالَ : نَجِدُ مِثْلَكَ وَمِثْلَ هَيْأَتِكَ وَمِثْلَ مَخْرَجِكَ ، فَكُنَّا نَرْجُو أَنْ يَكُونَ فِينَا فَلَمَّا خَرَجْتَ خُوِّفْنَا أَنْ تَكُونَ أَنْتَ هُوَ فَنَظَرْنَا فَإِذَا لَسْتَ أَنْتَ هُوَ قَالَ : وَلِمَ ذَاكَ ؟ قَالَ : مَعَهُ مِنْ أُمَّتِهِ سَبْعُونَ أَلْفًا لَيْسَ عَلَيْهِمْ حِسَابٌ وَلَا عَذَابٌ ، وَإِنَّمَا مَعَكَ نَفَرٌ يَسِيرٌ ، فَقَالَ : وَالَّذِي نَفْسِي بِيَدِهِ لَأَنَا هُوَ وَإِنَّهُمْ لَأُمَّتِي ، وَإِنَّهُمْ لَأَكْثَرُ مِنْ سَبْعِينَ أَلْفًا وَسَبْعِينَ أَلْفًا

«О Абу такой-то!» Тот ответил: «Я перед тобой, о Посланник Аллаха», причем не вступал с ним в препирательства, кроме как говоря: «О Посланник Аллаха». Пророк спросил его: «Свидетельствуешь ли ты, что я — Посланник Аллаха?» Тот ответил: «Нет». Пророк спросил: «Читаешь ли ты Тору?» Тот ответил: «Да». Пророк спросил: «И Евангелие?» Тот ответил: «Да». Пророк спросил: «И Коран?» Тот ответил: «Клянусь Тем, в Чьей длани моя душа, если бы мы пожелали, мы бы прочли его». Затем Пророк заклял его: «Находишь ли ты меня в Торе и Евангелии?» Тот ответил: «Мы находим [описание] подобное тебе, твоему облику и твоему исходу, и мы надеялись, что он будет среди нас. Когда же ты появился, мы испугались, что это ты, но посмотрели и увидели, что ты — не он». Пророк спросил: «Почему так?» Тот ответил: «С ним из его общины будут семьдесят тысяч человек, над которыми не будет ни расчета, ни наказания, с тобой же лишь немногие». Тогда Пророк сказал: «Клянусь Тем, в Чьей длани моя душа, поистине, я — это он, и поистине, они — моя община, и их больше, чем семьдесят тысяч и семьдесят тысяч».